На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. - Максим Валерьевич Медведев

погодные условия были неблагоприятными, мокрый снег к исходу дня 16 февраля превращался в ледяную корку над снежными переметами, усложняя задачу стрелковым подразделениям. В ночь на 17 февраля после артиллерийской подготовки одними из первых в поселок вошли танкисты 37-го гвардейского танкового полка 15-й бригады.

В этом бою отличился экипаж танка Т-34 гвардии лейтенанта А.М. Ерошина, который первым вклинился в оборону противника. Экипаж боевой машины уничтожал технику и живую силу, не дал вражескому арьергарду при отходе из поселка взорвать железнодорожный мост, продолжал вести огонь до подхода основных сил корпуса. В бою за Матвеев Курган экипаж Ерошина понес потери: от прямого попадания в лобовую часть танка смертельное ранение получил стрелок-радист, а всего в боевую машину пришлось 58 попаданий снарядов противотанковых орудий противника. За боевой подвиг командиру танка гвардии лейтенанту А.М. Ерошину было присвоено звание Героя Советского Союза[89]. Внезапность удара экипажа Ерошина заставила противника обратиться в бегство из райцентра. В то же время немцы уже направили большое усиление своим войскам, а продолжение наступления танкистов-гвардейцев в западном направлении требовало обдуманного решения командования корпуса.

Отступив из Матвеева Кургана, противник занял оборону на высотах с отметками 90,7, 101,0, 105,7, у хуторов Крынского и Шапошникова и у бумажной фабрики по правому берегу Миуса. Немцы еще с декабря 1941 г. и до середины лета 1942 г. сооружали укрепления на миусских высотах. Противником здесь были проложены многокилометровые оборонительные линии траншей, построены блиндажи, доты и дзоты, у их подножия установлены минные поля с проволочными заграждениями. Переправы были взорваны немецкими саперными частями после отхода своих войск. Соединения 4-го гвардейского механизированного корпуса, подготовив переправу через реку Миус, быстро перевели боевую технику на правый берег. Один танковый батальон 12-й бригады оставался в Матвеевом Кургане. Остальным подразделениям бригад было приказано сделать бросок через хуторы Степановский и Самойлов с выходом на Анастасиевку.

По вражеским тылам

В ночь на 18 февраля танки 4-го гвардейского механизированного корпуса с десантом стрелков с боем взяли высоты с отметками 101,0, 105,7 и 91,0, вышли в направлении совхоза № 15 и Анастасиевки. По пути танкистами были сбиты мотопехотные заслоны противника. Идущий впереди авангард корпуса при форсировании ручья попал в засаду из 11 немецких танков. Углубившись в оборону противника на 30 км, днем 18 февраля 4-й гвардейский механизированный корпус вошел в Анастасиевку[90]. В этот момент на участке 5-й ударной армии продвижение было незначительным. 3-й гвардейский кавалерийский корпус упорно сражался за освобождение села Куйбышева. Южнее 315-я стрелковая дивизия вела бои на окраинах хутора Берестово и села Русского, а 40-й гвардейской стрелковой дивизии удалось подойти к хуторам Петрополье и Ясиновский. В целом успех 4-го механизированного корпуса за этот день имел впечатляющие результаты. Но большой дистанционный разрыв между танкистами и стрелковыми частями 2-й гвардейской армии ставил под угрозу достигнутые результаты прорыва.

Немецкое командование распорядилось провести тщательную авиаразведку положения наступающих советских войск и узнало, что за вырвавшимся вперед механизированным корпусом образовалась брешь. Подхода других соединений Южного фронта немцами замечено не было. Идущая за механизированным корпусом колонна с горюче-смазочными материалами была сразу сожжена немецкими бомбардировщиками. Противник быстро сосредоточил боевую группу из 50 танков и мотопехоты у хуторов Зевин и Круглик. Со стороны хуторов Латонов и Возыкин немцы также подтянули резервы[91]. Образовавшийся «коридор» к Анастасиевке был заблокирован.

