Водяной 5 - Константин Паули

Оказалось, что Инквизиции он известен, они даже любезно поделились его фамилией, именем и отчеством, а я по базам ГИБДД пробила, где он словил последние четыре штрафа за превышение скорости и вычислила, где он обитает.

В это время я раскладывал ужин по тарелкам и на пару секунд завис.

Вот оно что. Вот так, значит, в двадцать первом веке выслеживают мифических существ. Не по следам когтей на скалах и сожжённым поселениям, не по рассказам охотников и таинственной пещере в скалах. А по данным ГИБДД? Что дальше? У двоедушникоов появится дополнительная вкладка на ГосУслугах?

— И что, ты хочешь попробовать ещё одного крылатого змея уговаривать прикрыть стратегически важный пост на Калиновом мосту?

— Да, именно так.

— А куда? Москва?

Василиса хитро прищурилась:

— Не Москва и не Питер. Угадай.

— Сочи? — предположил я, исходя из прошлого опыта. — Деньги, красивая жизнь, хорошая погода?

— Ялта.

— Э-э-э-э-э. Так это почти одно и то же! То есть, направление другое, но… У тебя есть объяснение, чего драконов тянет жить на курорте?

— Они там живут, Вадим, просто потому, что могут. К тому же, эти места — переплетение гор, моря, воздуха, солнца, денег и красоты, — перечислила Василиса, допивая чай. — Всё, что нужно для счастья простого огнедышащего ящера. Так что? Сможем съездить? Возьмёшь отгул?

* * *

Крым — место, где пересекаются границы Востока и Запада, прошлого и настоящего. Здесь, на краю земель, некогда подвластных великим империям — Риму, Византии, Османской империи, осталась память о давно ушедших эпохах. Сегодня с руинами крепостей здесь соседствуют модные кофейни и современные шашлычные.

Мы подъезжали к Ялте со стороны Алушты.

В феврале, в этой части Крыма, можно наблюдать удивительное явление. Горы, не особенно высокие — царство зимы. Там холодно и виден снег.

А внизу — море. Чёрное море подогреваемо южными ветрами, поэтому даже зимой в нём прячется тепло. На пляжах нет льда, снега, никто не кутается в тулупы, там спокойные рыбаки ловят рыбу с пирсов, а чайки вульгарно расхаживают рядом.

Крымские горы намного ниже соседей и отличаются по внешнему виду, а к берегу придвинуты почти вплотную.

На этой тонкой полоске между горами и морем и расположился южный берег Крыма.

Автомобиль бодро катился по южнобережному шоссе, петляя среди густых кипарисов и стройных сосен, как уверенная в себе птица, точно знающая дорогу домой.

Василиса сидела в телефоне и посматривала на дорожные указатели. В какой-то момент, глянув на дорогу, она включила музыку.

Из динамиков полилось романтичное:

Ялта, где растёт золотой виноград!

Ялта, где ночами гитары не спят!

Ялта, где мы счастливы были с тобой…

Я улыбнулся краешком рта. Осин. Конечно же. Василиса заранее выбрала саундтрек к месту, куда мы подъезжали.

Окружающие пейзажи даже сейчас были пропитаны духом курортной романтики, той самой, которую продают на открытках вместе с засушенными пучками лаванды.

Дорога вилась вверх и вниз. Горы выглядели, как спина великого уснувшего дракона, покрытого каменной чешуёй и редким кустарником.

Горы красивы в любое время года и всегда поражают меня своим величием.

— Кстати, виноград, — сказал я, чуть сбрасывая скорость и указав рукой в сторону гор.

Вообще, когда едешь вдоль моря, по узкому серпантину, будь то Сочи, Ялта или, если случится такое, вдоль Средиземного моря, главное правило одно: никогда не торопись.

Местные водители носятся по трассе, как сумасшедшие герои компьютерных игр, участвовавших в гонках, испытывающие машины на прочность. Ощущение, как будто предварительно они сохранились. Я пропускал всех, кого мог и прижимался к обочине, чтобы не стать ни свидетелем ДТП, ни его участником.

Вот так неспешно мы ехали и созерцали. Справа от нас были виноградники. Виноградники уважаемы людьми со времён античности. И я могу это понять. Стройные ряды лоз, ухоженные, растущие на склонах, выглядели потрясающе.

Сейчас виноградники ещё не оделись в весеннюю листву, хотя нахально растущая то там, то тут зелёная трава изрядно добавляла жизни.

Если природа где-то бывала в унынии, то явно не на южном берегу Крыма.

Мы проезжали мимо санаториев в стиле вымышленных дворцов, и мимо реальных дворцов, миновали поселения, видели указатели на места, о которых поэты писали стихи.

— Красиво же, — сказала Василиса.

— Да, — согласился я. — Природа создала на границе гор и моря нечто удивительное. Незабываемое и вполне заслуживающее восторженных эпитетов.

Крымская идиллия текла за окнами — яркая и живая.

— Я, конечно, понимаю, почему поэты и художники любили тут жить и творить, — сказал я Василисе. — Потому что… Как там было у Бродского в письме римскому другу? И если выпало в Империи родиться, лучше жить в глухой провинции у моря.

— Это про Херсонес.

— Слушай, — сказал я, возвращаясь к нашей ситуации. — Я так понял, адреса Золотого дракона у нас нет? И как мы будем его, условно говоря, ловить? Как в прошлый раз, при поддержке ОБЭП?

Василиса вздохнула. Видимо, она тоже обдумывала этот вопрос. Точка на карте — Ялта, туда мы почти доехали, но теперь нужно «наведение на адрес».

— Наш Дракон не местный и бизнес тут не ведёт. У него вообще регистрация в Капотне.

— Капотня, — повторил я задумчиво. — Чудесный район. Странно, что он решил перебраться сюда. То есть, местная полиция его не знает?

— Скорей всего, так.

— Тогда какие идеи?

— Будем искать золотой «Мерседес».

Я приподнял бровь.

— «Мерседес» в Ялте? — с сомнением спросил я.

— Такой, как нам надо, «Мерседес» — штука уникальная. Это как самородок на колёсах.

Я посмотрел в окно на проплывающие мимо пейзажи и вздохнул:

— Слушай, ну всё равно сложно. Это в Колдухине можно найти приметный автомобиль за пятнадцать минут, его любая бабка знает, там три улицы, полтора землекопа и сарафанное радио работает быстрее, чем Интернет. Но Ялта — это довольно-таки крупный город. Не знаю… Пятьдесят тысяч. Сто?

Василиса уверенно улыбнулась, словно опытный экскурсовод, знающий тайные ходы и имея секретные договоренности, способные распахнуть двери музея в любое время, даже в его выходной.

— Для этого, — сказала она спокойно, наслаждаясь моментом, — мы используем мафию.

Я скептически, уже второй раз за последние пять минут, приподнял бровь.

— Что? — произнёс я с искренним удивлением. — Василиса Александровна, Вы решили перейти на тёмную сторону?

— С чего это?

— Ну, как же? Будем дружить с доном Корлеоне? — продолжил я,