Бисквит - Ким Сонми

Я вышел из квартиры вместе с бисквитом, мужчина громко матерился, пытаясь вывернуться и схватить меня. И хотя он не мог видеть бисквита, по моей сгорбленной позе он догадывался о происходящем. Он жутко потянулся ко мне рукой, но Докхван перехватил ее. Я, в свою очередь, бегом добрался до конца коридора, неся ребенка на спине. Хёджин вытерла слезы рукой, в которой сжимала резиновый мяч.

– У нас получилось?

– Да, получилось.

– Какое счастье, – сказала она, всхлипывая. Когда я спустился по лестнице, Хёджин ударила кулаком по двери пожарного выхода. Это был сигнал для Докхвана, что он может вернуться. Со скрипом дверь чуть не закрылась, но Хёджин, по всей видимости, остановила ее, вставив в щель биту. Потом раздался глухой звук, будто Докхван оттолкнул мужчину, а затем быстрые шаги по коридору. Вскоре дверь захлопнулась с громким хлопком.

– Обними меня!

– Чего?! – за удивленным возгласом Хёджин последовал грохот отброшенной биты.

– Быстрее! Мы не успеем, если я буду поддерживать тебя под руку!

В отличие от легкого бисквита, нести на спине мускулистую девушку – все равно что добровольно согласиться вместе свалиться вниз по лестнице и держась за руки отправиться в мир иной. Чтобы не упасть, Докхвану пришлось нести Хёджин на руках как принцессу.

Их чередующиеся вздохи и пыхтения вместе с осторожными шагами действовали мне на нервы. Они шли слишком медленно. Я уже слышал, как открылась противопожарная дверь. Тем временем я зашел в квартиру тети, посадил бисквита на диван в гостиной и снял входную дверь со стопора, после чего, взволнованный, стал дожидаться Докхвана и Хёджин на входе.

Когда они наконец-то появились в коридоре, за ними гнался раскрасневшийся от гнева мужчина. В момент, когда он почти схватил Докхвана за плечо, ему прямо в лицо дважды прилетел резиновый мяч, брошенный Хёджин. Мужчина запнулся и сбавил скорость. Мяч с глухим стуком отскочил от пола. Запыхавшийся Докхван из последних сил рванул ко входной двери.

Проскользнув финишную линию и оказавшись в квартире, Докхван тут же хотел захлопнуть входную дверь, но у него не вышло – в последний момент мужчина успел сунуть ногу в проем. Я изо всех сил тянул дверную ручку, пытаясь помешать ему войти, но моих сил было недостаточно. Дверь распахнулась. Хёджин продолжала бросаться резиновым мячиком, но мужчина схватил ее за запястье. Я попытался ей помочь, но наступил на мячик и потерял равновесие.

Сильная Хёджин и сама умела находить выход из неприятностей. Она освободилась от хватки мужчины с помощью приемов самообороны, которые изучила на занятиях тхэквондо. Однако из-за гипса на ноге Хёджин не смогла достаточно уклониться и тут же оказалась схваченной за волосы.

– Да как ты смеешь! Отпусти ее! Сейчас же! – закричал разозленный Докхван и, выскочив вперед, ударил мужчину по руке, используя защитный прием из дзюдо. Мужчина пошатнулся и отпустил волосы Хёджин. Не теряя времени, Докхван с силой ударил правой ногой по его левой. Затем, выполнив подсечку, он опрокинул мужчину на пол. Один только вид этого приема вызывал мурашки. Докхван все еще был в ярости и подгонял мужчину подняться, но, судя по болезненным стонам, встать тому будет нелегко.

Пока мужчина не успел прийти в себя, я быстро закрыл дверь. Только после этого Хёджин, казалось, смогла расслабиться и лечь на пол в гостиной. Докхван тоже сначала присел, а затем упал рядом с Хёджин. Она повернула голову и посмотрела на Докхвана. Тот, тяжело дыша, повторял: «Я в порядке. Все нормально». Он ответил заранее, зная, что Хёджин будет интересоваться. Молодой господин довольно крут.

– Ты так жестоко его избил. Потерпеть не мог?

– На кону стояла жизнь бисквита, у меня не было другого выбора. – Докхван сел.

– Сам ведь говорил, что насилие под запретом. А этот бросок тогда что?

– Самооборона.

В этот момент раздался грохот, будто кто-то ударил по входной двери. Видимо, мужчина уже встал и кричал, чтобы мы немедленно вышли, пиная дверь, будто собирался ее выбить.

– Где бисквит?

Я погладил голову бисквита, прилегшей на диване. Докхван и Хёджин сосредоточили свои взгляды на моей руке. Похоже, они еще не могли разглядеть девочку. Если бы она заговорила, ее присутствие стало бы очевидным, но сейчас она выглядела так, будто у нее не было сил хотя бы просто открыть рот.

Даже если вызовем полицию, если до их прибытия бисквит не станет видна, нам придется несладко. У нас не получится объяснить, зачем мы вторглись в квартиру сверху. Давать бисквиту пищу тоже было рискованно. Она долгое время ничего не ела, и мы не могли так сразу ее накормить.

Докхван поправил очки и уставился в пустоту. Он пытался распознать бисквита по аналогии с тем разом, когда нашел Хёджин. Но зрение Докхвана было не таким хорошим, как раньше. Скорее, у Хёджин было больше шансов разглядеть бисквита.

Но она вместо этого закрыла глаза и начала принюхиваться, шмыгая носом. Похоже, снова собиралась продемонстрировать технику, которую с провалом использовала на Джиан, теперь уже перед парнем, что был в нее безответно влюблен. Я оглянулся на Докхвана проверить, не разочаровался ли он, но тот по-прежнему смотрел на Хёджин влюбленным взглядом. Похоже, выражение «любовь слепа» как раз про это.

Хёджин, продолжая нюхать воздух, потихоньку приблизилась к дивану. Она принюхалась и вдруг широко раскрыла глаза.

– Пахнет ребенком.

Как только Хёджин учуяла запах бисквита, ее прозрачное тело стало постепенно проявляться. Увидев появившегося перед ней бисквита, Хёджин смогла только удивленно ахнуть. Она молча смотрела, будто нашла прекрасное сокровище.

Возможно, бисквит начала смутно появляться из-за того, что услышала слово «ребенок». Люди инстинктивно стремятся к тому, чего им не хватает, а удовольствие от осуществившегося желания поднимает уверенность в себе. Вероятно, бисквит больше всего хотела найти того, кто будет заботиться о ней, как о ребенке, и обрести веру в то, что она достойна любви.

– Знаешь, ты действительно заслуживаешь любви.

Бисквит подняла голову и посмотрела на меня. Я говорил искренне. В жестоком и изолированном мире она продержалась стойко. Это стало возможным благодаря ее уникальному характеру. Крепкий и сильный дух позволил ей выжить.

– Поддерживаю. Ты очень драгоценная. Если ты так приятно пахнешь, у тебя, должно быть, и голос красивый, – добавила Хёджин.

Поняв наше намеренье, Докхван присоединился в попытке убедить бисквита четко проявить себя в мире. Мы продолжали говорить ей, что во всем произошедшем нет ее вины и что мы защитим