Королева - Крейг Дэвидсон

В верхней части гнезда нарастало жужжание. Слои гнезда дрожали у меня над головой, трепеща рваными краями.

Я потянула еще сильнее, но уплотнить гнездо уже не получалось. Но я вспотела, все мое тело было скользким – если втяну живот, то, возможно, смогу протиснуться в щель боком.

Что-то врезалось в кухонную дверь. С того места, где лежала, я услышала характерный хруст дерева и скрежет петель. Даже не глядя, поняла, что дверь выломали.

Что-то проникло на кухню.

«Давай, – подумала я. – Сейчас же забирайся в этот фургон».

Я втиснула макушку между дверцами. Металл впился в кожу головы, и мой следующий толчок вызвал болезненный хруст. Моя голова сжималась, как резиновый мячик, – по крайней мере, так это ощущалось. Глаза застлала красная пелена, мне даже показалось, что полопались все сосуды. Но я продолжала втискиваться – дверная рама сдавила уши, прижимая их к вискам. Послышался звук рвущейся ткани. Похоже, я потеряла мочку уха. Ну и что? От них все равно пользы никакой.

Затем мою челюсть крепко сжало тисками дверей, и голову обдало холодным пламенем. Я не останавливалась, решив, что, если сломаю челюсть, так уж тому и быть. Человеческий организм удивителен, он может многое вынести.

Моя голова просунулась в фургон. Дышать стало чуть легче. Я протиснула плечи внутрь, наклонив туловище вбок. Затем пролезли рука. Потом вторая.

Внутри воняло разложением. Пуговица на моих джинсах зацепилась за раму и застряла, джинсы натянулись – пуговица соскользнула на пупок и высвободилась.

Я втянула ноги, коленные чашечки ударились о край двери, и электрический разряд пробежал по моим пяткам… но я почти не почувствовала этого, потому что наконец-то оказалась внутри.

Я подтянула колени под себя. Голова распухла как помидор, но в целом я не пострадала. В фургоне было совершенно темно. Слабый свет проникал из кухни, просачиваясь по туннелю и сквозь приоткрытую дверь фургона.

Я слышала какие-то звуки на кухне. Щелчки и цоканье ногтей по плитке. Хлюпанье и причмокивание, словно что-то с большим интересом изучало обстановку.

Тихонько прикрыв дверцу фургона, я пошарила в темноте, пытаясь сориентироваться. Подо мной лежало что-то похожее на джутовые мешки. Оттуда и исходила жуткая вонь.

Затаив дыхание и опустив голову, я протиснулась к передней части фургона. Мои пальцы ощупали водительское сиденье, руль, коробку передач… Ключи все еще были в замке зажигания. Спасибо, Гарри.

Я села за руль. Когда повернула ключ, включился верхний свет. Я вздрогнула.

Из туннеля донесся шорох, достаточно громкий, чтобы его было слышно даже через закрытые двери фургона. За этим последовало бурчание, которое мог бы, наверное, издать огромный таракан, – из воздуха вокруг меня разом пропал весь кислород.

Гнездо покрывало ветровое стекло. Осы вяло копошились в нем. Может, только-только начали строительство, и у меня еще был шанс сбежать.

Я еще раз повернула ключ зажигания. Двигатель заскрежетал, но не завелся.

Неужели гнездо забило глушитель? Тогда, если у меня и получится завести фургон, угарный газ заполнит кабину почти мгновенно. Если я не выберусь из гнезда за минуту-другую, то отравлюсь и сдохну в этой сраной ловушке.

Я повернула ключ зажигания в третий раз, уговаривая себя не давить слишком сильно на педаль газа.

Осторожнее, Мэгги, осторожнее.

Воздух в фургоне стал разряжаться. У меня зазвенело в ушах.

Вззззз… Вззззз… Вззззз…

Я обернулась. По тому, как осветился туннель, сразу поняла: дверь фургона открыта, а в туннеле, прямо рядом с ней, что-то ползет.

В свете, падающем из кухни, я различила неровную тень. Это нечто пробралось сквозь сочащиеся слои гнезда в поисках меня.

Вскрикнув, я повернула ключ зажигания и, забыв о собственном предостережении, вдавила педаль газа.

Дверь с грохотом распахнулась. В фургон проник леденящий душу голос:

– Слониха!

Я услышала резкий скрежет ногтей Аллана по полу фургона. Он полз в мою сторону.

Двигатель заработал с кашляющим рокотом. Все еще крича, я дернула рычаг переключения передач раз, другой, третий…

Тормоз! Поставь ногу на тормоз!

Костлявые пальцы Аллана, вцепившегося в обивку водительского сиденья, вторглись в поле моего зрения…

Я нажала на тормоз. Переключила передачу до упора на D2.

Надавила на газ.

Пронзительно взвизгнули шины по бетонному полу, и я ощутила вонь горелой резины, тянущуюся из-под меня – из-под нас, меня и существа, которое когда-то было Алланом Теллером, чьи пальцы теперь собственнически вцепились в мои волосы.

– Отвали! – Я вдавила педаль газа в пол. – Отпусти меня, гребаный урод!

Шины с внезапным рывком сцепились с бетоном, и фургон бросило вперед. Шасси взвизгнуло. В течение нескольких ужасных секунд я думала, что оси заклинит и машина ни на сантиметр не сдвинется.

«Гнездо выстоит перед чем угодно, – пронеслось у меня в голове. – Оно занимает пространство от стекла до торца, толщиной в пятнадцать метров. Это как пытаться выбраться из застывшего цемента».

Но затем решетка радиатора продвинулась вперед еще чуть-чуть, гнездо поддалось и начало разваливаться, пока мы с Алланом яростно сражались…

Раздался пронзительный визг, когда фургон рванулся вперед, разбрасывая куски гнезда. Я уставилась широко раскрытыми глазами вверх, на усеянное звездами ночное небо.

Фургон пронесся через декоративный сад и врезался в мраморный фонтан на скорости тридцать километров в час.

Моя голова отскочила от руля. Я почувствовала, как что-то пролетело мимо моего плеча и разбило ветровое стекло.

Я дернула дверную ручку и вывалилась из машины, приземлившись на траву. Вдыхая ее яркий, восхитительный запах, перевернулась на спину, переводя дыхание…

– Не двигайся!

Я заставила себя подняться. Двигатель фургона все еще надрывно кашлял.

– На землю!

Я сделала тяжелый шаг вперед, в груди горело. Так много шума. Генераторы, питающие энергией маленький город из военных портативных устройств и палаток связи. Мир во всей своей красе гудел в моих ушах…

– Второй раз повторять не буду! На колени!

Голова у меня кружилась так сильно, что блевать хотелось.

Сам вставай, мудила…

Точки. Много красных точек по всей груди. Я скосила глаза вниз и фыркнула. Вот черт. Мой нос. Должно быть, я разбила его о руль. Кровь заляпала толстовку неровным треугольником.

– Назовите себя! – произнес чей-то голос.

Лазерные прицелы. Вот что за красные точки у меня на груди. Некоторые самодовольные придурки из Вуди-Нот точно такие же ставят на свои мелкокалиберные винтовки, как будто без них они с опоссумом ну никак не расправятся.

Я прищурилась, глядя на огоньки. Мимо них, на тех, кто и направил на меня эти точки. Я ухмыльнулась, ощущая вкус крови между зубами. Физически мне было плохо, но я совершенно ничего не боялась. После всего случившегося разве мне было чего бояться?

– И