Глазок. Сборник мистики и хоррора - Сергей Жоголь

Девушка вздрогнула, Хэйвуд и Диди Фурнье переглянулись. Уилсон хохотнул:

— С каких пор вы стали таким кровожадным, мистер Дэвис?

Винни бросал на незнакомку томные взгляды. У Эндрю невольно сжались кулаки. Шуточки красавца-штурмана выводили его из себя. «Пора ставить на место этого выскочку». Молодой капитан задержал дыхание и…, с удовлетворением заметил, что фривольные выходки Винни никак не действуют на пленницу.

— Я не это имел в виду, — насупился Дэвис. — Мы высадим девчонку в первом же порту, пусть убирается на все четыре стороны.

Уилсон снова рассмеялся, но вдруг насупил брови.

— А, если она нажалуется папаше?

Винни поднялся, подошёл к Дэвису и, буквально, крикнул ему в лицо:

— А может, просто перережем ей горло и за борт? Куда подевалась ваша отвага, квартирмейстер? Она ценный груз, мистер трус! При желании мы можем получить за неё кругленькую сумму.

Дэвис побагровел и положил руку на торчащий за поясом тесак.

— Кого ты назвал трусом, Уилсон?

Эндрю поднялся, всё зашло слишком далеко, квартирмейстер и штурман застыли.

— Довольно!

Эндрю и повернулся к пленнице.

— Мои друзья шутят, мисс Браун. Не могли бы вы рассказать нам о том, как оказались на «Альбатросе»? Также меня интересует, что стало с командой?

Тут она впервые посмотрела на него.

* * *

Мать Лиз была простой служанкой в доме Малоунов, она умерла при родах. Сэр Хьюго не признал дочь, рождённую вне брака, но обеспечивал её и заботился. У губернатора жена и двое сыновей, никто из них до сих пор не знает о существовании внебрачного ребёнка. Когда сэр Хьюго получил назначение на остров, он отплыл на корабле, обещая принять девушку потом. Под именем Лиз Браун дочь сэра Хьюго прибыла в Лондон. Она быстро нашла нужный корабль. «Ирландец» считался быстроходным судном, он вёз нескольких пассажиров и имущество нового губернатора Ямайки. Одной из пассажиров стала неброско одетая девушка из Шеффилда.

Никто не ожидал, что корабль постигнет такая участь.

«Альбатрос» преследовал английское судно довольно долго, матросы оказали сопротивление, но силы были неравны. Большая часть команды была убита в бою, остальным тоже не повезло. Пленников-мужчин связали и выбросили за борт. Вояки Ла Грана хохотали и щёлкали зубами, изображая зубастые пасти (эти воды кишили акулами). Что же касается женщин, победители порезвились на славу. Позже, измученных и истерзанных пленниц высадили в каком-то порту, в разодранной одежде без денег и пропитания. Повезло лишь Элизабет.

Ла Гран нашёл бумаги, подтверждавшие факт её рождения от благородного лорда. Коварный капитан не посвятил команду в то, какая «птица» попала в их сети. Возможно, он боялся, что моряки не захотят связываться с самим губернатором, возможно, не захотел делиться деньгами. О настоящем имени молодой пленницы знали лишь приближённые. На общей делёжке девушку оценили в сотню монет, и она стала частью добычи капитана. Правда, Ла Гран рассчитывал продать девушку гораздо дороже.

Когда новый губернатор, узнав, что его имущество захвачено пиратами, повесил нескольких бродяг и пригрозил отомстить не только команде «Альбатроса», но и всем жителям Тортуги, Ла Гран решил не спешить с получением выкупа. То, что лорд Малоун публично проклинал тех, кто похитил его любимых собак, призывал в свидетели самого дьявола, и при этом ни слова не упомянул о пропавшей дочери, сильно озадачило бывалого дельца. Капитан «Альбатроса» решил выждать. Всё это время, он держал пленницу под замком в своей каюте под бдительной охраной верных ему людей.

После смерти отца Бартоломью в Кингстоне поползли слухи. Многие поговаривали, что сэр Хьюго продал душу дьяволу, а именно тот помог губернатору поквитаться со своенравным священником. Слухи разрастались, множились и вскоре достигли Тортуги. Люди Ла Грана стали задавать вопросы: «Действительно ли капитан не знал, чей груз был распродан на рынках пиратского острова?» Сумасшедший Француз отдал приказ поскорей выйти в море. Он надеялся, что жажда наживы, притупит сомнения и страхи команды, но хитрец просчитался. Кто-то тайком забрался в его каюту и отыскал бумаги. Сомнений не оставалось, Ла Гран не только подверг риску всю команду, но и утаил добычу. Такое не прощалось. Несмотря на почти панический страх перед капитаном, пираты подняли бунт. Правда, авторитет француза был так велик, что не все поддержали бунтовщиков. Команда разделилась, и сторонники капитана одержали верх. После драки на корабле осталось лишь шесть человек, включая самого Ла Грана. На следующий день разразилась уже другая, настоящая буря.

— Они не смогли справиться с парусами вшестером. Когда двоих из оставшихся в живых смыло за борт, Ла Гран велел спустить шлюпку, так я осталась одна. Чтобы больше не испытывать судьбу, Ла Гран решил просто избавиться от меня. Шторм ещё долго бушевал, и после каждой новой волны я думала, что корабль перевернётся. Как видите…

— Мне не очень-то нравиться эта история, — перебил Уилсон. — К тому же, я не припомню, чтобы в этих широтах в последнее время бушевала буря.

— Да уж, странная история, — поддакнул квартирмейстер.

Глаза девушки вспыхнули:

— По-вашему я вру? Ну, что ж, я видела, как на подобных кораблях поступают с пленницами, — девушка бросила гневный взгляд на капитана. — На «Альбатросе», по крайней мере, с уважением отнеслись к моему происхождению. Если же на вашем корабле, мистер Оуэн…

— Не беспокойтесь, — Эндрю холодно посмотрел на своих приближённых. — На этом корабле вы в безопасности, мисс Браун.

На мгновение в комнате воцарилась тишина. Присутствующие слишком хорошо знали, что видимая невозмутимость и мягкость Эндрю Оуэна имеет предел.

— Хоть вы и пират, мистер Оуэн…, — девушка смутилась. — Вы позволите мне уйти? Я устала и хочу отдохнуть. Надеюсь, для меня найдётся комната на этом корабле, и мне не придётся ночевать на тюфяке, среди крыс?

— Вам предоставят каюту. — Эндрю склонил голову. — Баз!

Дверь распахнулась, и на пороге появился молодой матрос:

— Капитан?

— Проводите нашу гостью в её каюту. Отвечаете за её безопасность головой.

Вошедший вытянулся по военному, отвесил поклон девушке, та чуть склонила голову в ответ и последовала за матросом. Элизабет и Эндрю на прощание снова обменялись взглядами. Ни видимая суровость, ни холодный тон незнакомки не помешали Эндрю разглядеть в глазах юной леди лучики тепла.

Следующий день начался для Эндрю с того, что в капитанскую каюту вошёл Чарли Дэвис и сообщил, что матрос Баз Тревор по прозвищу Красавчик (тот самый, который провожал гостью в её каюту) покончил с собой. Красавчик Баз спустился в пушечный трюм и повесился на брючном ремне, почему он это сделал, не знал никто.

Следующие дни ознаменовались ещё несколькими потерями. Во время обеда судовой кок, подавившись чёрствой галетой, долго