Сердце Велисгара - Екатерина Новак

затем обрушился с удвоенной яростью. Оглушительно загрохотал гром, сотрясая своды пещеры. Ветер с отчаянным воем проносился над озером, словно тысячи голосов пытались предупредить о надвигающейся катастрофе.

– Что ты наделал… – прошептал Клим.

– Я взял то, что мне причитается! – взревел Северан, сжимая марандит. – Если не могу получить твою любовь, Велирима, то получу хотя бы власть!

Он сжал в ладони самоцвет, лицо его исказилось от боли, будто камень обжёг его кожу.

– Вы украли мою жизнь, – с презрением бросил он, глядя на Велириму и Клима. – Теперь я заберу ваши!

Клим почувствовал холодный ужас, когда Северан шагнул к ним, снова угрожающе занося топор. В следующий миг воздух разорвал ослепительный удар грома, и гора Велисгар ответила на осквернение взрывом силы: скалы затряслись, озеро заволновалось, а земля содрогнулась. Этот грохот наверняка услышали даже в деревне. В тот момент всё, казалось, замерло. Орина на руках у Вэл сопела, не подозревая, что её чудесное спасение стало катастрофой для всего края. Велирима, прижимая ребёнка к груди, отчаянно шептала:

– Златомать… защити нас!

– Северан, оставь этот камень! – увещевал Петрий. – Ты разрушаешь нашу связь с горой! Это же сердце…

Северан зарычал, сжав зубы. Его глаза были полны ненависти: к Климу, к неверной жене и к самой горе.

Прежде чем кто-либо успел вмешаться, пещеру снова озарила яркая вспышка молнии. Всё вокруг застыло, погрузившись в слепящий свет, и на мгновение мир словно перестал существовать. Клим почувствовал, как каменный пол уходит из-под ног, и закричал:

– Вэл!

Его голос утонул в грохоте рушащихся стен. Всё слилось в единый поток слепящего света, ужаса и беспомощности. Когда яркое сияние немного померкло, сквозь клубы каменной пыли Велирима услышала отчаянный крик Петрия:

– Вэл, бежим отсюда!

Он быстро схватил её за руку, прижимая ребёнка к её груди, и потянул прочь от разрушающегося алтаря. Северан, держа в руках сияющий самоцвет, плюнул им вслед и бросился к выходу в противоположную сторону, растворяясь в дымке пыли и гари.

– Клим! – выкрикнула Велирима, но ответа не последовало.

В пещере продолжали рушиться стены, в воздухе ощущался запах свежести и гари от ударившей неподалёку молнии. Петрий не отпускал Вэл, и они бежали, не оборачиваясь. Возможно, статуя Златомати превратилась в груду каменных обломков, но сейчас у них была главная цель – спасти себя и ребёнка. Из глубин Велисгара донёсся протяжный стон, словно древний дух оплакивал своё утраченное сердце.

– Нет! – закричала Велирима. – Я не могу оставить Клима!

Но братья уже исчезли в темноте туннеля. За ними с грохотом обрушились камни, навсегда отрезав путь.

Петрий подхватил ослабевшую Велириму.

– Быстрее! Пещера рушится!

У выхода их ждали два крылатых коня – испуганные громом и молниями, они рвались в полёт. Петрий помог Велириме сесть в седло, сам вскочил на второго коня.

– В деревню! – крикнул он. – Надо предупредить людей!

Кони взмыли в грозовое небо. Велирима едва держалась в седле, прижимая к груди плачущую Орину. Слёзы смешивались с дождём на её лице.

Когда они приблизились к Яснице, то увидели страшную картину: прямо в центре деревни пылал огромный костёр. Молния попала в усадьбу, где жили Северан, Велирима и Клим, и дом полыхал, как факел. Люди бегали с вёдрами, пытаясь потушить пламя, но огонь уже перекинулся на соседние строения.

– Дарина! – вне себя от страха закричала Велирима.

Но неподалёку пылающего дома их ждала повитуха с узелком в руках. Старая женщина была перепачкана сажей, но невредима.

– Слава духам, вы вернулись! – воскликнула она. – Как только молния ударила, я схватила малышку и выбежала. Вот она, ваша Дарина, цела и невредима!

Она протянула Велириме спящую девочку. Велирима прижала к груди обеих дочерей – плачущую Орину и спокойную Дарину – и сама зарыдала от облегчения.

– Наш дом… – прошептала она, глядя на пылающие руины.

– Теперь это неважно, – сказал Петрий. – Главное, что вы живы.

Они спустились на окраину деревни. Жители, увидев крылатых коней, с благоговейным ужасом расступились. В их глазах читался страх и суеверное почтение.

Петрий помог Велириме спешиться, но вдруг оба коня одновременно подняли головы, словно услышав зов. Их глаза загорелись тем же зеленоватым светом, что исходил от марандита.

– Они чувствуют камень, – понял Петрий. – Северан призвал их.

Кони взмахнули крыльями и взмыли в небо, направляясь к горному хребту. В предрассветном сумраке их серебристые силуэты растаяли среди туч.

Глава 26. Четыре стихии

Дарина и Орина стояли бок о бок, дрожа от перевозбуждения. Велирима тяжело дышала после долгого рассказа. Всего несколько мгновений назад царила тишина, но теперь под сводами горы снова бушевал вихрь магии и гнева.

Среди каменных колонн две фигуры сошлись в жестокой схватке. Клим, в порванной одежде, с удивлением разглядывал собственные ладони – из пальцев вырывались маленькие искорки, затем вспыхнули настоящие язычки пламени. Его глаза расширились от изумления и радости.

– Она вернулась… моя сила вернулась! – воскликнул он, сжимая пылающие кулаки. Огонь плясал между пальцев, становясь всё ярче.

Напротив стоял Северан – высокий, с холодным, надменным взглядом и властным выражением лица. Их отец.

– Ты жалкий вор! – процедил Северан, сжимая кулак до хруста костей. По его руке заструился тёмный свет. – Снова крутишься вокруг моей жены, позоря её и моё имя?

Он швырнул сгусток тёмной энергии прямо в лицо брату. Клим, опьянённый возвращением силы, выбросил пылающую ладонь – огненный щит отразил удар, но взрыв отбросил его к каменной стене. Клим со звонким треском ударился спиной о скалу.

– Ты сам знаешь – она стала твоей женой лишь по принуждению! – прохрипел он, с трудом поднимаясь и вытирая кровь с разбитых губ.

Северан рванул вперёд и ударил кулаком в челюсть брата. Раздался хруст. Клим согнулся, но тут же ответил огненным кнутом, который полоснул Северана по груди. Запахло палёной тканью и кожей.

–