Любить зверя - Таня Володина

— Прикольно.

— А я слышала, что это портал в параллельный мир, — заметила Зоя.

— Одно другому не мешает, — уверенно заявил Дима.

Зоя усмехнулась:

— Ты прав! Чем больше тайн и загадок, тем лучше! Будем привлекать туристов мистикой.

— Это про этот лабиринт Антон сказал, что он построен ещё во времена неандертальцев? — спросила я.

— Угу, — кивнул Дима.

— Тогда я с вами, — решилась я. — Есть у меня одно сокровенное желание.

10. Саамка

Внезапно мне захотелось глянуть на место неандертальской силы. В исполнение желаний я не верила, хотя вот в Стену Плача люди засовывали записочки с просьбами к Богу, и, говорят, некоторые желания исполнялись. Главное — верить.

Марк поддержал моё решение поучаствовать в конном походе и вечером позвонил Зое. Обсудил с ней подробности. Она убедила Марка, что это абсолютно безопасно. Большая часть пути проходила через лес вдоль реки, но тропы там нахоженные, туристические, с оборудованными местами для пикника и укрытиями от непогоды. На всякий случай Марк включил на моём телефоне функцию по отслеживанию перемещений. Я не протестовала. Если он хотел знать, где я находилась каждую минуту, проведённую без него, — он имел на это право. После всех тех проблем, что я ему доставила.

Зато бабушка долго уговаривала меня отказаться от похода. Мне с трудом удалось её успокоить. Пообещала, что постоянно буду среди людей, не отстану от группы и не подойду близко к лесу. Хотя я не понимала, чего боялась бабушка. В конце концов, в лесу не было ничего страшного: моя мама погибла по неосторожности, а не потому, что её утащил бабай. Бабая не существовало.

Вообще ничего в этом мире не существовало, кроме математика-дауншифтера.

Мы выехали ещё до рассвета: я, пятеро туристов, прибывших в Мухобор из разных городов, Димка в качестве гида и Зоя Ярцева — руководитель группы. Лошади хорошо знали дорогу и бодро трусили по тропинке.

С погодой нам повезло: плюс десять, безветренно и ясно. Редкий случай для ноября. Мы заехали под кроны сосен, словно в храм. Копыта гулко стучали по замёрзшей земле, изо рта вырывался пар, стройные стволы обступили нас со всех сторон. Слева журчала речка с водопадами, а справа высился скалистый берег. Ощущения глухомани не возникало. То тут, то там попадались следы человека: смотровые площадки у водопадов, кострища с брёвнами для сидения, навесы от дождя. Да и дорожка, по которой мы ехали, была широкой и хорошо вытоптанной. Заблудиться здесь невозможно. Достаточно идти вниз по течению — и попадёшь в Мухобор. А вверх — выйдешь к лабиринту.

Я впервые оказалась на реке, которая вызывала неизменный интерес у туристов. Глазела по сторонам, впитывала запахи — земляные, прелые, будоражащие. Слушала дыхание лося, гулявшего в зарослях на противоположном берегу, ловила шорох крыльев совы. Кроме меня, никто ничего не слышал.

А кто-то вообще не слышал и не видел.

Мысль о Ионе причиняла такую жгучую, невыносимую боль, что на глазах выступили слёзы. Я отстала от группы и, склонившись над лукой седла, сделала несколько глубоких вдохов. Мне не хватало воздуха. Как можно жить в темноте, тишине и немоте? Как смириться, что у тебя украдены самые важные чувства? Как не мечтать о смерти каждую минуту, живя запертым внутри сознания? Без возможности связаться с миром, без веры в будущее, без надежды на исцеление?

Гром потоптался на месте и повернул голову, словно спрашивая, что со мной.

— Всё хорошо, хорошо, хорошо…

Даже если бы у меня была возможность, я бы никогда не рискнула «подарить» ребёнку такую жизнь.

Если можно назвать подобное существование жизнью.

* * *

К полудню мы добрались до лабиринта. Он располагался на холме, который возвышался над лесистой местностью, местами заболоченной, местами изрезанной речушками.

Лошадей мы оставили внизу, а сами гуськом поднялись на вершину. Вышли на поляну, щурясь от солнца и стаскивая капюшоны с голов. Дружно подставили лица под негреющие лучи. Осенний воздух был так чист и прозрачен, что окрестности лежали как на ладони.

Нас было восемь человек, включая пятерых туристов. Одна женщина оказалась старше, чем я думала, — под восемьдесят, не меньше. Интересно, зачем ей понадобилось совершать длинный и сложный путь к достопримечательности? Приглядевшись, я увидела характерные скулы и раскосые глаза. Возможно, саамка. Тогда никаких вопросов. Саамка пришла к протосаамскому лабиринту — обычное дело.

Наверное.

Дима включил режим гида и начал рассказывать громким голосом:

— Это таинственное сооружение представляет собой спираль из гранитных валунов. Кто и с какой целью затащил их на вершину горы, остаётся загадкой. Некоторые историки считают, что лабиринт использовался для древних ритуалов, направленных на привлечение удачи в охоте или рыбалке. Проход по лабиринту символизировал заход рыбы в сети.

Я рассматривала округлые камни, заросшие мхом и наполовину ушедшие в землю. Спираль угадывалась лишь по вытоптанной между валунами тропинке. Если не знать, что это создано человеком, а не природой, можно спокойно пройти мимо. Ничего таинственного в этих камнях я не чувствовала.

Димка заглянул в шпаргалку и с воодушевлением продолжил:

— Но существуют и более мрачные гипотезы, которые утверждают, что лабиринт выстроен для того, чтобы препятствовать душам умерших возвратиться в мир живых.

Меня пробрала дрожь. Вытолкнуть живую душу в кромешную темноту смерти, закрыв путь обратно, — это слишком жестоко.

— По легендам входить в лабиринт нужно, опустив ладони вниз, чтобы сбросить негативную энергию. Дойдя до центра, обязательно положите что-то на жертвенник — монетку или конфетку — и загадайте желание. А выходить нужно с поднятыми ладонями. Таков обряд.

— Чур, я первая, — сказала молодая девушка-туристка. — У меня и подарок есть, я специально купила, чтобы задобрить богов. — Она достала из кармана шоколадный батончик с арахисом и показала нам.

Я заметила, как старая саамка усмехнулась одним уголком рта.

Все желающие поучаствовать в обряде сосредоточенно прошли спиральный путь и возложили на центральный камень подношения. Кроме саамки. Та села на пенёк и закурила самокрутку, меланхолично разглядывая верхушки деревьев. Лес стеной уходил до горизонта. Если тут заблудиться, то никто никогда не найдёт.

— Давай теперь ты, — предложила мне Зоя. — Я уже проходила лабиринт несколько лет назад, и моё желание сбылось.

— Моё не сбудется.

— Ну почему ты так уверена? У меня было довольно необычное и трудновыполнимое желание. Не думаю, что твоё сложнее. Вставай с камня, а то чакру застудишь.

Я сдалась и встала. Растопырила руки, отдавая плохую энергию земле, и прошла несколько сужающихся кругов. В центре бросила на плоский камень монетку, которая встала на ребро, покружилась