Ведьма - Мила Романова

Всё же выдержке мужчины можно было только позавидовать. Стас через паузу, раздельно, проговаривал с нажимом каждое слово. И хотя было видно, что он предельно устал и неимоверно вымотан, продолжал каким-то образом держать себя в руках.

– Так! Быстро успокоились! – настало и моё время вмешаться.

– Сейчас выдыхаем, паркуемся на обочине, спим. Арина права. Устали все. Дорога была тяжёлая.

– Да-да, мы же круг… – начала было Мира.

Но я её резко оборвала:

– Да, мы замыкали круг. И правильно сделали. Это в самом деле было необходимо. Во-первых, потому что каждый из нас в этой дороге что-то да получил.

– Например? – Мира всё никак не могла успокоиться.

– Например, ты познакомилась с Игорем, Стас замкнул круг, я – оказалась в необычном месте, в котором никогда и ни при каких обстоятельствах больше не окажусь, а Арина…

– А Арина получила ответы на многие свои вопросы, – дочь повернулась ко мне, улыбаясь, – серьёзно, давайте спать. Толку от этого будет гораздо больше, чем от любого спора.

Небо во все стороны уже окрасилось в светлые, голубовато-розовые тона, близился рассвет. Туман постепенно рассеивался, уползая в низины и овраги подальше от дороги, сквозь приоткрытое окошко ветер, как кот лапкой, доставал нас приятной прохладой и запахами свежескошенной травы. Я наконец-то почувствовала, что пространство нас полностью отпустило и действительно вернуло в родную реальность.

Недалеко от нашей экстренной остановки был виден съезд с трассы и начало просёлочного грунтового пути. Стас молча завёл машину, повернул и поехал по грунтовке прямо в поле. Не углубляясь далеко, остановил и вышел осмотреться. Дорога была малоезженая и узкая, жёлтые колосья пшеницы по воле ветра тёрлись о борт авто.

– Вот и хорошо! Перерыв на два часа, – Арина открыла дверь и тоже вышла из машины.

Я посмотрела на дочь. Всё-таки она у меня красавица.

Девушка потянулась и подняла руки вверх. Силуэт её гибкого молодого тела на фоне восходящего солнца создавал впечатляющее зрелище. Я даже засмотрелась. И только через минуту заметила, что Арина смотрит в небо. А там, раскинув широкие крылья, парила большая тёмная птица. Орел? Беркут? Коршун? Я была уверенна, что нет.

Рассмотреть птицу детально было невозможно из-за невероятной высоты её стремления, но я точно знала, что это сокол. Хозяева и стражи пространства, в котором мы провели прошедшую ночь, посылали знак, что они довольны. И этот ночной вояж не прошёл даром.

Стас, не проронив ни слова, сел, откинулся на сидение и закрыл глаза. Мира тоже молча устраивалась, что- бы поспать. Я ещё раз посмотрела на парящую птицу и на дочь.

«Скоро, совсем скоро я передам ей свои знания… Матушка Земля Ар, благослови мою дочь! Ибо не пройдёт и года, как она станет хранительницей этих знаний и силы, которая в ней заложена. Скоро, совсем скоро, она станет настоящей волшебницей, ответственной за весь мир. Истинной ведьмой. А я пойду на звук небесного колокола, туда, за дверь, которая открывается только в одну сторону…».

Аркаим

И опять снился этот страшный сон. Тоннель, огненное чудовище с множеством глаз по всему телу, и жуткое слово – Чернобыль. Арине виделось, как бежала она вперёд, теряя силы и надежду, как вдруг…

Вдруг откуда-то сверху послышался голос: – Ария! Тебе сюда! Слышишь? Ария!

Девушка подняла голову и увидела нечто огромное, эфирное, белое, летящее, как облако в вышине, неописуемое и манящее. Тугая волна воздуха подхватила её, подняла и увлекла за собой, будто и не человек она, а невесомое изящное перышко, носимое ураганом. Эта белоснежная субстанция окутала Арию со всех сторон так, что она уже не видела ничего вокруг, только ощущала неуклонное движение вверх, вверх и вверх. А потом как-то сразу стало тепло, светло, спо- койно и тихо.

– Где я? Скажите, где я? – крикнула она в белую пушистую массу света.

Сначала безмолвие казалось бездонным и нерушимым, потом сквозь миллиарды мгновений пространство еле слышно прошелестело:

– Дома…

* * *

После возвращение из Окунево жизнь постепенно входила в обычное русло. Радомир писал Арине в социальных сетях, иногда звонил. Сначала они вспоминали их совместные купания и походы на Пуп, но скоро обсуждать всё это надоело, а иных общих тем у ребят не было. Арина ощущала интерес парня к ней, но, к сожалению, никак не могла ответить ему взаимностью. Наверное, это очень странно и не совсем нормально с точки зрения обычного человека, только в последнее время она всё чаще ощущала удивительные чувства внутри себя. Вместо влюблённости и страсти – тихую любовь и покой, вместо жалости и попыток вникнуть в чужие проблемы – тихую печаль и сострадание.

У Миры тоже наметились перемены, но совсем в другую сторону: случайный знакомый по имени Игорь уверенно вошёл в её жизнь. Они не просто регулярно общались по телефону, но уже несколько раз ездили друг к другу в гости. А совсем недавно Мира и Игорь вместе улетели на отдых в Египет. Мира хотела встретиться со своим старым другом – египтянином Кирой, а заодно отдохнуть и поплавать в Красном море.

В связи с этим изменилась и жизнь Стаса. Видимо, всё это время он ждал, что Мира обратит на него своё внимание, и они станут парой. Но этого не произошло. Она держала его рядом более пяти лет, о чём-то постоянно просила и без зазрения совести пользовалась его услугами. Но после того как она встретила Игоря – её как подменили. И Стас остался совсем один.

Арина видела и понимала, что мама, насколько это было в её силах, пытается сгладить возникшую ситуацию. Поэтому Стас стал у них дома частым гостем. То его приглашали на торт, то на ужин, то что-нибудь помочь починить. Мама умела сопереживать, поддерживать, была хорошим психологом и отлично понимала людей. Или там все-таки что-то другое?

Лето катилось к завершению, и каникулы тоже. Арина передумала укорачивать причёску, в последнее время длинные волосы стали снова стремительно входить в моду. Но, тем не менее, она купила красящий мусс и окрасилась в розовый цвет.

– Ты похожа на Мальвину из старой сказки, – смеялась мама.

– У Мальвины волосы были голубые, – парировала Арина, – а у тебя, мамуля, кстати, они вон вообще золотом отливают. Недаром же ты Злата.

– Златодара. Дарящая злато, приносящая удачу.

– Да-да, имя у тебя чудесное, вот только почему я слишком редко слышу, чтобы тебя называли Златодарой, а не Златой? Так ведь гораздо красивее.

– Отец твой однажды сказал,