Королева - Крейг Дэвидсон

То, что Руди выжил, было поразительным проявлением выносливости. Я всегда мысленно хвалил мальчика за такую стойкость. Большинство из нас – я имею в виду всех присутствующих – не смогли бы этого вынести. Его покалечили таким ужасным образом, что человеческий разум не в состоянии себе такое представить. Руди потерял свою сестру. Он никогда не говорил об этом прямо, но предполагаю, что он видел, как ее съедали заживо. У них была связь, у этих двоих. Возможно, это ненормально…

Он осекся, решив не продолжать мысль.

Я никогда не винил Руди за то, что он не смог преодолеть пережитое в тот день. Да, конечно, я виню его за ужасные поступки и последствия, к которым они привели. Я богобоязненный человек. И поверьте: Редьярд Крейт сейчас горит в аду за то, что сотворил с этими девушками.

Затем Лейнинген снова опустился в свое инвалидное кресло. Эта речь лишила его последних сил. Уронив голову на грудь и опустив глаза, Карл Лейнинген позволил санитару увести его обратно в дом.

Возможно, это ненормально.

Из всего, что сказал Лейнинген, эти три слова вызывают наибольшую тревогу.

Из всех вопросов, связанных с проектом «Афина», самый простой и важный – это:

Почему?

Зачем человеку идти по этому пути? Разве за всю историю человечества кто-либо так сильно рисковал ради столь омерзительного вознаграждения?

Кроме Лейнингена, не осталось в живых свидетелей события, которое явно перевернуло мир Редьярда Крейта. Ему было десять лет. Его сестре Элизабет – шестнадцать.

Возможно, это ненормально.

Эту женщину зовут – по крайней мере, этим именем она мне представилась – Кико. Мы встретились в кафе. Я нахожу ее за дальним столиком с чашкой травяного чая в руках.

Кико тридцать один год. В ней есть что-то от деревенской девушки, многие годы работавшей на поле: длинные, мускулистые руки и ноги, в которых чувствуется сила. Телосложение как у гимнастки. Взгляд кажется отстраненным, даже когда она смотрит прямо на вас.

Из всей просачивающейся информации о рейде на SysWell Dynamics – лишь малая часть из них обнародована – больше всего заслуживает внимания статья на странице 9870 12 000-страничного документа ФБР, в котором тщательно каталогизировано более миллиона изъятых предметов.

Скульптурные произведения (4). Г. Бинхауэр.

Густав Бинхауэр – голландский художник. Ученик Х. Р. Гигера. В отличие от своего наставника, Бинхауэр малоизвестен. Он живет за счет заказов. Должно быть, для Бинхауэра стало настоящей удачей, когда мультимиллиардер обратился к нему с необычной просьбой.

Фотографии работ Бинхауэра попали ко мне именно так, как обычно и попадают в руки проворного журналиста подобные штуки: знакомый знакомого знает человека, который… На изображениях видно два полых металлических серпа длиной более полуметра, сужающихся к тупым концам. На одном конце – кожаные ремешки с пряжками. Также что-то похожее на нагрудную пластину, украшенную молочно-белыми мешочками.

«Они были наполнены вазелином», – рассказывает мне Кико.

Она продолжает подробно описывать свое общение с Крейтом. По вечерам она появлялась в его поместье в Дель-Маре. В подвале была комната. Низкий куполообразный потолок, стены в виде пчелиных сот. Место было чем-то похоже на муравьиную нору. Или камеру матки в осином гнезде.

Кико раздевалась. Пристегивала к туловищу нагрудник Бинхауэра, а серпы – к рукам. Освещение было приглушенным. Ей было велено приближаться рывками, наклоняясь вперед. Клиент лежал на полу – обнаженный, покрытый тонким слоем искусственной гемолимфы.

«Пахло сладко, – говорит она. – Карамелизированным сахаром».

Кико водила серпами по телу своего клиента, вызывая восторженные возгласы. Они не разговаривали; насекомые ведь не разговаривают – разве что передают бессловесные сообщения с помощью своих усиков. Кико проводила зазубренными краями серпов по внутренней поверхности бедер Крейта.

Когда их встречи стали регулярными, Крейт поручил Бинхауэру изготовить маску. Я не видел эту работу, но Кико признается, что через нее было трудно что-либо разглядеть

«Глаза были огромные. – Она складывает ладони рупором перед своими глазами. – Два украшения для рождественской елки».

Кико утверждает, что то, о чем просил ее Редьярд Крейт, возможно, не выходило за рамки запросов других ее клиентов. Она знает, что Крейт сделал со своими шестью объектами, но все равно относится к нему довольно снисходительно.

У всех свои фетиши. И я не стыжусь того, что помогаю воплотить их в жизнь.

Когда император Тиберий состарился и впал в паранойю, он удалился на виллу на острове Капри. Там, как пишет древний историк Тацит, он предавался самому порочному разврату. Говорили, что он любил нежиться в бассейне и учил четырехлетних мальчиков задерживать дыхание, нырять под воду и легонько покусывать его. Тиберий называл их своими маленькими «пескариками».

Интересно, закрывали ли те, кто был свидетелем, на это глаза так же, как Кико. Поддались ли приближенные Тиберия очарованию власти или могуществу как таковому.

Я не осуждаю чужие причуды. И все же этот вопрос не дает мне покоя.

Почему?

Возможно ли, что Редьярд Крейт потратил два десятилетия и миллиарды долларов, подвергая риску свою компанию, свое состояние, свою репутацию, свободу и жизнь…

…только ради того, чтобы трахнуть гигантского жука?

* * *

Туристический автобус Эрла подъезжает к клубу гольфа и охоты Сент-Катаринс настолько близко, насколько это возможно, без нотариально заверенного разрешения Канадского общественного здравоохранения. То есть не очень-то близко. Клуб забаррикадирован со всех сторон. Городской инфраструктуре пришлось приспосабливаться к новой планировке. Некогда нетронутые дорожки на поле для гольфа заросли сорняками и папоротником.

Мы подъезжаем к тому, что стало официальной смотровой площадкой, – платформе в форме полумесяца, построенной на склоне холма и соединяющей Сент-Пол-стрит с древним бассейном Двенадцатимильного ручья. Там, по другую сторону хитросплетения эстакад и объездных путей – шоссе в настоящее время перестраивается, чтобы обойти карантинную зону шириной в километр, – открывается прекрасный вид на клуб.

Но не на само сооружение. Оно спрятано глубоко в гнезде.

Хоть я и видел его тысячи раз в видео, которые показывали в новостях, и на фотографиях в интернете, зрелище все равно потрясающее. Мне кажется, у каждого с этим местом возникнут свои ассоциации. На мой взгляд, особенно на таком расстоянии и когда солнце клонится к закату, превращая автостраду в огненную реку, гнездо выглядит как детский замок из песка на пляже. За секунды до того, как вечерний прилив обрушится на него.

На смотровой площадке сегодня собралось много народа. На перилах висят бинокли; за доллар вы сможете две минуты посмотреть на клуб чуть-чуть поближе. Я принес собственный бинокль. Поднеся его к глазам, позволяю своему взгляду путешествовать по головокружительным пикам и выпуклостям гнезда. Некоторые из них вздымаются на тридцать метров в виде зубчатых сталагмитов. Но большинство уже крошится, искривленное, как пальцы, пораженные артритом. Само здание находится где-то там, внутри. Карта биомассы показывает, что