Денизавры - Джереми Бейтс

мучительное давление в мочевом пузыре исчезло. Ника услышала, как сама прошептала: - О Боже…, - хотя это было едва слышно из-за непрерывного потока мочи, бьющего по утрамбованной земле. Она простояла на корточках не меньше полуминуты, прежде чем наконец встала, подтягивая трусики по ногам —

Две очень сильные руки схватили её за руки и отбросили от стены. Она вскрикнула и пошатнулась в сторону. С джинсами, спустившимися до лодыжек, она не смогла удержать равновесие и тяжело упала на бедро и локоть.

У неё не было времени думать о боли. Она огляделась в темноте, но, не успев разглядеть чудовище, почувствовала, как руки схватили её за волосы и резко подняли на ноги.

Ника вскрикнула, и хотя она не могла видеть эту тварь, она чувствовала её запах: невыносимый зловоние, напоминавшее что-то среднее между гниющим луком и скипидаром.

Оставь меня в покое! Чего тебе нужно!

Ответ на этот вопрос она узнала через мгновение, когда оно резко развернуло её. Она почувствовала, как что-то твёрдое, как камень, и горячее ударило её по обнажённой попе.

О нет… нет, нет, нет, пожалуйста, нет—

Кончик его эрегированного члена втиснулся между её бедрами.

Под приливом адреналина Ника вырвалась из его хватки, одновременно размахивая кулаком по дикой дуге и ударив его по щекам или затылку. Оно рыкнуло и отпустило её. Она натянула трусики и джинсы на бедра, но в панике снова споткнулась. Тем не менее ей удалось застегнуть брюки за секунду до того, как она оказалась на четвереньках. Она вслепую ощупывала землю в поисках того, что, как она знала, должно было быть где-то поблизости — и тут её правая рука обхватила кость ноги скелета.

Она замахнулась ею со всей силы, как бейсбольной битой. Она не знала, куда ударила существо, но услышала, как оно упало на землю.

Задыхаясь и рыдая, Ника подхватила свой телефон — светодиод камеры сиял, как маяк, из угла, куда он упал, — и побежала к стене с низкой дверью, где эта тварь, должно быть, ждала и наблюдала, пока она не придет в себя. Она опустилась на четвереньки и залезла в отверстие. Через несколько футов черный, как могила, туннель разветвлялся. Она повернула налево.

Сзади раздался злобный, нечеловеческий вопль, пронзивший тьму.

∆∆∆

Туннель тянулся и тянулся, и тянулся, как в кошмаре. Существо замолчало после своего нечестивого вопля, но Ника знала, что оно было позади нее, знала, что оно преследовало ее.

Знала, что оно хотело изнасиловать ее.

Нет! — взвизгнул её разум. Она скорее умрёт, сражаясь изо всех сил, чем позволит ему это сделать.

Как это вообще возможно? — отчаянно думала она. Как могла существовать раса доисторических чудовищ, о которых никто не знал? Неужели она действительно была первым человеком на этой планете, кто столкнулся с ними?

- Ты не первая, НК. Не глупи. Тот обезглавленный человек, которого ты обнаружила, наверняка сталкивался с ними раньше тебя. Может, с ними сталкивалось множество людей, просто они не дожили до того, чтобы рассказать об этом.

Умрет ли она? Сможет ли оно поймать её, изнасиловать, а потом тоже отрезать ей голову?

Такого не бывает в реальной жизни. Такое бывает в фильмах и кошмарах.

Но это действительно произошло, потому что это происходило.

Она должна была умереть.

И это как-то забавно, такая ирония, не находишь? Ты приехала во Вьетнам, чтобы сбежать от убийцы, а теперь тебя преследует кто-то ещё хуже. Знаешь, как говорят: из огня да в полымя.

Ника хотела закричать, но не могла. Её лёгкие казались проколотыми пляжными мячами, которые подожгли. Каждый вздох обжигал ей горло. Она могла без особого труда пробежать пять миль, но вдруг не могла проползти даже сто ярдов на руках и коленях, не чувствуя, будто грудь вот-вот разорвётся. Это страх мешал ей физиологически? Или под землёй меньше кислорода—?

Какая разница! Ты же вот-вот умрёшь! Разве не стоит думать о чём-то более важном? Например, как неумереть? Потому что, может быть, всего лишь может быть, ты сможешь уйти от той твари, что гонится за тобой. Может, тебе удастся вернуться на поверхность. Может, она не пойдет за тобой. Может, она уже перестала преследовать тебя—

Впереди налево открывался проход.

Ника оглянулась через плечо.

Теперь из её губ вырвался крик — пронзительное «Ваа!, - которое могло бы исходить от маленькой птички, внезапно забывшей, как летать, прямо в полёте.

Чудовище было прямо за ней, его округлые, мускулистые плечи заполняли весь туннель.

Не задумываясь, Ника бросилась в новый проход, в спешке задев спиной низкий потолок и ударившись локтями о стены. Она оказалась в комнате, где женщина смотрела на неё с полным изумлением.

— Помогите мне! — выпалила Ника, падая рядом с ней и не сводя глаз с входа в комнату.

Тварь появилась на пороге, её зловещие глаза метались между Никой и женщиной. Время как будто замедлилось, и всё стало более ярким: стук сердца, кровь, пульсирующая в голове, кислый привкус страха во рту… и, прежде всего, отвратительное существо, ползущее в комнату на четвереньках, а затем выпрямляющееся во весь рост.

Оно было ростом с человека. И когда оно стояло там на двух ногах, выпрямившись, Ника подумала, что это и вправду был человек. С его спутанной коричневой гривой, обнажённой и покрытой жгучей щетиной верхней частью тела и грубо сшитыми набедренниками из тигровой шкуры оно представляло собой отвратительную пародию на Дэвида Ли Рота в его ранние дни в группе Van Halen. Однако оно было не гибким и стройным, а массивным и компактным, с широкой грудью и тазом, а также короткими конечностями, обтянутыми упругими мышцами. А его лицо… о, Боже. Положительный лоб с костлявыми бровями сдавливал и искажал всё, что находилось ниже. Глубоко посаженные глаза были расположены слишком далеко друг от друга. Плоский и морщинистый нос был слишком широким. Ухмыляющийся и выпяченный вперед рот был слишком широким, что ещё больше подчеркивалось приплюснутым подбородком. В нём всё было просто не так, но, пожалуй, больше всего поражало то, как его большая голова, казалось, прямо опиралась на плечи, выпячиваясь странным образом, словно пытаясь вглядеться вдаль.

Хотя Ника была уверена, что это не человек, сходство черт лица было достаточным, чтобы сделать его инородность ещё более отвратительной и жуткой, и это вызвало новую волну ужаса.

— Что это? — прошипела она, едва осознавая, что задала этот вопрос.

— Давно потерянный двоюродный брат, — ответила женщина рядом с ней.

Глава