Нанеся удар по штабу 29-го немецкого армейского корпуса, соединения 4-го гвардейского механизированного корпуса заняли круговую оборону в Анастасиевке. Требовалось пробить немецкий заслон и подтянуть силы на помощь окруженным танкистам, однако танковых соединений для быстрого маневра и удара поблизости не было. К этому времени к Матвееву Кургану подошла 33-я гвардейская стрелковая дивизия, которая 18 февраля получила приказ выйти к хутору Верхне-Широкому и пробиться в Анастасиевку. Накануне атаки в стрелковых полках дивизии насчитывался всего 731 воин. Вскоре стрелковые роты пополнились еще несколькими сотнями бойцов из тыловых подразделений. Основная часть тылов была отдалена, не прибыла и часть артиллерии, еще не подошли обозы с боеприпасами. Находившийся в тот момент в расположениях 5-го гвардейского Донского казачьего кавалерийского корпуса и 33-й гвардейской стрелковой дивизии военный корреспондент и писатель К.М. Симонов отмечал в своем дневнике: «В последние дни чувствуется, что после взятия Ростова и выхода к реке Миус мы уткнулись здесь в прочную, заранее подготовленную немцами оборону…»[92]

В 84, 88, 91-м гвардейских стрелковых полках 33-й дивизии имелось только 15 пушек 76-мм, 15 орудий 45-мм, 22 миномета, 11 станковых пулеметов и 31 противотанковое ружье. Три полка отправились атаковать противника во фланг, рассчитывая пройти через брешь в его обороне близ хуторов Круглика, Верхне-Широкого, Дороганова, Левченко, Красного. Артиллерийский полк дивизии поддерживал огнем наступление. 84-й стрелковый полк атаковал немцев в Красном, подбив там 2 автомашины, при этом еще 6 машин противник оставил без боя в хуторе. Однако из Дороганова и Зевина немцы нанесли удар по 84-му полку. Ситуация была предельно накалена, решалась судьба более тысячи советских бойцов.

В ночь на 19 февраля 88-й и 91-й гвардейские стрелковые полки под командованием гвардии подполковника Д.В. Казака и гвардии майора А.Д. Епанчина обошли с юго-востока высоту 105,7, после чего рано утром заняли хутора Зевин и Круглик. Еще до подхода к хуторам Д.В. Казак и А.Д. Епанчин наблюдали в районе Возыкина подбитые машины 4-го гвардейского механизированного корпуса. Тем временем немцы с высоты 90,7 перешли в контратаку, оттеснили танковый батальон 12-й гвардейской механизированной бригады и в районе высоты 101,0 атаковали позиции батареи 59-го гвардейского артиллерийского полка, заставив артиллеристов отойти на 2 км северо-восточнее хутора Степановского. Теперь высоты 101,0 и 105,7 захватил противник, взяв в кольцо окружения 88-й и 91-й гвардейские стрелковые полки. Активно работала вражеская авиация, атакуя боевые порядки советских частей. Коридор для помощи 4-му гвардейскому механизированному корпусу был закрыт, не было возможности помочь и окруженным стрелковым полкам. В связи с этим командир 33-й гвардейской стрелковой дивизии генерал-майор А.И. Утвенко отдал приказ окруженным гвардейцам занять круговую оборону и держаться до подхода 84-го полка. Противник вел огонь из танков на удаленной дистанции, тем не менее гвардейцам удалось подбить 7 немецких танков[93].

К вечеру 19 февраля немцы подтянули еще 48 танков, но гвардейцы, неся огромные потери, продолжали сопротивление. Заканчивались боеприпасы, бойцы переходили в рукопашные схватки. Направленный для соединения с 91-м полком 84-й полк был контратакован противником[94]. В зоне советского прорыва стали сосредотачиваться силы 29-го немецкого армейского корпуса. Стремясь уничтожить окруженных советских гвардейцев, командир 23-й немецкой танковой дивизии генерал-майор Н.