Прачечная потусторонних услуг - Владимир Ахматов

больницу, Мирона на базу, а сами сослуживцы разъехались по домам. Всю ночь Арине снилась старинная школьная подруга Наташка. В девятом классе Арина обещала Наташке своё красивое шёлковое платье, чтобы та сходила на первое свидание, но совсем забыла об этом — засиделась в библиотеке. Наташка тогда четыре часа прождала её у подъезда, а когда дождалась — ничего не сказала, просто посмотрела как-то по-особенному, и с тех пор вообще ни разу не сказал ей ни слова. Тяжелый голос в голове сказал: «Нарушение неписаного правила — „данное слово нужно держать“. И расплата — прерванная дружба, которая могла бы длиться всю жизнь», — Арина проснулась в холодном поту. Ничего не понимая.

Весь следующий день на работе она не работала. Капитан, правил балом дистанционно из элитной палаты частной клиники, поручив ей заполнить пробелы в знаниях в их информационном центре.

Равнодушный голос компьютера всё реже произносил фразы «Информация засекречена» или «доступ закрыт», отчего Арина чувствовала себя значимой — как бы не было трудно, медленно, но верно она становилась, частью этой странной команды.

В тоннах гигабайт об обрядах, редких и ещё более редких аномалиях, духах, приданиях, легендах и даже сказках она, случайно наткнулась на файл, стоящий внимания.

Экран на стене отобразил надпись «Правила мироустройства».

Вопреки ожиданию, заговорил не монотонный голос, под однообразную диктовку которого слипались глаза, а Капитан Прад. На экране появилось изображение огромной аудитории: все места заняты слушателями — лиц не разобрать, у кафедры Капитан читает лекцию на английском. Запись явно была старой — сделанной еще на плёнку, но Капитан за прошедшие десять-двадцать или более лет нисколько не изменился. Арина, к своему стыду, плохо знала язык, поэтому включила субтитры.

«…Представьте, что всё мироздание — это огромный, бесконечно сложный механизм, — голос Прада, хоть и записанный, звучал так, будто он был здесь, в комнате. — Со своими шестерёнками, пружинами, законами тяготения и движения. И в его основе, в самом нутре всё подчинено законам. Незримым. Наивным, если их озвучить, но обязательным. Они есть фундамент, на котором стоит сам механизм. Меня пригласили рассказать вам о Религиях… что ж. Религии — ни что иное, как фасад, декорации, или иллюстрации этих законов. В каждой религии существует священный перечень правил. Неважно как он называется: талмуд, завет, Коран — прежде всего это кодекс поведения, отчасти совпадающий с „Правилами мироустройства“, но часто откорректированный тем или иным богом, с целью пропаганды собственной фигуры». Он сделал театральную паузу, доставая сигарету.

«Точно такой же жест, как сейчас. Кое-что в мире не меняется».

По аудитории прошёл шумок — слушатели обсуждали услышанное. Прад обвёл взглядом собравшихся: «Сейчас объясню, что я имею ввиду. Начнём с простого. Насекомые. Комар. 'Правила мироустройства» отводят комару всего две цели в жизни: напиться крови и отложить яйца, или чем там они размножаются… Комар существо простое, он не способен противиться закону мироздания. Думаю, вы не встречали комаров, пьющих мёд или не кусающих маленьких детей из жалости.

Отсюда первое правило: для каждого создания в мире существуют свои правила.

Ещё пример. Кошка. Кошка по «правилам мироустройства» существо своенравное. Ей на роду написано бояться собак и ловить мышей. Это не глупое существо, но и оно соглашается с правилами — боится собак, хотя мышей давно уже не ловит, предпочитая вискас. Наверняка были кошки, хоть раз в истории, напавшие на собаку (больше их по размеру), как вы понимаете — их ждала незавидная участь, потому что о них нам ничего не известно.

Отсюда второе правило: нарушать правила чревато.

Идём дальше. Человек. Самое высокоразвитое живое существо. Для нас тоже есть «правила мироустройства», но в них меньше ограничений, больше целей и так далее. Во все времена человек стремился стать всесильным. В прошлом каждый мечтал стать богом, теперь в богов верить не модно, поэтому люди мечтают стать просто великими. Подсознательно нас тянет нарушить правила, что-то внутри подсказывает: преодолеем этот барьер — вознесёмся выше небес и в этом есть правда. Далеко за примером не пойдём — лихач, проехавший на красный свет, уже чувствует себя королём дороги, но ездить только на зелёный — это человеческие правила — мирозданию на них плевать. Нарушая же «правила мироустройства», человек создаёт коллапс в размеренном течении жизни — разрыв ткани бытия. Последствия очевидны: колоссальный выброс энергии. Дальше два варианта развития событий: энергия либо уничтожает, вернее чаще всего уничтожает нарушители, либо возвышает его'.

Гул в зале нарастал.

Прад вальяжно развалился на кресле лектора, начал говорить потише, чтобы слушатели успокоились: «Комар, по собственной воле отказавшийся пить кровь — мог бы стать богом комаров. Кошка, если бы она могла преодолеть желание гоняться за птичками и мышами, возвысилась бы над собратьями. И история знает пример — Бастет в древнем Египте. Но это исключение из правил. Обычно ни одно живое существо (кроме человека) по своей воле не нарушит 'Правил мироустройства».

Правило номер три: правила нарушать нельзя и точка!

Это табу, благодаря которому мир стабилен, приветлив, жив. Нарушение правил может повлечь за собой катастрофу: энергия трансформируется в агрессию, в природные катаклизмы и кто знает во что ещё… Увы, человек же давно оторвался от духовной пелены — не верит в призраков, в магию, не чтит предков, не чувствует опасность, нарушая запреты.

А теперь для всех объясняю на пальцах.

Вспомните ещё одну закономерность: недостаток одного компенсируется избытком другого. Инвалиды часто умнее, талантливее здоровых. Слепые владеют прекрасным музыкальным слухом. Тем, кому не повезло в любви, везёт в бизнесе…

Кто-то крикнул из зала:

— Вы верите в судьбу?

Прад резко поднялся с кресла:

— Нет, не верю. Мы вольны сами строить будущее, но необходимо коррелировать поступки и пути в зависимости от правил, — он саркастично усмехнулся, — лучше бы вы поинтересовались, как узнать правила, данные нам при рождении…

— И как же? — крикнули уже из другой части аудитории.

— А я не знаю…

В зале повисла гробовая тишина, а затем, как селевой поток, приближающийся к подножию горы, начал нарастать недовольный гул. Отдельных голосов не было слышно, но судя по возмущённым жестам, людей не устраивал такой ответ. Кто-то кинул огрызок яблока в кафедру. Шум немного стих лишь с появлением в центре зала высокого седого мужчины с длинными волосами, заплетёнными в косичку. Мужчина носил короткую белую бороду и короткую кожаную куртку чёрного цвета. Он взошёл на трибуну, коротко взмахнул рукой и в ту же секунду, словно по волшебству, все затихли.

Мужчина выдержал театральную