Адский Ангел - Эдвард Ли

- Что ты слышал, мой дорогой Фларий? - спросил он.

- Слышал о чем, сэр?

- Насчет слияния.

- Ничего, сэр, - ответил подчиненный, хотя на самом деле слышал достаточно. Он слышал, например, что слияние произойдет сегодня вечером, и он слышал, что Антропоманты и Экстипики видели весьма положительные результаты в своих последних предсказаниях. И он слышал, что недавно были усовершенствованы другие оккультные науки, науки, которые могли изменить все.

Фларий много чего слышал.

- Но ведь наш удел - просто служить, не так ли? - Спросил Рем. Он был толстым, раздутым и казался набитым в свою алую тунику и доспехи. Рем все еще жил в своем духовном теле, но он надеялся, что скоро его учитель превратит его в Великого Князя - высшая награда в Мефистополисе. И если следующее пространственное слияние удастся, возможно, это произойдет раньше, чем он думал. - Мы не задаем вопросы, мы просто служим.

- Да, сэр.

Дрянные желтые глаза Рема вернулись к полю внизу. Скоро, подумал он. Пожалуйста, Лорд Люцифер, пусть это будет поскорее...

2

Где же она? Ряды горгулий смотрели на нее с каменных уступов, которым, казалось, не было конца. Черные языки лизали острые, как сталь, клювы. Затем одна из отвратительных тварей спрыгнула с самого нижнего выступа и приземлилась всего в десяти футах от того места, где стояла Кэсси. Он рванулся вперед, выставив когти, но Кэсси просто посмотрела на него и подумала: "Испепелить", и Горгулья взорвалась пламенем. Развернулся клуб черного дыма. Он умер еще до того, как успел закричать, а через секунду даже пламя погасло, оставив только пепел.

По узкой улице клубился зеленый туман. Сквозь него она увидела фары, а затем мимо прогрохотала паровая машина, на боковой двери которой было написано: "Отдел полиции по снятию шкур". Цепи, прикрепленные к задним сцепкам машины, тащили двух голых людей и голого Тролля. Их отпустят, как только грубые кирпичи из песчаника сотрут большую часть их кожи. В дверном проеме два маленьких серокожих Брудрена хихикали, отрезая полоски кожи ржавой опасной бритвой; вывеска над дверным проемом гласила: "ЭПИДЕРОМОМАНТ: мы покупаем кожу здесь".

Кэсси двинулась дальше, туман расступался вокруг ее ног. Она бывала здесь и раньше, но не видела всю улицу так, как сейчас. Она знала, что это сон, но она также знала, что, так как она Эфирисса, ее сны о Мефистополисе смешиваются с реальностью - частично сон, частично психический канал. Бафо-крыса перебежала улицу; она увидела волну, которую та подняла под туманом, и подумала: "Хлюп". Затем раздался ожидаемый влажный хлюпающий звук, и туманная волна остановилась, коричневатая кровь взлетела вверх петлей. "Чисто", - подумала она, глядя на улицу. Туман рассеялся. В одно мгновение туман ушелс улицы, словно порыв внезапного ветра, но ветра не было вовсе. Это была просто сила ее разума, ее сила Эфириссы.

Другие Брудрены играли возле мусорного бака, наполненного частями тел; у них был длинный кишечник, и они прыгали через скакалку. Соблазнительная Ликанимфа пыталась торговать собой на следующем углу, ее светлый мех цвета шампанского блестел.

- Давай, любимый, - проворковала она толстому чертенку с обветренным лицом. - Пятьдесят адских снов за полторы.

- Черт возьми, нет, - заявил бес. - Ты съешь меня, когда закончишь! Сумасшедшие суки-оборотни!

Человек в окне, покрытый пиявками, застонал от облегчения, используя скребок, расчесывая спину. "О, как мило", - подумала Кэсси, поморщившись. Скребок для спины представлял собой отрубленную руку, привязанную к палке.

- Ман-бургеры? - спросил Тролль, когда она проходила мимо его прилавка. Бледные пирожки шипели на вонючем гриле. Каждый раз, когда жара изгоняла паразитического червя, продавец загонял его обратно в мясо грязным пальцем. - Оставайтесь там, маленькие педерасты. Вы лучшая часть. - Его глаза были похожи на сваренное вкрутую яйцо, разрезанное пополам. - Как насчет гашиша из Вурдалачьей селезенки? Это действительно здорово, на вкус как яичница-болтунья.

- Я вегетарианка! - Крикнула Кэсси в ответ и с важным видом удалилась.

Но что она здесь делает? О, верно - она не была здесь на самом деле, она просто здесь во сне. Но даже во сне она не забывала о своей цели. Она не была Эфириссой по собственному выбору; это была сила, данная ей против ее воли, инициированная самоубийством ее сестры. Это была единственная причина, по которой Кэсси хотела вернуться в Мефистополис.

Я должна найти Лиссу...

Но вместо этого она обнаружила лишь еще больше ужаса, еще больше эксплуатации, садизма и жестокости. Затем она миновала кирпичную церковь с перевернутым крестом на шпиле. Ее витражи изображали пасторальные пейзажи, в которых кричащие беременные женщины рожали демонов, а улыбающиеся крестьяне смотрели на них. В дверях стояла чаша на подставке, как в церкви для святой воды, но эта была наполнена кровью. Заглянув через арочную дверь, Кэсси увидела, что на алтаре совершается жертвоприношение, а в воздухе разносятся песнопения.

- Если я отрежу себе ногу, ты купишь ее? - пискнул тоненький голосок. Кэсси заглянула в расщелину переулка и увидела там молодую девушку-демона в лохмотьях. Она была истощена, одна глазница пуста, оба ее рога и одно остроконечное ухо уже отрезаны. - Ты сможешь продать ее прорицателю, - сказала девушка с надеждой в голосе. Затем она с грустным видом подняла шприц. На ее руке не хватало нескольких пальцев. - У меня осталась последняя доза Запа.

- Мне очень жаль, - печально сказала Кэсси. - У меня нет денег, а даже если бы и были, я не могу позволить тебе отрезать себе ногу.

В здоровом глазу девушки-демона блеснула слеза. Она начала втыкать иглу шприца в ноздрю, но тут Кэсси сказала:

- Очень жарко, - и девушка уронила шприц. Он раскалился докрасна на тротуаре, а затем превратился в пламя.

- Зачем ты это сделала? - всхлипнула девушка. - Это была моя последняя доза! Я продала за это свой палец!

Кэсси уставилась на нее.

- Тебе это больше не нужно. Ты излечилась...

Девушка-демон вздрогнула, как будто ей вдруг стало холодно. Ее здоровый глаз и глазница широко раскрылись.

- Спасибо, спасибо, спасибо, - обрадовалась она, вскочила и убежала с поднятыми руками.

Кэсси со временем отточила свои эфирные способности, но она знала, что это всего лишь трюк, да и какое это имеет значение? Она знала, что скоро ее заберет токсикологическое отделение и снова подсадит на наркотик. Но, по крайней мере, какое-то время она будет свободна.