Денизавры - Джереми Бейтс

бетон и смог Сайгона наконец остались позади, перед глазами открылся вид на поля и зелень, простирающиеся до самого горизонта. Военных контрольно-пропускных пунктов, укомплектованных американскими солдатами, больше не было, и Эрнесту с трудом удавалось привыкнуть к тому, насколько всё было мирным и… обычным.

База Ку Чи, где дислоцировалась 25-я пехотная дивизия, находилась всего в нескольких километрах к северо-западу от них. Когда в 1966 году ее строительство было завершено, здесь размещалось около 50 000 мужчин и женщин. Каждый день из Сайгона или поста Лонг-Бинь отправлялись четыре конвоя по шестьдесят машин, известные как «Ку-Чи-Экспресс, - для пополнения запасов базы. Маршрут пролегал по той же автомагистрали, по которой они ехали сейчас, только в те времена она часто была заминирована. Если грузовик с боеприпасами или топливом наезжал на мину, на пути возникал пылающий огненный шар, превращавший колонну в легкую мишень для стрельбы из стрелкового оружия и минометных ракет вьетконговцев, пока трактор не убирал его с дороги. Бульдозеры с плугами «Роме» расчистили всю растительность вдоль шоссе, чтобы улучшить обзор и снизить эффективность засад, а над головой летали боевые вертолеты, обеспечивая артиллерийское прикрытие. Даже несмотря на это, в то время это был, вероятно, самый опасный участок дороги в мире.

У Эрнеста не было много хороших воспоминаний о войне, но те, что у него были, связаны с базой Ку Чи. Это было его домом, местом нормальной жизни в стране, которая в остальном казалась ему испорченной и чуждой. Там было всё, что положено постоянной базе: клубы для офицеров, унтер-офицеров и рядовых; спортивные площадки; поля для мини-гольфа; бассейны; радиостанция; часовня — всё, что только можно себе представить.

Барак Эрнеста был завален книгами и теми немногими личными вещами, которые у него были. В коробке под кроватью лежали письма и фотографии его школьной возлюбленной, девушки по имени Ванда Макклауд, которая внезапно перестала писать во время его последней командировки (позже он узнал, что она вышла замуж за мужчину, который уклонился от призыва из-за слабого сердца) . По вечерам устраивались барбекю со стейками, подавали холодное пиво, выступали вьетнамские танцовщицы, приезжали поп-группы из Сайгона, иногда заглядывали американские знаменитости, а также волонтёры Красного Креста под названием «Доннат Долли, - которые носили светло-голубые наряды из сирсакера, мягкие полевые шляпы, теннисные туфли и широкие улыбки.

Несмотря на все эти удобства, Эрнест никогда не чувствовал себя на базе полностью спокойно, потому что враг находился не только в джунглях и болотах глубинки; он был и внутри ограждения — это была «пятая колонна. - Во время операции «Кримп» документы, обнаруженные в комплексе туннелей, показали, что все двенадцать парикмахеров на базе были шпионами Вьетконга. Местных жителей, работавших на базе, проверяли, когда они каждое утро приходили из своих деревень и поселков, и пересчитывали, когда они уходили вечером. Тем не менее мины-ловушки сотрясали базу раз или два в неделю. Одна бомба, спрятанная в столовой, в 1969 году привела к дюжине жертв. Она взорвалась рядом со столом, за которым обычно сидел отряд Эрнеста; двое его товарищей погибли в результате взрыва.

Эрнест закашлялся, прикрыв рот ладонью.

Ника посмотрела на него. — Тебе, наверное, стоит показаться врачу, Папи.

— Спасибо, — сказал он.

— Я серьезно. Ты очень часто кашляешь.

— Мне семьдесят один, если ты забыла.

— Я просто говорю, что это звучит не очень хорошо.

— Я проверюсь, когда вернёмся домой, — отмахнулся он. Он почувствовал, как она пристально смотрит на него, и это продолжалось так долго, что он наконец повернулся к ней. — Что?

— Это была просто шутка.

— Что именно?

— Всё это про Эрнеста Хемингуэя.

- Мне это неинтересно.

- Да, ну… у тебя, похоже, плохое настроение.

- У меня нет плохого настроения.

- Ты почти всю дорогу молчал.

- Правда?

- Да, правда. В любом случае, сегодня ты даже не похож на Эрнеста. Скорее на… Индиану Джонса.

- Но без кнута, — заметил Клод с переднего сиденья.

- Спасибо, Ника, — сказал Эрнест. - Мне довольно нравится Индиана Джонс, так что я восприму это как комплимент.

- Там всё так, как ты помнишь? — спросила она его после короткой паузы.

- Что именно так, как я помню?

- Вьетнам!

- Это уже не та страна, которую я покинул в ’69-м.

- Конечно, нет. С тех пор произошло огромное изменение во всем мире. В 1969 году мы только что высадили человека на Луну. А теперь на Марсе ездят марсоходы, а миллиардеры запускают людей в космос просто так, ради удовольствия…

- Я понимаю, о чём ты, Скутер, — прервал он её. — Но мне кажется, ты не понимаешь меня. Раньше мы называли эту трассу „Громовой дорогой“.

- Громовая дорога? — переспросил Клод, оглянувшись через плечо с дерзкой улыбкой. - Ты уверен, что не путаешь свои воспоминания о войне с «Безумным Максом, - Эрни?

- Для тебя я не Эрни, приятель. Я — Эрнест. И если мне придется повторять это еще раз, я остановлю машину, и ты сможешь дойти до Сайгона пешком.

- Désolé! Désolé! - Он поднял руки в жесте извинения. - Je suis désolé.

- Почему „Гром-роуд“? — спросила Ника.

- Вдоль нее происходило много военных стычек.

- Вдоль шоссе?

- Война велась не только в джунглях, как показывают в фильмах. Нигде в стране не было безопасно.

Клод спросил: - Чем вы занимались во время войны, месье Эрнест?

- Он меня подкалывает? — спросил Эрнест у Ники.

- Он просто вежлив, Папи.

- Почему он не может просто называть меня Эрнестом?

Клод сказал: - Я же здесь. Я вас прекрасно слышу. Если вы хотите, чтобы я называл вас Эрнестом, и только Эрнестом, это не проблема. Так вы были сержантом, Эрнест? Лейтенантом? Капитаном?

— Я дослужился до капрала, — коротко ответил Эрнест. — Мне не было дела до руководящих должностей. Мне нравилось то, чем я занимался.

— Он ползал по туннелям, помнишь? — подсказала Ника. — Не могу поверить, что ты этим занимался, Папи.

— Кто-то же должен был их очистить.

— Почему они просто не использовали собак? — спросил Клод.

Это был вполне разумный вопрос. США использовали служебных собак в военных операциях с Первой мировой войны, и Вьетнам не был исключением. Наиболее распространённой породой были немецкие овчарки, которых использовали для всего: от разведки и несения караульной службы до обнаружения мин и