Головокрады - Василий Кораблев

все в посёлке считают, будто бы он тут поблизости купался, запутался в сетях и утонул. Мишка Ежов тут как раз сидел и всё видел. Караси сначала окружили Никиту на мопедах, потом сбили с ног и накинули на него сеть. А потом долго пинали всей бандой, пока тот не затих. Мишку теперь точно зарежут. По его словам, он слышал, как Караси обсуждали, что им делать с мертвецом, и ещё некоторое время стояли и курили возле Никиты, а затем его туго замотали в сеть и скинули в речку, а Федька пообещал всем остальным, что если кто-то проболтается, он того лично на тот свет отправит.

— Пётр, смени меня. Глаза устали, — серьёзным голосом попросил Женька.

Тот пожал плечами и полез на его место. Хороший у него бинокль — полевой, армейский. У дяди под честное слово взял. Тяжёленький. В такой ночью очень здорово звёзды разглядывать. А ещё в окна соседям. Тоже бывало, а сейчас... Чё им делать, на голые жопы Карасей смотреть?

Петька посмотрел, поискал пляж, и его опасения подтвердились. Караси купались голяком, а противнее всех был жирный Тура с обвислыми, как у бабы, сиськами. Интересно, а взрослые парни, у кого сиськи выросли, тоже должны носить лифчик? Вот поэтому он и злой, взрослая жизнь — сплошные трудности. Работать нужно, пить гадкую на вкус водку и курить обязательно. Иначе не станешь взрослым. А ещё убивать...

Петька вдруг подумал, что убийство себе подобных — это необходимый этап взросления мужчины. Убийство — взрослый поступок? Да. Ответственный? Ну... Скорее всего, да. Неслучайно же в армию всех отправляют. Восемнадцать исполнилось — иди в армию, иначе какой ты мужик? Ему так отец и говорил: не служил — не мужик. А что делают в армии? Учат владеть оружием. А зачем? Убивать врагов. Значит, всё сходится. Караси убили Никиту, чтобы побыстрее стать взрослыми.

Он помотал головой. Бр-р-р-р! О чём это он сейчас подумал? Ведь это же неправильно. Люди не должны убивать людей. Иначе бы давно перебили друг дружку. Проще думать, что банда Карасей — просто враги. А так посмотришь в бинокль — обычные весёлые ребята. Смеются, камеру от автомобильного колеса надули, плавают, в мяч играют. А всё же они враги.

Он покосился на Женьку.

Придурок. Что он задумал? Что принесут Вадик с Димкой? Ружьё? А стрелять кто-нибудь их них умеет? Автомат? Взрывчатку? Может быть, пакет крысиного яда? Эти двое обязательно притащат какую-нибудь ерунду, а проще говоря, говно на палочке, и все будут с жаром обсуждать план набега и мести, а потом разойдутся по домам. И всё забудется. Никто из них не решится сделать поджог или выстрелить из ружья в сторону склада. Зато идей и энергии — громадьё. Лучше бы уж действительно пошли на старое купалище, там хоть и пиявки, и малышня, но всё же намного безопасней, чем рядом с Карасями.

Поблизости зашуршали кусты, и мальчики испуганно замерли. Кто-то шёл прямо к ним. Женька подобрал камень и знаками стал показывать Славику, чтобы тот взял палку, но тот, с заячьими от страха глазами, протестующе замотал головой. Петька на всякий случай снял с себя бинокль и спрятал в траве. Не хватало ещё, чтобы чужую вещь отобрали. Но тут на поляну, предупредительно тренькая звонком, вкатился велосипед с маленькими колёсами.

Все облегчённо выдохнули. Вадика велосипед. Это его «Кама». Вадик шёл пешком и тащил велосипед за рога, а сзади ему помогал Димка. И когда они вышли на поляну, все увидели, что к багажнику велосипеда привязан здоровенный деревянный ящик.

— Ф-фу! — вытирая пот со лба, выдохнул Вадик. — Еле допёрли.

Славик и Женька бросились к велосипеду и стали ходить вокруг ящика, а Петька остался на месте. Он до сих пор сомневался, что пацаны притащили настоящее оружие, поэтому лишь прищурился и приготовился выразить своё мнение по этому поводу.

— Чемодан! — восклицал Славик щупая руками ящик. — Какой крепкий! А это у него что? Рёбра? Никогда таких не видел!

— Трофейный, — с некоторой гордостью отвечал Димка, поглаживая ящик. — Дедушка после войны из Германии привёз.

— Ого, значит, там немецкие автоматы? И гранаты, наверное, есть? — радовался Женька. — Ну же, давай! Открывай скорей! Чур, мне автомат! Я из него их всех положу!

«Блин, как же это всё тупо», — отрешённо подумал Петька. Прятать бинокль больше не имело смысла, и он, нащупав его в траве, вытащил, а затем не торопясь принялся очищать от лишнего мусора.

— Нет там внутри ничего, это чемодан.

— Как нет? Ты врёшь! А ну показывай!

— На, смотри!

Петька заморгал, вглядываясь в полумрак, где сейчас шла какая-то возня. Чё это они там, драться начали? А где оружие? Димка, ну ты и дебил. Хоть бы кухонных ножей в чемодан накидал, всё же не так позорно.

Чемодан подтащили к кострищу, открыли и заглянули внутрь. Димка не соврал. Внутри было действительно пусто.

Пацаны начали выражать сначала недоумение, а потом и возмущение. Наблюдая за ними, Петька поймал себя на хихиканье. Словно дети малые. А что, неужели действительно собирались вот так, всерьёз, идти убивать Карасей? Ну Славик понятно: он с детства был нюней и слабаком, сделает всё, что попросят старшие. Вадик — тоже понятно: он, конечно, пацан крепкий, но редкостный тугодум. Женька, разумеется, командир, как Чапаев. Всех порубить, шашки наголо и наше дело правое, а вот Димка что же? Ведь он далеко не дурак. Он отличник, разбирается в радиотехнике, автомобилях, собирает авиамодели, да и, кроме этого, весьма начитан. Петька сам видел, когда был у него в гостях, самодельное пневматическое ружьё, а ещё самострел с острыми стрелами. Димка действительно мог притащить что-нибудь интересное и любопытное, а если оно ещё и стреляло бы, то поиграли бы, убедили бы себя в том, что справятся с Карасями, да и пошли бы себе домой. Но нет, он не принёс ни хрена, кроме тяжёлого чемодана, и сейчас даже тугодум-Вадик начал задавать неудобные вопросы.

— Зачем нам просто чемодан? — обиженно гудел он. — Я думал, там ствол.

— Это и есть оружие, — кивал на чемодан Димка.

— Не. Он, конечно, тяжёлый, но не размахнёшься. Я думал, ты нам поможешь, а ты меня заставил его сюда тащить... Не друг ты мне больше за это. Назад сам тащи, — обижался Вадик.

— Вадик — глыба. Димас больше нам не друг, — поддержал расстроенного товарища