Наука побеждать - Александр Васильевич Суворов

трогался с места, ссылаясь на неполучение приказаний. Около 9 часов утра Суворов приказал Багратиону брать Нови, Милорадовичу поддерживать его, Краю возобновить удар на западное крыло неприятеля[70].

Город Нови был занят тремя батальонами Гардана[71], а к западу от города стояла еще полубригада; поддержка – 4 батальона и 6 эскадронов.

Блестящими действиями, заставляя нас разбиваться о Нови, а затем делая вылазки, Гардан сдерживал Багратиона. Одно время грозила даже громадная опасность от вышедшего ему в бок Ватреня. Суворов ввел тогда 3-й уступ Дерфельдена. Но полного успеха все не было. Также и Край вновь был потеснен с высот.

К 1 часу дня оба противника после 9 часов боя были совершенно изнурены и нуждались в отдыхе.

Затишье это, однако, было перед грозой, и от зоркого взгляда Суворова не ускользнуло, что победа уже в руках. Он убедился, что у Нови находятся все силы французов, что теперь уже нечего опасаться за Тортону, и приказал Меласу обрушиться на восточное крыло неприятеля, а Розенбергу прибыть к Ривальте, т. е. вводился 4-й уступ, а 5-й подводился к полю сражения.

Но Мелас еще до приказания, тотчас за Дерфельденом, направился вперед по обоим берегам Скривии. Это усердие Меласа было, однако, соединено с огромным коварством: он спешил наложить свою тяжелую руку на развитие успеха, как о том имел тайное указание гофкригсрата.

В 4 часа дня вновь разгорелся ожесточенный бой: Суворов возобновил удар всеми силами. Край по-прежнему шел на западное крыло французов. Дерфельден на Нови и высоты к западу от него; Мелас на высоты – к востоку: двойной охват и отрез от путей отступления. Розенберг, нетронутый, еще в тылу, уступом с востока.

Битва при Нови. Художник А. Е. Коцебу

Около 6 часов вечера французы были в полном отступлении. Западное крыло их могло отступать только по одной дороге на Пастурано, где теснина была загромождена повозками и трупами лошадей, а тем временем австрийцы вышли почти в тыл Пастурано, когда русские неудержимо катились сюда с другой стороны. «В это мгновение вся масса французских войск дрогнула, рассыпалась, как будто от вихря; пехота, артиллерия, кавалерия – все бросилось опрометью через поля, овраги, рытвины, каждый искал спасения, как мог». Только часть войск Сен-Сира отступила благополучнее к Гави.

Ночь спасла французов. Утомленные 16-часовым кровопролитным боем, союзники заночевали на поле сражения. Лишь Розенберг спешил на соединение: ему, как свежему, было указано преследовать.

Победа была крупная, но дорогой ценой – 8 тыс. чел. выбывших из строя. У французов – 6,5 тыс. чел. убитыми и ранеными, 4,5 тыс. пленными и до 2 тыс. бежавшими, вся артиллерия (39 орудий), 4 знамени, весь обоз и парки.

Ночью Суворов отдал приказ для преследования и движения в Ривьеру.

5-го Розенберг преследовал, но вяло, путей отступления не отрезал. На следующий же день войска были остановлены совсем. Французы не были уничтожены, наши войска кипели негодованием. Что же было тому причиной?

На другой день сражения Мелас доложил: продовольствия для горного похода нет и мулы не заготовлены: гофкригсрат приказал выделить из войск Меласа 9 тыс. чел. в Тоскану, и распоряжения о выступлении их уже сделаны; наконец, Кленау[72], направленному к Генуе, дан приказ идти обратно в Тоскану.

Скрепя сердце, Суворов несколько отложил наступление в Ривьеру и собрал войска к северу от Нови, но судьба и на этот раз помешала движению к Генуе. 6-го он получил донесение, что австрийцы в горных проходах в тылу у него разбиты значительными силами, и Шампионе готовится к наступлению. Когда же выяснилось, что из Швейцарии опасность не грозит, Суворов сам получил из Вены приказ двинуться в Швейцарию.

По ходу боя видно, что разновременность ударов Края и Багратиона была предумышленной: до 1 часа дня Суворов ведет усиленную разведку, не предполагая еще наносить окончательного удара, но забивая французов на запад от Нови. Когда же соединенные удары Края, Багратиона и Милорадовича убедили Суворова, что перед ним все силы Жубера, он, притянув к себе Меласа, наносит удар противнику с востока и бьет его. Затем отсутствие преследования – это уже заслуга перед Моро австрийского гофкригсрата.

В награду Суворову за Нови приходилось изыскать что-либо необычайное. Император Павел приказал объявить в высочайшем приказе: «В благодарность подвигов князя Италийского, графа Суворова-Рымникского, гвардии и всем российским войскам, даже и в присутствии государя отдавать ему все воинские почести, подобно отдаваемым особе его императорского величества».

Король Сардинский Карл Эммануил за освобождение Пьемонта наградил Суворова званием фельдмаршала пьемонтских войск, гранда Королевства Сардинского, с потомственным титулом принца и «брата» короля.

В Англии чеканили медали с изображением завоевателя Италии; в театрах пели стихи в его честь; на торжественных обедах возглашали его здоровье вслед за тостом королю.

Во Франции составлялись пари: за сколько времени дойдет он до Парижа.

Одна Австрия держалась холодно, и даже в изобилии шли уроки гофкригсрата и выговоры императора.

Сражением при Нови закончился поход в Италии. Он является образцом высшего искусства и силы человеческого духа. Все задуманное приведено Суворовым в исполнение блистательно: три раза наносит он поражения сильному, искусному противнику и за несколько недель завоевывает обширную страну при условиях самых неблагоприятных. Происки и козни Венского кабинета тормозят все начинания полководца, зачастую расстраивают замыслы его, и надо удивляться, как и при таких условиях Суворов еще достигает сделанного. Невольно рождается вопрос: что мог бы сделать Суворов при полной его свободе?

Припомним еще раз, что Суворову было 69 лет, что он впервые попал в совершенно новую обстановку, что 3/4 войск и помощников были чуждые, и что, наконец, даже русские войска были уже сильно тронуты новыми веяниями, так что Суворову даже их приходилось переучивать вновь. Но он преодолел все – среди всех тяжестей и невзгод давал всем пример силы воли и телесной выносливости и по праву мог говорить: «Я был счастлив, потому что повелевал счастьем».

5. Новые замыслы союзников и выступление Суворова из Италии

Раз Италия была завоевана, присутствие Суворова с русскими войсками было препятствием для тайных желаний Венского двора, а Англия опасалась, как бы Суворов не овладел для России Генуей.

И вот союзники решают: 1) русские войска сосредоточить в Швейцарии под начальством Суворова и действовать наступательно через Франш-Конте; 2) англо-русский корпус назначить для освобождения Голландии и вместе с эрцгерцогом Карлом изгнать французов из Бельгии; 3) австрийцам действовать: эрцгерцогу Карлу – на Нижнем и Среднем Рейне, а Меласу – в Средней Италии, причем эрцгерцог Карл должен был находиться в Швейцарии