Меч Черный Огонь - Джеймс Логан

не забыл обещание, которое дал самому себе: если он каким-то образом обманет смерть, то постарается стать лучше. Что ж, каким-то образом он выжил. Теперь он должен был выполнять это обещание. Ему был дан второй шанс, и, если эта новая глава его жизни начнется с того, что он возьмет чужую, то, возможно, было бы лучше, чтобы она вообще не начиналась.

— Почему ты так хмуришься? — спросила Марни. — Не бойся, Лукан Гардова. Я не стану просить тебя совершить убийство. В конце концов, женщина, которую я хочу, чтобы ты нашел, уже мертва.

— Уже мертва? — повторил он, скрывая облегчение. — Зачем тебе труп?

— О делах поговорим позже. Я предпочитаю ставить удовольствие на первое место. Парад изобретателей состоится через три дня, и прошло слишком много времени с тех пор, как я в последний раз ходила на него под руку с красивым мужчиной.

— Я сыт по горло парадами.

Марни с любопытством посмотрела на него.

— А, — сказала она, когда до нее дошло. — Ты имеешь в виду кровавую бойню во время Великой Процессии.

— Ты была там?

— Нет, хотя я хотела бы быть. Это было так драматично. — Она ухмыльнулась, как будто убийство великого герцога и двух его сыновей было забавным, а не одним из самых ужасных событий, которые Лукан когда-либо видел. — Не бойся, — продолжила она, — на Параде изобретателей погибают только карьеры изобретателей, которые не сумели заинтересовать возможных покровителей. Кроме того, это парад только по названию. Мы будем сидеть, пить вино и есть засахаренные орехи, пока череда черных пальцев будет демонстрировать нам свои последние изобретения. — Она пожала плечами. — По правде говоря, часто это бывает скучно, но всегда есть вероятность, что у кого-то может загореться пальто.

— Такое случалось раньше?

— Да. И не один раз.

— Что ж, лучше пальто, чем рука, — ответил Лукан, вспоминая игру в пирамиду.

— Так ты присоединишься ко мне?

Он знал, что на самом деле это был не вопрос.

— Да.

— Превосходно. — Марни наклонилась к нему так близко, что он почувствовал запах ее духов — аромат красных роз. Конечно. Ее губы приоткрылись, и Лукан подумал, что она собирается поцеловать его. На мгновение ему захотелось, чтобы она это сделала. Но затем она наклонила голову, коснувшись губами его уха, и прошептала: — Лорд Баранов будет там. — В ее глазах блеснуло веселье. — Возможно, ты захочешь перекинуться с ним парой слов.

Я бы хотел нечто большее, чем слова, подумал Лукан, когда Марни отвернулась от него в шелковом вихре. Он спросил себя, как много Ашра рассказала ей. Держу пари, не так уж много.

— Это задача, — крикнул он ей вслед, и его голос был чуть громче скрежета. — Когда мы ее выполним, мы будем квиты?

Марни повернулась и посмотрела на него, стоя в дверях:

— Ты имеешь в виду, вернет ли это тебе твой долг передо мной?

— Если ты так хочешь это сформулировать.

— Ты уже так отчаянно хочешь освободиться от меня, Лукан Гардова?

— Я не это имел в виду, — солгал он.

— Выполни задачу, которую я поставлю перед тобой, и я буду считать, что твой долг погашен. — Она слегка пожала плечами. — Если ты останешься жив.

— Что это значит: если я…

— Мой дворецкий вернет тебе одежду и проводит к выходу, — перебила Марни, ее красный взгляд стал еще интенсивнее. — Экипаж за тобой заедет через три дня, после полуденного колокола. — Она игриво улыбнулась. — Оденься со вкусом.

С этими словами она ушла.

Час спустя Лукан стоял перед входной дверью Разина. Странно думать, что всего несколько дней назад он стоял здесь, сомневаясь в своем выборе, тогда как теперь он знал, что больше нигде не хотел бы оказаться. И ни с кем другим видеться. Он постучал три раза, вызвав у Ивана мгновенный приступ лая, и улыбнулся, услышав приближающийся к двери голос Разина.

— Веди себя прилично! Иван! Ради любви…

Дверь открылась, и оттуда хлынул свет. За ним последовал Иван, виляя хвостом.

— Привет, парень, — пробормотал Лукан, потрепав огромную голову пса, который смотрел на него снизу вверх, сверкая глазами и высунув язык. — Генерал, — сказал он вместо приветствия, поворачиваясь к Разину и протягивая ему руку, но тут же чуть не свалился с ног, когда Блоха бросилась к нему и обняла так крепко, что он едва мог дышать.

— Со мной все в порядке, ребенок, — сказал он, обнимая ее в ответ. Поступок, который когда-то мог показаться неловким. Больше нет.

— Я думала, ты умрешь, — сказала девочка, отстраняясь.

— Почти.

— Прости, если бы я не отвлеклась…

— Эй, хватит об этом. — Он присел на корточки, так что их лица оказались на одном уровне. — Я уже говорил тебе: ты ни в чем не виновата. В любом случае, что сделано, то сделано. Давай просто постараемся стать лучше, хорошо?

— Хорошо. — Лицо Блохи просветлело. — Иди, посмотри на Ашру! — Она развернулась и скрылась в доме, Иван с лаем помчался за ней.

— Генерал, — повторил Лукан, вставая и снова протягивая руку.

— Лукан, — ответил мужчина, крепко пожимая ее. — Добро пожаловать обратно.

— Спасибо. Ты даже не представляешь, как я рад… — Он махнул рукой, словно говоря увидеть все это снова.

— Мне жаль, что я не смог вас вытащить, — сказал Разин, нахмурив брови. — Я воспользовался всеми чертовыми одолжениями, которые у меня еще оставались. И все впустую.

— Ты сделал все, что мог, — ответил Лукан, хлопнув мужчину по плечу. — И я глубоко благодарен.

— Хм, что ж. — Генерал отошел в сторону и жестом пригласил Лукана войти. — Единственное, что я могу тебе предложить, это выпить.

— Это, — сказал Лукан, переступая порог, — величайшее одолжение из всех возможных.

Когда Лукан вошел в гостиную, Ашра стояла у камина, как будто все еще пыталась развеять холод камеры. Настороженный взгляд, который она бросила на него, развеял его надежду на то, что их общий предсмертный опыт, возможно, сократил дистанцию между ними. Похоже, там еще есть над чем поработать. Но сейчас было не время.

— Рад, что ты еще дышишь, — сказал он ей, кивнув.

— И ты, — ответила она. — Кажется, леди Марни все-таки помогла тебе.

— Она пришла за нами обоими.

— Да. — Улыбка Ашры угасла. — Пришла.

Лукан не упустил нотку настороженности в ее голосе, которая намекала на невысказанное беспокойство. Ему не нужно было спрашивать, по какому поводу. Он тоже это чувствовал: тяжесть их долга перед леди Марни и тревогу по поводу того, что это может повлечь за собой. Женщина, которую я хочу, чтобы ты нашел, уже мертва, сказала Марни. Что, черт возьми, это значило? Возможно, Ашра знала больше, но этот разговор можно