Заброшенный лагерь - Влад Райбер

Она смущённо отвела взгляд в сторону:

— Эм… ну, да, я… В общем… я съела его голову.

Я попытался найти ей оправдание:

— Это был какой-то плохой человек?

— Не знаю, — честно ответила она, пожав плечами. — Человек как человек.

Я возмутился её бессердечностью:

— Ты шутишь?!

— Ну… он был неприятный, — добавила девушка.

В голове наконец-то начали складываться все детали нашего знакомства, и меня осенило:

— Подожди… То есть ты и мне собиралась отгрызть голову всё это время?

Тида посмотрела мне прямо в глаза, и в её взгляде не было ни капли ярости:

— Сначала да. Но теперь — нет. Как мы тогда будем встречаться?

— Значит… ты хочешь быть вместе? — спросил я.

— Ага, — ответила Тида. — Ты очаровательно тупой! Я в тебя, кажется… влюбилась.

Я зажмурился от слёз. Мне такого ещё никто никогда не говорил!

* * *

Кто бы мог подумать, что у нас всё так хорошо сложится! Мы быстро выяснили, что человеческие головы — это вовсе не жизненная необходимость. Тиде вполне пришлись по вкусу сырые телячьи мозги, которые я теперь закупал у знакомого мясника. К тому же девушку тянуло на них только в определённый период цикла, а в остальное время она с аппетитом уплетала капусту, брокколи и прочую зелень, как настоящая вегетарианка.

А ещё ей удалось поладить с Пэпой. Кошка подолгу мурлыкала у неё на коленях и позволяла чесать себя за ушком. Глядя на них, я даже немного ревновал.

Потом и с бабушкой Тиду познакомил. Всё прошло замечательно. Подробностей мы, конечно, не сообщали. К чему они?

Казалось, дикие инстинкты моей девушки навсегда остались в прошлом.

Но недавно мы поздно возвращались из кино через парк, и на нас внезапно выскочил какой-то дёрганый грабитель. Чёрт бы его побрал… В его руке блеснуло лезвие ножа, и он прохрипел:

— Всё из карманов мне сюда! Живо!

— У нас нет налички! — воскликнул я, выставив руки вперед.

— Телефоны, карты — всё вытаскивайте, пока я не прирезал тебя и твою бабёху! — рыкнул он, шагнув к нам.

И тут я почувствовал, как воздух задрожал. Тида начала меняться. Её позвоночник выгнулся, голова поползла вверх, челюсть раздвинулась в стороны.

Я посмотрел на грабителя, который ещё не успел сообразить, что происходит. Мне стало его почти жаль.

— Мужик, беги! Беги отсюда! Быстро! — закричал я.

— Пацан, ты совсем д…

Он не успел договорить. В одно мгновение пасть Тиды сомкнулась на его плечах. Меня оглушил жуткий хруст костей. Лишившись головы, тело грабителя нелепо приземлилось на задницу. Из обрубка шеи вырвался тёмный фонтан крови.

Тида медленно приняла свой обычный человеческий облик, хотя её щёки всё ещё были раздуты. И она проговорила с набитым ртом:

— Это был плохой человек! Я тебе гарантирую!

Идеальных отношений не бывает. Учитесь договариваться, чтобы вам не отгрызли голову.

Акт 6

Розовый костёр зашумел, на мгновение раскинул языки в стороны, словно огромный цветок, и его пламя снова стало ярко-оранжевым.

Некоторые из ребят улыбались. Эта история показалась им забавной. И только Егор постоянно ёрзал, пока слушал. Что-то ему в этом рассказе явно не нравилось…

— Сдаётся мне, твоя девушка явилась из вселенной людей-насекомых? — спросила Зайка, глядя на рассказчика.

Он пожал плечами:

— Она говорила, что сирота и сама не знает, откуда взялась. Просто вылупилась из кокона в пустом доме. Училась жить, наблюдая за людьми.

— Я много слышала о подобных созданиях: мальчик-паук, старуха-паук, тётка-моль и вот теперь девушка-богомол! — задумчиво проговорила Зайка. — Любопытно узнать, как выглядит их родной мир.

— Если я исчезну — Тида будет меня искать, — предупредил рассказчик.

Зайка хмыкнула:

— Да, у тебя опасная девчонка. Но если я заберу тебя, то она забудет о твоём существовании, как и все остальные. Так что ты со всеми на равных! — Она выдержала паузу, точно пробуя его страх на вкус. — Может, я тебя и отпущу. Не хочу разлучать влюблённых. Присаживайся.

Он опустился на своё место.

Девушка в голубом свитшоте тихонько спросила его:

— А вдруг она тебя уже ищет? Как думаешь, ей под силу нас спасти?

— Тихо там! — крикнула Зайка. — Давайте дальше по порядку. Ты! Расскажи нам свою мистическую историю.

Она указала на следующего парнишку в тёмно-зелёной ветровке. Он был чернобровый, короткостриженый, и казался слишком суровым, чтобы признать себя жертвой.

— Нечего мне рассказывать, — жёстко отрезал парнишка.

— Вот вредина! Хочешь сказать, ты попал сюда случайно? — Девочка в маске зайца упёрла кулаки в бока.

— Ну так да! Не было у меня никакой мистики, — ответил упрямец.

— Этого не может быть. Мои тени никогда не ошибаются! — удивилась Зайка.

— Всё бывает в первый раз, — хмыкнул парнишка.

— А может, ты боишься, что твоя история не такая интересная, как у других? Знаешь, что обречён, и не хочешь впустую сотрясать воздух? — дразнила его Зайка.

— Ты сама говорила, что история жертвы — это часть ритуала. Значит, если сохранить свою тайну, ты ничего не сможешь сделать, — уверенно ответил парнишка.

Вокруг костра пробежал шёпот. Теперь всем казалось странным, что они сами до этого не додумались.

— Хитрец! Но нет — ты не прав. Власть этой маски безгранична. Я могу заставить тебя всё рассказать! — Зайка подошла к тому парню ближе и посмотрела ему в глаза сквозь прорези маски.

Его лицо изменилось. Теперь он не казался таким уверенным. Поднялся с бревна, словно его потянули невидимые нити.

— Выкладывай! — потребовала девочка в маске.

Больше этот парнишка ей не возражал…

Этот период моей жизни длился слишком долго. Казалось, что я мог состариться за это время, но в зеркале было всё то же детское лицо. Наступали и проходили зимы, а я по-прежнему проводил дни в своей комнате. Я не помнил… да уже и не пытался вспомнить, когда жил по-другому.

Плохо было каждую минуту, и это стало привычным состоянием. Я в нём засыпал и просыпался. Меня постоянно мутило, а любая еда отдавала горечью.

В мыслях не было ясности, да и порой я вообще ни о чём не думал, а просто валялся в кровати и смотрел в потолок. И зимой, и летом, я лежал под толстым одеялом — стоило откинуть его, и тело пробивал мучительный озноб. Каждый поход в туалет был маленьким испытанием, поэтому я редко вставал по каким-нибудь другим причинам.

Болезнь стала моей жизнью. Каждый день я пил таблетки: голубоватые,