Прилив - Кодзи Судзуки

кровном родстве, всё равно растил ребёнка и был отличным отцом. Он добросовестно накопил деньги и купил землю, построил дом, чтобы осуществить свою мечту о достойной старости, но погиб в дорожно-транспортном происшествии. Какая это была авария, Кавагути не хотел знать.

Кавагути был совершенно безразличен к приемному отцу, но узнать что-нибудь о своей биологической матери было интересно. Несмотря на то, что он ничего о ней не помнил, хотелось понять, каким человеком она была. Если бы сын вырос отщепенцем и преступником, отец обязательно бы упрекнул мать в этом:

— Всё потому, что ты плохо его воспитала!

Близкие отношения между матерью и сыном были всегда особенными, и судьба сына находилась в ее руках. Поэтому ему было интересно: как Мидзухо воспитывала Рюдзи?

Раньше в шкафу рядом с алтарём было полно одежды, но сейчас, когда Кавагути его отрыл, внутри было только постельное бельё.

Комната была обставлена очень скудно, выглядела серой и в ней ничего не происходило.

Оглядевшись несколько раз, Кавагути понял, что она предназначена только для сна и смены одежды. Фотоальбома, который он искал, здесь не было, а это первое, что ему нужно было найти. Фотографии, если расположить их по хронологии, были бы идеальным инструментом для восстановления памяти.

Для этого он пошел на кухню.

В центре гостиной размером в десять татами стоял стол на четырёх человек, и на видном для всех месте находился телевизор.

В этой семье было максимум три человека, но стульев было четыре. Число людей, которые могли сидеть на них, сначала сократилось с трех до двух, затем до одного, и в конце концов не осталось никого.

Эта глубокая тоска была скрыта в почти неиспользованных трех стульях.

И раковина с плитой, и кухонный стол, и встроенный вентилятор в окне были грязными, выдавали сильную изношенность. За матовым стеклом окна дом был отделен от соседей невысокой серой стеной, что создавало удручающее впечатление.

Единственное, что не вписывалось в обстановку — это стоящий в углу кухонного шкафа стеклянный сервант для хранения посуды, который был очень элегантным и новым. Внутри него были размещены библиотечные издания, отдельные издания и тетради.

Открыв шкаф, Кавагути увидел более десятка бухгалтерских книг. Все они были прикреплены к женским журналам. Открыв несколько, он увидел, что в начале записи были очень подробными, описывали все расходы мелким шрифтом. Но по мере уменьшения количества членов семьи записи становились всё реже и реже, и последняя книга заканчивалась началом мая прошлого года. Предположения Манивы подтвердились — время исчезновения Мидзухо из дома действительно совпадало с прошлой весной.

Рядом с бухгалтерскими книгами стояло несколько фотоальбомов. Наконец-то он добрался до цели. Кавагути вынул все и, обхватив их руками, перенес на кухонный стол, сел и начал листать.

Количество снимков, приклеенных к бумаге, было не очень велико. Кавагути не знал, сколько фотографий обычно хранят обычные семьи. На первый взгляд, их количество казалось ниже среднего.

На фотографиях, запечатлевших рост Рюдзи — от детства, через начальную школу, среднюю школу, старшую школу и университет — он всегда был в соответствующей форме, и почти нигде не улыбался. Почти не было фотографий, на которых Мидзухо и Рюдзи были бы вдвоём, особенно после смерти Акиры.

На фотографии Мидзухо часто была в очках. У нее оказалось аккуратное, светлое и овальное лицо. Нельзя сказать, что она была красавицей, но её нежная кожа очень привлекала внимание своей тонкостью. Чёлка прикрывала лоб, а причёска напоминала голову каппы[1]. Фотографий с улыбками было категорически мало, и казалось, что выражение лица чаще всего было скорбным.

Мидзухо, казалось, жаждала большего счастья в жизни, но её желания так и не сбылись.

«Умер насильственной смертью, внезапно ушел из жизни».

Кроме этого, не было более подходящего описания. Внезапно Кавагути кое-что вспомнил.

«Мидзухо… Прочитала ли она ту книгу?»

Проверить это легко. Если она читала, то книга должна была остаться дома, если только она не взяла её с собой.

После недолгого осмотра комнаты стало ясно, что в доме только одно место с книгами — этот шкаф. Кавагути снова подошел и открыл его.

Глядя сверху вниз, Кавагути заметил закономерность в расположении книг: сверху вниз размер их становился всё больше и больше. Верхний ярус был заполнен, как правило, библиотечными изданиями, средний — отдельными изданиями, а нижний занимали книги в твёрдом переплёте, такие, как словари и фотокниги.

На средней полке было много книг о различных древних религиях, таких, как «Сутра сердца праджня-парамиты»[2], «Синто»[3] и «Сюнгэндо»[4]. Большинство книг на этой полке были современными любовными романами, написанными женщинами.

В углу на полке с библиотечными изданиями одна книга привлекла его внимание — она была в мягком переплёте. Другие были в твёрдом, а эта выделялась особенно, как бы выражая своё противоречивое настроение: книга на вид была интересной, но не хотела выдавать название.

Взяв книгу в руки и открыв обложку, Кавагути увидел название.

«Мир Кольца»

Конечно же, Мидзухо уже прочитала эту книгу. Она, возможно, услышала о ней какие-то слухи, но это была не та книга, которую женщина за семьдесят купила бы и прочитала по собственному желанию.

На последней странице, посвящённой авторским правам и копирайтингу, был напечатан месяц и день выпуска.

Двадцать четвёртое апреля прошлого года.

Мидзухо исчезла из этого дома и пропала без вести после мая того же года.

Причина её исчезновения, скорее всего, была связана с «Миром Кольца».

В книге подробно описывалась смерть Рюдзи Такаямы. Для любой матери, потерявшей своё дитя, читать ее было бы невыносимым испытанием, а с какими чувствами пришлось это делать Мидзухо?

Следуя описанию в книге, вся ненависть Садако, дочери Сидзуко Ямамуры, человека с редкими суперспособностями, была запечатлена на плёнке видеокассеты, и Рюдзи погиб из-за просмотра этой видеокассеты.

Если бы его смерть случилась из-за неизбежной катастрофы, это стало бы кое-каким облегчением для неё. Но если сказать матери, что её сын погиб по такой абсурдной причине — из-за того, что было написано в этой книге, — она никак не могла просто смириться.

Как бы ни хотелось всё это отрицать, но факт остается фактом — её сын никогда не вернется домой.

Представив себе такие мысли Мидзухо, Кавагути тихо прошептал:

«Я вернулся, мама…»

[1] Ка́ппа (яп. 河童 — «речное дитя») — мистическое существо, дух воды в японской мифологии. Изображается в виде человека с головой рыбы и хвостом лягушки. Каппа живёт в реках и озёрах, считается злым существом: может нападать на людей и животных.

[2] «Сутра сердца праджня-парамиты» (Праджня-парамита хридая