Тиллинхэст - Клэр Кейвенаг

Сара опустила кончик указательного пальца в лужицу конденсата на столе. Её щёки горели. — У нас одна фамилия, — сказала она.

— Да, — признал Тиллинхэст. Горло сжалось, словно он сдерживал что-то. Возможно, кашель, рыдание.

— Сколько тебе, типа, тридцать? — Девушка прищурилась на него. — Я знаю, что ты не… — она замолчала. — Ты недостаточно стар. Я знаю.

— Я старше, чем выгляжу, — сказал он. Давление ослабло, но это было разочарование, а не облегчение.

— Да, но не настолько старше. — Сара, казалось, вздрогнула.

Он ничего не сказал. Что он мог сказать?

Сара покрутила напиток в стакане, звеня кубиками льда. Тиллинхэст посмотрел на её пальцы. Пальцы Лины были короткими и ловкими, ногти обрезаны близко к коже. Пальцы Сары были длиннее, с крупными суставами, сужающимися на концах. Они походили на его руки. Когда она снова подняла глаза, он не мог понять выражение её лица.

— Мне интересно, — сказала Сара, — почему ты не отвёз меня в больницу. Ну, знаешь, когда я болела.

Теперь он испугался. — Я был, э-э… — Он замолчал, сделал ещё один глоток. — Возможно, мне следовало. Но я… — Что он собирался ей сказать? — Ты помнишь гостиницу? Ту, где ты остановилась до того, как я привёз тебя в дом?

Сара кивнула. Что-то промелькнуло на её лице, выражение слишком быстрое, чтобы его можно было прочитать.

— Хозяйка сказала, что ты просила не вызывать скорую. Она сказала, что ты не хочешь в больницу. Так что я последовал этому, полагаю.

Она, казалось, приняла это. — Так что насчёт переливания? — спросила она. — Ну, что оно должно делать?

Он не знал, как далеко можно зайти. — Если честно, — начал он, говоря медленно и всё время наблюдая за ней, — я не знаю точного механизма. Но я узнал твои симптомы, потому что сам страдал от чего-то подобного. Поэтому я попытался применить лечение, основанное на своём опыте.

Сара кивнула. — Значит, у тебя тоже это было?

— Да, — сказал Тиллинхэст. — Я думаю, это то же самое. — Ему хотелось хлопнуть себя по щеке, но он смог подавить это желание. Он поправил себя. — Я думаю, это нечто похожее.

— Ты выздоровел? — спросила Сара.

Тиллинхэст сделал большой глоток, осушив стакан. — Я научился с этим справляться, — сказал он.

— Значит, мне придётся делать переливания вечно? — Напиток Сары тоже был допит.

Тиллинхэст не ответил. — Я принесу тебе ещё, — сказал он вместо этого. — Что будешь?

— Я сама, — сказала она.

— Всё в порядке, — сказал Тиллинхэст. — И к тому же, они могут попросить удостоверение личности.

Сара наполовину приподнялась со стула, но снова села и пожала плечами. — Как хочешь. Просто продолжай их заказывать. Мне хорошо.

Напиток согрел его. Он заказал ещё два и вернулся к столу. Сара сидела прямо, когда он вернулся.

— Так насчёт фамилии, — сказала она. — Как думаешь, что это значит? Мы как-то связаны?

— Возможно, — сказал Тиллинхэст. — Но я точно не знаю как.

— Ага, — сказала Сара. — Я думала, что ты, может быть, знаешь мою маму. — Она замолчала на мгновение, пристально глядя на Тиллинхэста. — На самом деле я думала, что ты, возможно, мошенник или что-то в этом роде.

— Мошенник? — Тиллинхэст едва мог сосредоточиться на том, что она говорит. Его всегда переполняла паника, что он ошибётся где-нибудь и всё испортит. Или что он скажет слишком много, и Сара покинет его. Но разве он не хотел, чтобы она ушла? Он представил канистры, выстроенные внизу в коридоре. Он вызвал в ноздрях запах топлива.

— Да. Я искала тебя в интернете, ещё в Лондоне. Так я тебя и нашла. Я искала твоё имя и её имя и нашла кучу статей, но они были о людях, которые умерли много лет назад. А потом я узнала, что мама пользовалась поддельными документами, вроде фальшивого паспорта и всего такого. Моя теория теперь в том, что она украла имя той женщины, той, что на кладбище, и использовала его для всех своих документов. Люди так делают, да? Они используют имена мёртвых для фальшивых личностей. Наверное, так и было. Так что я подумала, не украл ли и ты тоже имя. Как и она. Может, вы сговорились.

Тиллинхэст пожал плечами, но ничего не сказал.

— Это правда твоё имя?

Было захватывающе сказать это, особенно потому что он знал, как это рискованно, как потенциально глупо. — Это правда моё имя, — сказал он.

— Ладно, — сказала Сара, — значит, ты, типа, его потомок или что-то? Того, из девятнадцатого века?

Вспышка жгучего смущения, чувство, что попал в ловушку.