Бисквит - Ким Сонми

советовать больше общаться с одноклассниками, чтобы обрести надежных друзей – нарушение уже сформировавшейся атмосферы в классе может быть воспринято негативно. Ему нужно найти способ общаться со сверстниками в другом месте, не связанном со школой.

– У тебя есть Инстаграм, Фейсбук или ТикТок? Может, Ютуб?

– Прости, я не сижу в соцсетях.

Ну да, если бы он был настолько уверен в себе, чтобы активно вести соцсети, то не стал бы бисквитом. Судя по его застенчивому характеру, рекомендовать Доджу вести соцсети было бы странно.

– А что насчет онлайн-игр?

– Прости.

– Не хочешь попробовать? Может быть, у тебя получится подружиться с ребятами в чате.

Доджу выглядел смущенным. Дальнейший разговор развивался по схожей схеме: я предлагал ему какие-нибудь популярные штуки, а он чувствовал себя неловко и вежливо отказывался. Даже у меня, с моим запасом терпения, начали заканчиваться силы.

– Давай-ка перекусим и продолжим.

Наблюдая за тем, как солнце уже клонилось к горизонту, я заказал ттокпокки в сливочном соусе и две порции кимбапа. Как только мне пришло уведомление о завершении доставки, на крышу вместе с курьером поднялся Чхансон. Обычно он носил спортивный костюм, но почему-то сегодня сменил его на деловой. Пока я расплачивался маминой картой, Чхансон принял у курьера заказ и, будто так и положено, присоединился к нам с Доджу на лежак.

– В такую жару нужно заказывать холодную лапшу. Ты же друг Джесона?

А если хочешь к кому-то присоединиться поесть, нужно спросить разрешения – это банальная вежливость. Но, видимо, Чхансон – единственный в мире человек, который не знает об этом. Он зафиксировал вентилятор в одном положении, чтобы тот дул только на него, и начал без остановки уплетать ттокпокки. Его совершенно не смутило, что палочек для еды было всего две пары. Еще и упрекнул меня за то, что я не взял бульон с удоном, и сказал не забыть заказать его в следующий раз. «Можешь не есть, раз так не нравится», – мои мысли прозвучали лишь в голове, Чхансона они не достигли.

Доджу взглянул на нас по очереди и осторожно протянул мне свои палочки. Я отказался и успокоил:

– У нас были еще. Схожу принесу, ты пока ешь.

Я встал, собираясь достать палочки из контейнера, и заметил, как Чхансон ест и капает соусом в общую тарелку. Аппетит тут же пропал. Я хотел сделать замечание, потому что мне было неприятно, как вдруг мой телефон зазвонил. Это был Докхван. Сообщил, что занятия закончились, он уже рядом и скоро поднимется к нам в убежище.

Мне показалось, что он может предложить Доджу другое решение, и, отойдя подальше от лежака, я вкратце объяснил ему ситуацию. Докхван, выслушав основную информацию, ответил, что он уже в лифте, и повесил трубку. Черт! Дело дрянь. Я же не успел упомянуть, что с нами в убежище еще и Чхансон. Чхансон – естественный враг Докхвана. Он единственный, кто при каждой встрече умудрялся вывести спокойного Докхвана из себя.

Чего и следовало ожидать: как только Докхван открыл дверь на крышу и увидел Чхансона, он застыл на месте как вкопанный. Наверняка у него в голове проносилось множество мыслей: «Может, уйти? Или лучше остаться? Но если сейчас уйду, значит, проиграю». Я будто чувствовал его терзания даже на расстоянии.

– Хей! – Чхансон поздоровался первым, выковыривая морковь из кимбапа. Но Докхван не обратил на него никакого внимания и заговорил с сидящим на деревянном лежаке Доджу.

– Тебя не было на занятиях. Я переживал, не случилось ли с тобой чего. А ты, оказывается, вместе с Джесоном. – Тон Докхвана был дружелюбным, словно он пытался не спугнуть Доджу. Тот в ответ смущенно кивнул. Возможно, благодаря хоть и небольшому, но искреннему интересу, который проявил Докхван, очертания бисквита слегка изменились, став более четкими.

– Там какие-то качки искали тебя, – на этот раз Докхван обратился ко мне. Он говорил так, будто не произошло ничего серьезного.

– Знаю. Они же не лезли к тебе?

– А я бы позволил? Ты лучше сам будь осторожен.

У Докхвана хорошая физическая форма и репутация, так что вряд ли с ним кто-то посмеет связываться. Чхансон внимательно слушал наш разговор, разворачивая упаковку кимбапа, до которого еще не успел добраться, и спросил:

– Это кто там моего братишку разыскивает? И зачем?

Чхансон постоянно называл меня своим братишкой. Чхансон, Джесон – я его брат из-за одинакового слога «сон» в имени. Какой-то бред.

– С Джесоном все понятно, а ты чего в костюм вырядился? – Докхван взял пульт от вентилятора и переключил режим на вращение. Чхансон попытался отобрать пульт, но после неудачной попытки зафиксировал вентилятор в одном положении, дотянувшись пальцем ноги до кнопки на корпусе. Докхван на это скривился в отвращении.

– На собеседование ходил.

– Еще не устал по ним бегать?

– А что мне остается делать? Отец больше не собирается давать мне деньги.

Решимость Чхансона продолжать поиски работы заслуживала уважения. Он начал рассказывать истории о своих собеседованиях, но я слушал лишь вполуха. Докхван снова взял пульт и настроил вентилятор на вращение, Чхансон, потянувшись, встал с места и лениво подошел к ограждению крыши, на котором висела гирлянда из лампочек. Даже в деловом костюме он выглядел как безработный бандит.

– Как думаешь, в этот раз тебя возьмут?

– Я спросил на собеседовании про зарплату, и что-то она у них так себе.

– Но все же тебе пора бы устроиться хоть куда-нибудь. Ты ведь уже не молод.

– Жду, когда мой канал на Ютубе стрельнет, поэтому особо не тороплюсь.

Чхансон параллельно снимал видео на Ютуб с поеданием еды. Проблема в том, что он, как человек, который ест мало и неаппетитно, решил попробовать себя в таком формате только потому, что посчитал: раз другие добиваются таким образом успеха, получится и у него. Попутно он еще и высасывал деньги из Хёджин, так как не имел средств на покупку еды для съемок. Неудивительно, что Докхван не одобрял это.

– Чтобы контент набрал просмотры на Ютубе, он должен быть оригинальным. На одном энтузиазме далеко не уедешь. Хотя не уверен, что он у тебя вообще имеется. Если сам чувствуешь, что нет таланта, может, стоит бросить, пока не поздно?

Чхансон, сидевший на полу, никак не отреагировал на язвительные намеки Докхвана. Он нажал на лежащую рядом кнопку включения гирлянды. Желтый свет лампочек, висевших на ограждении, тут же наполнил крышу сентиментальным настроением.

–