Некрофобия 2: Мир Мертвых - Джек Хэмлин

- Да, - сказал я, притворяясь заинтересованным.

- Это хорошая история, - встрял Маленький Джон. - Видишь ли, мы захватили нескольких их лидеров и привезли их сюда.

Оба казались взволнованными этим, так что я подлил масла в огонь. Я засыпал их вопросами о силах и расположении АРМ. Они с радостью отвечали, думая, что я какой-то идиот, которому АРМ причинило зло - что было правдой - и что я только рад почерпнуть знания из их опыта - что не соответствовало действительности. В то время как Сонни Бой отвечал гладко и напыщенно, Маленький Джон говорил отрывистыми предложениями, упоминая вещи лишь в самых общих чертах.

- Изначально у нас не было проблем с этими людьми вон там. У нас было то, что им нужно, так что они начали забирать, а мы начали их бить. Они ответили тем же. Так что мы начали их их.

Сонни Бой продолжил рассказ, который хотел, чтобы я услышал, говоря, что во время одного из их рейдов, буквально на прошлой неделе, они убили ровно дюжину мерзавцев из ARM и взяли в плен двух их офицеров. Офицеров буквально застали с опущенными штанами, поскольку они как раз насиловали пуэрториканскую девочку-подростка.

- Слава Господу, но эта история стоит того, чтобы ее пересказать. А теперь позволь мне изложить все это для тебя по порядку, Стив, - сказал Сонни Бой, устремив на меня свой безжизненный взгляд. - Видишь ли, вот как произошел этот восхитительный хаос. Позволь мне рассказать о вкусах и запахах, звуках и ощущениях, которых, слава Иисусу, было много. Наверх по лестнице, детишки, наверх, те, кого мы ищем, находятся в комнате на самом верху. У меня старое сердце слабеет, сэр, честно говорю, от того, что я там увидел. Черт, да. Слава Богу на высотах, но наши офицеры ARM - злобная порода. Девушку привязали к кровати, и они по очереди с ней занимаются. Ну, один из них пытается найти свое оружие, и мы передаем его в руки Господа. Ловко и быстро остальных двоих берут в плен.

- Ну, мы тут же привозим их обратно в высокий кабинет полковника Брайтвотера, который будет наблюдать за этим зрелищем. Старший офицер - и я, конечно же, употребляю этот термин с осторожностью - зовут Шеллинг, и ложь льется из его уст настоящим потоком дерьма.

А что касается меня и Маленького Джона? Хотя наши сердца тяжелы и опечалены его бедственным положением, мы держимся крепко. - Мистер Шеллинг, - говорю я, - мы хотели бы знать расположение ваших сил в городе, их численность и вооружение. Вы забрали у нас, устроили засаду на наших доблестных воинов, и теперь мы ищем мести. - Мистер Шеллинг снова начинает свою ложь, на что Маленький Джон качает головой, а я могу лишь просить помощи у дорогого Господа на небесах.

- Послушайте, добрый мистер Шеллинг, - говорю я, - либо вы предоставите упомянутую информацию, либо, простите меня, я вытащу ее из вас силой. Молитесь, чтобы этого не случилось, сэр, молитесь, чтобы вы сегодня не разозлили меня. - Но мистер Шеллинг упорно продолжает отрицать, и, хотя это глубоко ранило меня и опустошило мою душу, я обнаружил, что ударил мистера Шеллинг кулаком. Да простит меня Бог, бедного старика. Но мистер Шеллинг, как бы ему ни было больно, утверждал, что он не является членом ARM, а лишь лидером мелкой милиции, не имеющей никакого заметного названия. Так что, хотя Бог и милосерден, я, безусловно, таким не являюсь. Поскольку он по-прежнему настаивал на своей невиновности, я просто чертовски разозлился. К ужасу Маленького Джона и нашего бездушного полковника я взял молоток с круглым бойком и с силой обрушил его на правую руку мистера Шеллинг, при этом разломав ему всего лишь один палец. О, какой же поднялся шум! Посмотри же теперь на жалкого мистера Шеллинг, мой друг, черт возьми и аллилуйя, как он хнычет и стонет, а его палец хрустит, словно сухая веточка. После чего, как бы невероятно это ни казалось, мистер Шеллинг по-прежнему не склонен честно отвечать на мои вопросы, поэтому Маленький Джон крепко держит его, пока я ломаю еще два пальца своим верным молотком. Хотя он и был совершенно вне себя от боли после того, как я разбил ему обе коленные чашечки, мистер Шеллинг начинает кричать и нести всякую чепуху, чтобы это прекратилось. Это только еще больше разъярило меня, поэтому с тяжелым сердцем я применил к нему этот нож и довольно медленно снял с него кожу. Я дал ему немного помучиться, но потом, будучи христианином, избавил его от страданий.

- Но на этом дело едва ли закончилось. Увидев, как его начальник был так же заколот ножом, нашему другому пленнику посоветовали проявить сотрудничество. Мы забросили его в карцер, где пожелали ему всего самого лучшего. На прощание я сказал ему, что мы вернемся за ним в свое время и отомстим ужасным, блядь, образом за его плоть и душу, если у него не будет ответов, которые я ищу. И я их получил, Стив, конечно же получил. Пусть он покоится с миром в лоне Господнем.

Смысл этой жуткой истории, конечно, заключался в том, чтобы подчеркнуть, какими садистскими ублюдками были эти двое. В этом не было нужды. Я с самого начала не сомневался в этом. Я собирался выбраться из этого зверинца так или иначе, но я собирался быть осторожным и разыграть свою руку только в подходящий момент.

- Ну, вы им точно показали, сэр, - сказал я.

- Показал, да, показал. Пути Господни неисповедимы, и я утверждаю, что мои тоже. Черт, да.

Теперь Сонни Бой повернулся ко мне, ухмыляясь. И это была такая ухмылка, скажу я вам. Его лицо было длинным и узким, глаза темные, как сланец, а эта ухмылка была тонкая, как порез бритвой. Извращенная, безумная. Готов поспорить, что он так же ухмылялся, когда сдирал кожу с Шеллинга.

Он постучал острым лезвием ножа по кончикам пальцев. - А теперь скажи мне, Стив, ты человек верующий? Бог у тебя и слева, и справа?

Я кивнул. - Я все время так считал.