Глазок. Сборник мистики и хоррора - Сергей Жоголь

Лиз опустила голову. Эндрю достал платок и вытер кровь с руки. Рана больше не кровоточила.

— Значит, идея покончить с пиратством…

— Дух Бонни Браун снова пощадил лорда Малоуна. Видимо, даже превратившись в демона, она всё ещё любила его. Но пираты погубили её дочь, и Бонни не могла так этого оставить. Она жаждала мести! Всем вам! Малоун, с его эскадрой и пушками, не мог справиться с Береговым Братством, а вот демон… Бонни в моём обличии взяла с губернатора новое обещание. Данная им на площади Кингстона клятва должна быть выполнена до конца, и отныне, они (Хьюго и Бонни) оба будут бороться с Береговым Братством, пока не умрёт последний пират. Сэр Хьюго так боялся мести бывшей возлюбленной, — Лиз улыбнулась. — Люди думают, что только губернатор борется с беззаконием, но это не так.

— Что же тогда произошло на «Альбатросе»?

— Я проникла на корабль. Сэр Хьюго отдал мне документы Элизабет.

— Но, зачем?

— Окажись я простой бедной девушкой… Я не хотела, чтобы со мной поступили так же, как с сестрой. Демон приходит только ночью, днём я обычный живой человек. Я показала матросам бумаги Элизабет, выдав себя за дочь губернатора, и сказала, что капитан выкрал меня, чтобы получить выкуп. Капитан и его приближённые знали, что это ложь, но люди чаще верят в байки, чем в то, что происходит на самом деле. Капитан уверял пиратов в своей правоте, но ему не поверили, матросы взбунтовались. Сумасшедшего Француза обвинили во всех грехах. Ему припомнили всё, и Ла Гран умер в муках, а демон убил остальных. Корабль опустел, и тут появились вы.

Эндрю посмотрел вокруг, рассказ Лиз не вызывал сомнений, история повторялась.

— И что теперь?

— Демон поклялся мстить, и он не остановится. Когда дух Бонни снова войдёт в моё тело, ты умрёшь.

— И ты этого хочешь? Ты, Лиз Браун — обычный живой человек?

Из-под пальцев, сжимавших рану, снова хлынула алая струйка. Эндрю сдержал стон.

— Моё желание уже ничего не изменит, но ты можешь убить меня и спасти свою жизнь! — Лиз нагнулась и схватила оброненный кем-то кортик. — На, возьми! Правда тогда дух Бонни может вселиться в тебя.

Закусив губу, Лиз отвернулась, по её щеке катилась слеза. Эндрю отвёл протянутую руку, пальцы разжались, и острый клинок выпал. Лиз всхлипнула и бросилась мужчине на шею.

— Ты говоришь, он придёт ночью? — капитан улыбнулся.

— После захода солнца.

— Значит, у нас ещё есть время?

Видя, как щёки девушки покрываются румянцем, Эндрю подхватил её, и их губы слились. Он спускался по скрипучим ступеням, неся Лиз на руках. Голова девушки покоилась на сильном плече, до наступления темноты оставалось лишь несколько часов.

Солнце поднималось, чайки, жалобно крича, кружили над головой. Лиз стояла на палубе и смотрела вдаль. Глаза девушки блестели, губы подрагивали. Ветер трепал волосы, они забивались в рот, щекотали ноздри, но Лиз, словно не замечала этого. Мёртвое тело лежало у её ног. Мужчина, как будто бы спал, но Лиз знала, что он не проснётся.

Не проснётся никогда!

Маленькая точка показалась вдали. Она стремительно приближалась, росла, и вскоре пассажирка пиратского шлюпа разглядела флаг: чёрный лоскут, на нём череп и кости — неизменная эмблема Берегового Братства. «То, что нужно», — усмехнулась Лиз.

Очередные жертвы спешили навстречу собственной гибели.

Ветер качал деревья, те издавали пронзительный скрип. Шелестели листьями, раскачивались. Старые коряги, походящие на огромных рассерженных пауков, высовывались из-под земли по обеим сторонам дороги. Солнце не грело, а лишь слепило глаза и без того слезившиеся от сильного ветра. Со стороны топей подступало смрадное зловоние болот. Пахло багульником, тиной и разложением. От этого запаха сводило скулы и стучало в висках. Люди кутались в плащи, то и дело озирались, изредка перекрикивались между собой. Когда отряд спустился с холма, неподалёку от дороги в орешнике послышалась какая-то возня. Всадники насторожились и осадили коней.

Из кустов торчала отделанная завитками и узорами крыша повозки. Раздалось негромкое ржание. Кони, впряжённые в повозку, завидев всадников Хэйла, перестали щипать листья, навострили уши и уставились на остановившихся людей. Одна из лошадей дёрнулась, но карета не сдвинулась с места, лишь покачнулась. Дикки Смоллес, завербованный капитаном охотник из местных, спрыгнул с коня, на полусогнутых приблизился к повозке и распахнул дверцу. Мёртвое тело рухнуло к его ногам.

— Это лорд Вилберн! — крикнул следопыт. — На повозке эмблема его дома: «цветок чертополоха и треснутый кубок», — Дикки заглянул внутрь и поморщился. — Леди Вилберн тоже здесь. Её тело напоминает рубленый бифштекс. Ошибки быть не может, это сделал он — наш парень.

Капитан Хейл спешился и подошёл к Дикки.

— Хочешь сказать, что мы у него на хвосте? — командир наёмников перевернул ногой вывалившееся из кареты тело мужчины в дорогом глянцевом камзоле и бархатных штанах. — Ну и мерзость, да что же это такое? Я всякое видел, но чтобы вот так…

Вместо глаз у покойника зияли огромные дыры; лицо, лишённое губ и носа, представляло собой кровавый оскал; уши тоже были отрезаны. Вывалившиеся из вспоротого живота внутренности свисали со ступенек кареты, над ними, жужжа, кружили несколько толстых зелёных мух.

— Леди тоже вырезали глазки и выпустили кишки? — поинтересовался подошедший к брошенной карете Рыжий Зак. Он грыз зелёное яблоко и смотрел на трупы с видом учуявшего сметану кота. Зак развязал лямку плаща, отстегнул от пояса короткий меч и кинул их на землю. Наёмник закатал рукава и, почесав волосатую грудь, присел над мертвецом. Капитан Хейл заскрежетал зубами, сабельный шрам над его левой бровью побагровел. Что там ещё задумал этот рыжеволосый выродок? Ухватив мёртвого лорда за рукав, Рыжий Зак потянул того на себя. На покрытом трёхдневной щетиной лице наёмника мелькнула улыбка.

— Неплохое колечко, я бы взял такое. Поносить! — На безымянном пальце лорда Вилберна красовался перстень, украшенный рубином величиной с орех. — Бьюсь об заклад, что на теле дамочки мы тоже найдём что-нибудь стоящее.

Зак поднялся и заглянул в окошко кареты.

— Не смей! — прорычал Хейл. — Мы здесь не для этого. Или ты забыл?

Зак пожал плечами и хмыкнул:

— А я что? Только жалко, если такое добро пропадёт.

— Странно всё это, — Дикки указал на болтавшийся на поясе лорда Вилберна шнурок. — Здесь висел кошель.

— Что же в этом странного? Cначала убийца выпотрошил беднягу, а потом и его кошель, — хихикнул Зак, поднырнул под карету и начал шарить в траве. Вскоре он вылез из-под днища с улыбкой на лице. — А нет! Этот простофиля не нашёл денежки, — Зак пару раз подкинул на руке увесистый расшитый бисером мешочек. — Здесь не меньше