Поклонники - Алёна Моденская

– Просто проводим повторный осмотр, устанавливаем дополнительные обстоятельства. – Новиков решил пока не выдавать больше информации. Тем более что её почти не было.

– Понятно, – ровно сказал Вислогузов.

– Господин Вислогузов, у вашей дочери было завещание? – спросил Новиков.

Некоторое время Вислогузов молчал. Потом всё-таки повернулся к следователю и медленно произнёс:

– Если и было, мне об этом ничего не известно.

В этот момент Вислогузову позвонили, он достал телефон и вышел в коридор. Новиков тоже решил использовать время для разговора. Он подозвал Старова и пересказал ему приметы возможного бойфренда Джессики. Если, как говорила Лиза, он приходил сюда часто, то обязательно должен был попасть на камеры.

Наблюдая, как оперативник стряхивал снег с авто Джессики и открывал двери для осмотра, Новиков вспомнил о Лизе. Довольно трудно было пробиться через стену неприязни, которую она сама выстроила. Было в этой нагловато-угловатой девчонке что-то трогательное. Несчастный подросток, из тех, что ненавидят всё вокруг, очень неглупая, весьма рассудительная. Скорее всего, если разобраться, то ненависть к Джессике вперемешку с завистью – это всего лишь иллюзия. Просто Лизе нужен был кто-то, на кого можно переложить вину за свои проблемы.

Но она рассказала ещё об одной любопытной детали. В «братство» принимали только девственниц. Тогда понятно, почему Валера так и не женился на Милане, какой бы завидной невестой она ни была. Да и с Жанной он тоже не стал бы строить семью. Так кто из них кого бросил? И какое это имело отношение к делу?

Рядом возник Вислогузов.

– Скажите, – обратился к нему Новиков. – Чем ваша дочь занималась, помимо учёбы?

– То есть? – спросил Вислогузов, глядя во двор, где вокруг красной машины суетились люди.

– Спорт, какие-нибудь увлечения?

– Нет, – покачал головой Вислогузов.

– Вы не пытались найти для неё подработку?

– Зачем это?

– Для разнообразия, – промямлил Новиков, чувствуя, что разговор уходит не туда. – Некоторые работают удалённо.

– Кто, например? – Вислогузов наконец повернулся к Новикову.

– Ну… Жанна, – сказал Новиков, глядя в окно.

– Это она вам сказала? – На лице Вислогузова мелькнула неприятная полуулыбка, которую Новиков успел заметить.

– Да, а что? – Новиков изобразил простодушный взгляд.

– Хм. – Вислогузов обернулся, чтобы убедиться, что рядом никого не было. – Не для протокола, хорошо?

– Конечно. – Теперь серьёзно-заинтересованный взгляд.

– Работа Жанны, – сказал Вислогузов, понизив голос, – если это можно так назвать… Словом, её род занятий предполагает совсем не удалённый, а наоборот, довольно близкий контакт с клиентами.

– То есть? – Новиков сделал вид, что не понял, о чём идёт речь.

– В общем, мы как-то с ребятами отмечали, ну и решили вызвать… э…

– Организовать досуг? – подсказал Новиков.

– Да, – масляно улыбнулся Вислогузов. – Мы обычно… в общем, есть один надёжный сайт. Платный. Закрытый клуб, так сказать. – Он достал смартфон и, ещё раз осмотревшись, несколько раз провёл пальцами по экрану. Повернув экран к Новикову, сказал: – Узнаёте?

Новиков присмотрелся. С нескольких откровенных фотографий на него томно смотрела Жанна. Которую на сайте звали Розанной. Соблазнительные снимки в кружевном белье, красочное описание навыков, несколько шаблонных фраз в графе «о себе» и стоимость.

– Хотя… – Вислогузов усмехнулся. – Видите, вот здесь? – Он указал на графу «видеочат», для которой был выделен отдельный столбец с ценами. – Она практически не соврала. И удалённо может работать.

– И что, вы…?

– Не дай Бог, вы что, – сказал Вислогузов, убирая смартфон.

– А её дружба с вашей дочерью вас не смущала?

– Понимаете, когда я узнал… – Вислогузов смотрел в сторону. – В общем, вызвал эту Жанну на разговор. Дал ей понять, что в курсе её занятий. Обещал никому не рассказывать, если это никак не отразится на Джессике.

– А как это могло на ней отразиться? – Новиков снова изобразил простодушный взгляд.

– Ну, заставил Жанну пообещать, что она не станет втягивать в это дело Джесси. В общем, зря я, наверное, вам это показал. Но ведь это неважно?

Новиков не сразу нашёлся, что ответить.

– Я хочу сказать, вы ведь не будете это афишировать? Я всё-таки обещал Жанне. – Вислогузов подошёл к Новикову так близко, что стало некомфортно.

– Н-да, это особый случай, думаю, вам стоило рассказать. Но мы не будем предавать эти факты огласке, – быстро добавил Новиков, увидев, что Вислогузов собирался возразить.

От продолжения неприятного разговора Новикова спасло появление Старова.

– Что-то есть? – спросил Новиков, наконец отходя от Вислогузова.

– Как сказать, – медленно проговорил Старов. – Ничего особенного.

– Прекрасно! – гаркнул Вислогузов. – Отличная работа.

– Пойдёмте. – Старов развернулся и поманил их за собой в спальню.

– Если я правильно понимаю, уборка проводилась несколько дней назад? – спросил Старов, встав посреди комнаты.

– Да, дня за четыре до… – Вислогузов натужно вздохнул.

– И больше уборщица не приходила, так?

– Верно, – вяло отозвался Вислогузов.

– Итак. Что мы имеем. На некоторых поверхностях полно следов, но все они принадлежат хозяйке или её отцу. Но кое-где следов вообще нет. И ещё. – Старов указал на кровать с металлическим каркасом, обе спинки которого были выполнены из витых прутьев и трубок. – Спинка практически отполирована, но на прутьях и перекладинах нашлись тонкие мелкие царапины.

– То есть, спинку протёрли? – спросил Новиков, опускаясь на корточки. Действительно, металлическая поверхность длинной дуги была совершенно гладкой, но при определённом угле зрения можно было рассмотреть длинные царапины на металле. – Пробы взяли?

– На всякий случай, – кивнул Старов и повернулся к двери, где Николайчук упаковывал в свой саквояж пробирки с ватными палочками.

Белые перчатки, ватные палочки. Что-то знакомое. Точно, салфетка.

– А что с салфеткой? – громко спросил Новиков. Эксперт поморщился, он крайне не любил, когда кто-то повышал голос, особенно если обращались к нему, особенно если делали это с большого расстояния.

– Это та смятая салфетка, что вы изволили приобщить к делу при первом обыске? – проговорил эксперт, подойдя. Вислогузов нахмурился – явно не сразу уловил суть длинной сложной фразы.

– И? –