Сплатология 2.0 - Джейсон Никки

Сначала ей нужно было понять, как вывести их обоих отсюда. Взгляд вокруг показал ей, что некоторые женщины не рыдали и не боялись, как остальные. У них были боевые лица. Обри сразу поняла, что это были те женщины, которых Хозяйка искала, женщины, с которыми она жаждала поиграть.

Второй шаг Полин провалился. На экране все смотрели, как она падала гораздо дальше, чем остальные. Она тяжело ударилась о дно, и ее кости хрустнули, раскалываясь и прорывая кожу и мышцы. Полин закричала. Кости раздробились так сильно, что осколки прорвали ее другие конечности. Она осталась выглядеть как человеческий детский сад, руки обхватили бедренную кость, проходящую через ее челюсть. Еще больше крыс полезли через отверстия в стене контейнера, чтобы использовать это наспех сделанное игровое оборудование. Они ползали по ней и свисали с костей, идущих во все стороны, и иногда останавливались, чтобы откусить кусок мяса.

- Полин выбыла, - сказала Хозяйка, - хотя я, возможно, оставлю ее. Похоже, животным она нравится. Ее ребенок, девочка по имени Мисти, что жаль, будет моей, чтобы воспитывать, если она переживет день. Обри, ступай осторожно.

Обри кивнула. Она собралась с духом и заставила себя глубоко вздохнуть через свои тревожные легкие. С трепетом она шагнула вперед. Она не видела никакого выхода из этого. Она только надеялась, что женщина хотя бы сдержит свое слово и отпустит их, если они выживут. Это было большое "если".

Она могла слышать паническое дыхание других женщин, пока они наблюдали за ней. Обри протестировала левую плитку пальцем ноги. У нее был некоторый люфт, и это сделало ее нервной. Она посмотрела вверх на Хозяйку и шагнула на противоположную плитку. Женщины ахнули вместе с ней, когда ничего не произошло. Она могла чувствовать пристальный взгляд Хозяйки, пока пыталась решить, какой будет ее следующий шаг.

Обри снова протестировала пальцем ноги. Она шагнула прямо вперед и вздохнула с облегчением, когда плитка выдержала. Она могла слышать, как остальные шепчутся. Обри попыталась отгородиться от них и сосредоточиться на задаче. Лэндон улыбался в ее мыслях. Она не была готова стать матерью, когда Паркер отдал ей его, но она училась и делала все возможное. Теперь времени на обучение больше не было. Она должна была спасти своего мальчика и убедиться, что он покинет это злое место. Обри сделала еще один шаг.

Она сглотнула ком в горле и оглянулась на других матерей. Их глаза были напряженными, пока они молча подбадривали ее добиться успеха. Они не знали друг друга, но им и не нужно было. Они процветали на одних и тех же инстинктах. Материнство само по себе было оружием. Эти женщины все были сестрами через борьбу, связанными похожей любовью.

Обри шагнула снова, и снова. Она увидела свою финишную линию. Она была покрашена в зеленый цвет. Она быстро шагнула через нее, готовая закончить. Плитка вдавилась примерно на шесть дюймов и остановилась, словно это была какая-то кнопка. Обри быстро шагнула с нее и обнаружила себя всего в нескольких футах от Хозяйки. Она мельком взглянула на Дьявола, но ее внимание было притянуто к экрану позади нее.

Ребенок счастливо ворковал на одеяле на полу, протягивая руку к игрушкам, которые крутились сверху. Стены двигались к нему.

- Нет! - воскликнула Обри. - Я закончила. Прекрати это!

- Последняя плитка все равно считается. Один шаг влево - и он был бы в безопасности.

- Пожалуйста, - умоляла Обри сквозь свежие слезы, пока она с ужасом смотрела на экран.

Стены набрали скорость. Теперь они были достаточно близко, чтобы привлечь внимание ребенка от игрушек. Не успел он посмотреть, как стены резко захлопнулись, врезавшись друг в друга с хрустом и чавканьем. Обри прикрыла рот рукой и боролась, чтобы не упасть на колени, боясь, что провалится сквозь пол, если сделает это, но ее ноги не хотели ее держать. Стены отъехали назад у нее на глазах, с них капала кровь, и отваливались кости. Некоторые застряли на поверхности стены, приклеенные взорвавшимися органами. От ребенка, который только что выглядел таким счастливым и зачарованным магией своих игрушек, не осталось ничего.

- Ты чудовище, - выдавила Обри.

- Говорит женщина, которая только что убила ребенка Вивиан. Его звали Гектор, если тебе не все равно. Я никого не убивала, знаешь ли. Я просто дала вам всем средства убивать, и вы все это сделали, и весьма хорошо, могу добавить. Вивиан, ты уже знаешь процедуру. Грэг!

Грэг вошел через скользящую дверь и поднес свой поднос к Вивиан. Когда он поднял поднос, она схватила пистолет, развернулась и нажала на курок. Горло Грэга взорвалось, и кровь дождем полилась на мать позади него, которая закричала, когда ее окрасило в алый. Его глаза расширились. Поднос упал на пол с громким лязгом, а затем Грэг последовал за ним, схватившись руками за горло. Мгновение спустя он замер. Вивиан закричала и швырнула пистолет в сторону Хозяйки.

- Как тебе нравится терять кого-то, кто тебе дорог?

Хозяйка пожала плечами.

- Он был прислугой. Он был выжившим из другой моей "Игры". Я не могла отпустить его, поэтому предложила ему работу в обмен на выживание. Как ты теперь знаешь... это не сработало.

Вивиан вырывала свои собственные волосы, рыдая и крича истерически. Хозяйка жестом указала в сторону, куда она бросила пистолет. Плитка провалилась, пистолет исчез из виду.

- Давай посмотрим, что ты сейчас сделала, - сказала Хозяйка.

Она махнула в сторону экрана. Обри не хотела смотреть, но знала, что должна. Она была так близко к женщине. Она подумала, сможет ли она наброситься на нее, обезвредить. Если она потерпит неудачу, она знала, что Хозяйка убьет Лэндона, и Обри не могла пойти на этот риск. Поморщившись, она повернулась и смиренно посмотрела на экран.

Голый малыш ощупывал стены. Те же стены начали распылять воду. Струи были такими интенсивными, что его кожа быстро покраснела и начала отслаиваться, шлепаясь о стены и плавая вокруг слива в полу, оставляя обнаженные мышцы. Его кровь смешивалась с водой, стекая ручейками вниз по его раздираемому телу.

- Прекрати это! Прекрати это сейчас же! - закричала Вивиан. - Прекрати!

- Я? - спросила Хозяйка. - Это сделала ты своим броском пистолета после того, как жестоко убила невинного человека. Послушай, как он кричит, зовя свою мать, умоляя ее спасти его от боли,