Сплатология 2.0 - Джейсон Никки

направлении. Тогда ему пришло в голову, что у него есть идеальный стимулятор прямо перед ним. Девушка была очень привлекательной. Он говорил себе, что это не про секс, что это чисто про науку. Но, если быть полностью честным с собой, он должен был признать, что этот конкретный эксперимент требовал определенной степени сексуального разврата. Ему нужно было что-то, что возбудит его, иначе весь эксперимент пропадет даром. Он не хотел этого, и он чувствовал, что девушка тоже этого не хотела.

Он поднял ее топ, медленно поднимая его над животом, а затем над холмом ее грудей. На ней не было лифчика. Ее груди были невероятными. Они были относительно маленькими, но упругими и податливыми, в отличие от обвислых грудей большинства зрелых шлюх, с которыми он трахался. Он сжал их, разминая мягкую плоть, дразня соски между большим и указательным пальцем. Он все еще носил латексные перчатки, размазывая кровь по ее коже. Но ему было все равно; они все еще казались потрясающими.

Он наклонился, взяв один из ее эрегированных сосков в рот. Он ощутил медный вкус ее крови на языке, но ему было все равно. Он продолжал сосать, одной рукой теребя свою мошонку, а другой поглаживая себя, пока его пенис не стал набухшим.

Быстро, не желая потерять эрекцию, он взял рулетку и снова измерил свой член. Длина составила 181 мм, а обхват - 41 мм. Он записал эти измерения рядом с другими. Проверив свои заметки, он понял, что диаметр его эрегированного пениса точно совпадал с диаметром глазницы девушки.

Будет тесновато...

- Хорошо, - сообщил он лежащей без сознания девушке, - мы почти закончили. Мне осталось провести несколько тестов, и мы закончим. Во-первых, мне нужно установить, насколько осуществимо было бы трахнуть твой череп в твоем текущем состоянии.

Он выровнял кончик своей эрекции с кровавой глазницей девушки и вставил его в отверстие.

Мгновенно девушка отстранилась, ее тело, вероятно, было охвачено агонией. Опять она извивалась и корчилась на столе. Опять ее кляп ослаб.

- Нет!!! Боже! Пожалуйста, не делай этого! - стонала она. - Я умоляю тебя! Пожалуйста, не трахай меня туда!

- Почему ты не понимаешь? - сказал Профессор, щеки покраснели от гнева. - Это для науки!

Он схватил ее голову и снова втиснул свой стояк в отверстие.

Девушка закричала.

Почти сразу Профессор почувствовал сопротивление кости, когда его пенис уперся. Он едва успел втиснуть головку своего члена. Он надавил чуть сильнее, просто чтобы посмотреть, поддастся ли кость вообще. Не поддалась. В связи с этим он вынул пенис, головка теперь была окрашена в багровый цвет, свет сверху отражался от липкой слизи. Он отпустил девушку.

- Как я и ожидал, - сказал он ей, - я не продвинулся очень далеко, - oн использовал рулетку, чтобы определить расстояние от кончика пениса до края идеального багрового кольца, теперь опоясывающего его обхват. Он записал длину. - Тридцать восемь миллиметров, - пробормотал он себе под нос.

Девушка снова рыдала. Слезы текли из ее целого глаза. Густая слизь заполнила ее ноздри. Каждый ее вдох был неровным и хриплым.

- П-п-пожалуйста... - простонала она, - н-не... т-трах-трахай... м-меня...

Профессор вернул рулетку на стол и взял пару других инструментов. Он показал их так, чтобы девушка могла видеть.

- Мне жаль сообщить, но это, скорее всего, будет самая неприятная часть всего опыта.

Целый глаз девушки расширился от ужаса, когда она смотрела вверх на пару инструментов, которые теперь показывал Профессор. Один был длинным и тонким, плоское лезвие сужалось к точке, как долото или ледоруб. Другой выглядел как маленький молоток, одна сторона плоская, а другая тоже сужалась к точке. Это был орбитокласт - часто называемый "разрушителем черепа" - такой, какой использовали в начале двадцатого века при выполнении трансглазничных лоботомий.

Профессор вставил орбитокласт в глазницу девушки, пока он не уперся в заднюю кость. Он держал его неподвижно, выравнивая плоскую сторону молотка.

- Не дергайся, - сказал он, - это будет намного менее неприятно, если ты попытаешься не двигаться.

- П-п-пожалуйста... н-не... - сказала девушка.

Он не дал ей договорить.

Он ударил по концу орбитокласта и почувствовал, как череп поддался. Мокрый шлепок сопровождал удар, то, что осталось от плоти, разорвалось, когда кость раскололась. Он переместил инструмент на другую сторону глазницы, затем снова ударил, отламывая больше глазничной кости. Он сделал это еще несколько раз в верхней и нижней части глазницы, пока не остался удовлетворен достаточным разрушением кости. Он вернул орбитокласт на стол, а затем извлек как можно больше костных фрагментов из глазницы девушки. Он сбросил их в блюдце вместе с ее глазным яблоком, веками и нитевидными кусками ткани, которые он удалил ранее.

- Очень хорошо, - сказал он, возвращаясь на позицию. - Давай попробуем снова, ладно?

Девушка не ответила. Похоже, она едва дышала, из глубины ее заполненного слизью горла доносился булькающий звук. Тем не менее, Профессор не собирался ждать разрешения. Он снова вставил свой твердый как камень эрегированный пенис в глазницу девушки.

На этот раз его член полностью скользнул внутрь. Было сильное давление на его головку, серая материя девушки сопротивлялась проникновению. Но мозговая ткань была мягкая и губчатая, и довольно податливая. Она легко поддалась, пористая плоть расступилась, когда член Профессора погрузился в орган.

Наконец, девушка снова закричала, когда Профессор начал трахать ее череп.

Целый глаз девушки закатился назад, так что видна была только кровяная белизна. Ее крики затихли, сменившись удушьем, хотя ничего не блокировало ее дыхательные пути. Ритм ее дыхания стал спазматическим, когда Профессор двигал свой член взад-вперед в ее черепе, раздавливая ее мозг, как миску полузастывшего желе. Там было тепло и влажно, обильное количество крови позволяло ему скользить без усилий туда-сюда. Каждый раз, когда он входил в нее, разжиженная органическая материя хлюпала, вытекая из только что образовавшегося отверстия с чавкающим звуком, как будто в засорившийся унитаз вставляли вантуз.

Профессор обхватил голову девушки обеими руками и начал трахать отверстие еще яростнее. По ее телу пробежала судорога, мышцы сокращались быстро, а конечности напряглись в своих путах. Для профессора это было еще лучше! Он мог чувствовать, как приближается его кульминация. Это было так чертовски приятно! Он больше не мог сдерживаться. Быстро он вонзился в лицо девушки, по самые яйца, а затем выстрелил липкой спермой, которая смешалась с ее изувеченным серым веществом.

Но в тот самый момент... в то мгновение,