Призыв. - Александр Науменко

— Да хватит вспоминать тебе прошлое. Все мозги уже проела. Поэтому и бросил, что жить с тобой оказалось невыносимо.

Они медленно вошли в комнату, оглядывая скудную обстановку, задёрнутые шторы. Небо было затянуто тяжёлыми дождевыми тучами, так что при выключенном свете здесь царил полумрак, как и любил Николай. От прежних жильцов ничего не осталось. Те забрали все свои вещи, и были таковы.

— Где он? — поинтересовался тихим голосом мужчина.

— Сынок, — позвала женщина.

И из дальней стены стало проявляться лицо с гримасой боли и мучения. Оно, словно тесто, вначале не имело никаких форм, а после черты преобразовались в нечто знакомое, родное. И когда сформировался рот, тот мгновенно искривился, а затем широко раскрылся в немом вопле. Глаза слепо шарили, не замечая двух находившихся здесь человек.

— Сынок, — протянула дрогнувшим голосом женщина, приближаясь, с осторожностью касаясь пальцами щеки существа.

— Потерпи ещё немного. Я обязательно отыщу следующих жильцов, от которых ты сможешь взять новые силы.

Она кивнула в сторону.

— Погляди кто пришёл. Это папа.

Огромное лицо на стене исказилось, пойдя волнами, и мужчина в страхе отступил. Впрочем, тут же взял себя в руки, прекрасно понимая, что ему ничего не грозит. Силы покидали живых только во сне… Да и пробыть здесь следовало не один час. А взамен несчастные получали видения и кошмары, будто в насмешку от того, чем делились. Этакий проклятый дар.

— Знаю, — зашептала мать. — Тебе больно, и ты страдаешь, но подожди чуть-чуть. Я обязательно найду новых жильцов. А пока воспользуйся мной. Меня хватит на нас двоих. Мы ведь делали это уже раньше. Ты ведь помнишь?

С этими словами женщина уселась на скрипучий диван, а мужчина, помедлив, направился прочь из квартиры, не желая здесь задерживаться. Что-что, а делиться ему ничем не хотелось. В отличие от своей бывшей жены, с головой у него пока всё в порядке.

— Да будь всё не ладно.

Он обернулся на пороге прихожей, оглядывая стену, но жуткий лик исчез. Но мужчина знал, что его сын где-то здесь, в недрах этой квартиры, прислушивается к их дыханию, мечтает всосать их жизненные силы, не разбирая, кто свой, а кто чужой.

«Хотя, свою мать он явно признаёт», — был вынужден констатировать он.

Мысленно сплюнув, мужчина заспешил прочь, выходя на площадку, закрывая за собой дверь. Когда-то всё у них было нормально в семье, но затем наступила чёрная полоса. Жизнь резко изменилась. Жена стала уделять слишком много внимания сыну, а сам муж потерял интерес к своей супруге. Случился развод, а после и смерть Николая, когда он плотно подсел на какой-то наркотик нового поколения. Кажется, тот назывался: «Призыв».

Этот наркотик привозили из восточных стран, распространяя в массы. Призыв давал многое, чего не было в реальной жизни. Он рисовал настолько яркие иллюзии, что после этого не хотелось возвращаться обратно, в этот серый мир без красок. Уже после пары употреблений возникала сильнейшая зависимость. Накидавшись маленькими таблетками, молодые люди тупо лежали, уставившись в пустоту, пуская слюну, мочась под себя, наслаждаясь сотканными фантазиями. Правда, иногда приходили и кошмары, но это происходило в основном на последней стадии. За всё следовало платить, и за удовольствия в том числе… Ничего не давалось даром. В начале наслаждения, а после и адские муки.

— И не надо меня винить во всех смертных грехах, — пробормотал он себе под нос.

Жизнь после смерти сына пошла под откос. Появилась лучшая подруга, бутылка, а друзей с каждым месяцем становилось всё меньше и меньше. Выгнали с работы, денег стало категорически не хватать. Жена ударилась в религию, чего раньше за ней не замечалось, а после и появились странности. Она осталась жить на пятом этаже, но, в конце концов, съехала к матери, сдавая квартиру различным жильцам. Сам же мужчина занял комнату на первом этаже, благо хозяев не имелось. Вот так они оба и существовали.

— Не надо, — вновь повторил он. — Это просто судьба такая.

Мужчина вошёл в собственную ободранную квартиру, с облегчением выдыхая. Его рука автоматом потянулась к холодильнику, извлекая холодную бутылку с прозрачным пойлом. Следовало немного выпить, успокоив себе нервы. Всегда после посещения пятого этажа, он чувствовал некое неприятное волнение.

«А этот раззявленный в немом вопле рот… И слепые глаза…»

— Б-р-р-р.

Опрокинув махом стопку, мужчина уселся на табурет, доставая сигарету, закуривая, глядя на унылый пейзаж за окном. Не хотелось думать о будущем, что будет дальше с тем существом, которое некогда являлось его сыном. Благо подъезд был почти необитаем, так как дом готовился к сносу. Здесь жил он сам, да ещё один калека на втором этаже. Короче, из соседей никто не помешает.

— Следует выпить.

Вновь налив себе очередную порцию, мужчина залпом заглотил содержимое, выдыхая алкогольные пары. Мир немного стал краше, не таким серым и убогим. Возможно он даже поможет своей бывшей подыскать новых квартирантов. Ведь, как-никак, она была ему когда-то женой, а то существо сыном. Они, как не крути, семья.

Набравшись в очередной раз, он рухнул лицом вниз на диван, сразу погружаясь в беспокойный сон. Вначале снилось нечто непонятное, совсем уж бессмысленное, но слегка позже картины становились более ясными, но все равно путанными.

«Нет, мы совсем не семья, — мелькало у него в мозгу. — Давно уже не семья, а существо, и эта женщина, совершенно чужие для меня».

Он видел угасание своего сына, некогда здорового молодого человека, а теперь превратившись в дряхлого высохшего старика, как и его отец. Наркотик быстро убивал, превращая в нечто непонятное, чуждое. Николай жаловался, что видит странных существ. Они приходят к нему по ночам и едят мозги. Они не были людьми.

— Это демоны, отец. Демоны. Они пришли за мной из ада, так как врата распахнуты.

Сын сказал об этом за два дня до самоубийства.

— Я больше не могу так, — хныкал он. — Мне следует сбежать от них, чтобы эти твари меня никогда не нашли.

И Николай сбежал, выбрав такой вот способ. Его покрытое нарывами, совершенно исхудавшее тело обнаружили болтающимся на крюке с верёвкой на шее. Да и сбежал ли, если подумать?