На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. - Максим Валерьевич Медведев

полковой артиллерии – 0,12 %; снарядов 45-мм ПТО – 0,5 %; мин 120-мм – 0,15 %; мин 82-мм – 0,1 %; мин 50-мм – 0,1 %; винтовочных патронов 7,62-мм – 0,42 %; ГСМ – 0 %[148]. Обеспеченность конского состава продфуражом отсутствовала. Все ресурсы для кормления лошадей были израсходованы. Кормление лошадей производилось за счет сбора травы и бурьяна и частичного ввоза сена из отдельных районов[149].

В ночь с 21 на 22 февраля немецкие войска усилили позиции в районе овчарни на высоте 73,1. Вражеские окопы заполнили автоматчики. Также советской разведкой было замечено движение колонны для усиления гарнизона из Густафельда в Новую Надежду в количестве 15 грузовых машин, 20 груженых повозок и около 300 солдат и офицеров. По боевым порядкам 300-й стрелковой дивизии активно работала немецкая авиация[150].

Рубеж обороны 1053-го и 1051-го стрелковых полков на западных опушках рощ вдоль левого берега Миуса в ночь на 23 февраля подвергся атакам со стороны отдельных разведгрупп противника. Батареи полковых орудий и 45-мм противотанковых пушек, в свою очередь, вели огонь по позициям противника на рубеже высота 73,1–Новая Надежда – Алексеевка. Согласно боевым донесениям 300-й стрелковой дивизии, в период с 18 по 23 февраля противник понес потери в количестве до 300 солдат и офицеров, из них 15 снайперов. Кроме того, были подбиты танк и автомашина противника. Артиллеристам дивизии порой приходилось вести огонь с открытых огневых позиций, в тяжелые моменты боя орудия 822-го артполка стреляли прямой наводкой.

Ночью 23 и 24 февраля разведгруппы стрелковых полков в попытках проникнуть через передний край обороны в Алексеевке, Новой Надежде и хуторе Кучерово попадали под плотный огонь противника. Приказом командира 13-го гвардейского стрелкового корпуса гвардии генерал-майора П.Г. Чанчибадзе частям 300-й дивизии следовало совместно с 9-м полком 3-й гвардейской стрелковой дивизии прочно удерживать левый берег Миуса в своей полосе обороны[151].

Под покровом ночи, в условиях стрелково-пулеметного и минометно-артиллерийского обстрелов, красноармейцы усовершенствовали свои позиции, в первую очередь проводили рытье окопов и траншей полного профиля. В это время 822-й артиллерийский полк метким огнем в районе Кучерово разбил 6 огневых точек с пулеметными расчетами и уничтожил до 20 человек личного состава. 25 февраля командир 300-й дивизии подполковник Тымчик на совещании поручил командирам частей организовать постройку прочных фортификационных укреплений, в том числе и противотанковую оборону на опасных участках, чтобы суметь удержать этот рубеж[152]. В течение дня 822-й артполк с артиллерией стрелковых полков 300-й стрелковой дивизии поддерживал действия 49-й гвардейской стрелковой дивизии в районе Александровки. Совместным огнем были отбиты танковые контратаки противника. Немецкая авиация продолжала наносить бомбо-штурмовые удары по боевым порядкам полков и расположению штаба дивизии в Большой Кирсановке. В результате налета погиб один человек, шесть человек получили ранения.

К вечеру 26 февраля подполковник Тымчик отдал приказ растянуть фронт дивизии в сторону левого фланга с целью сменить 9-й гвардейский стрелковый полк на участке перекрестка дорог в районе Алексеевки, высоты 115,2 и хутора Ясиновского, чтобы исключить возможность прорыва противника на восточный берег Миуса[153]. К полуночи части дивизии выполнили приказ комдива. К этому времени весь малочисленный состав 300-й дивизии был выдвинут на передовую, что наглядно показывает положение частей дивизии на 27 февраля. На правом фланге 1053-й стрелковый полк со 2-м дивизионом 822-го артиллерийского полка и с взводом 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона оборонял Большую Кирсановку и участок фронта к юго-востоку от Новой Надежды. В составе 1053-го полка оставалось 457 бойцов и командиров, действующих в строю бойцов – 240 человек, активных штыков – всего 51 человек. В центре боевых порядков 1049-й стрелковый полк вместе с 3-м дивизионом 822-го артиллерийского полка оборонялся в километре восточнее Новой Надежды и Алексеевки. Всего в составе полка – 446 человек личного состава, в трех батальонах – 206 бойцов и командиров, активных штыков – 34 человека.

На левом фланге расположился 1051-й стрелковый полк вместе с 1-м дивизионом 822-го артиллерийского полка и двумя взводами 266-го отдельного пулеметно-артиллерийского батальона и оборонялся на рубеже 1 км юго-восточнее Новой Надежды и до восточных скатов высоты 115,2. Всего в составе полка 454 человека, в ба таль онах – 277 бойцов и командиров, активных штыков –53 человека[154].

В течение суток 27 февраля 6-я батарея 822-го артполка вела огонь из 122-мм орудий по немецкой пехоте, которая производила инженерные работы в районе Кучерово, и по вражескому блиндажу, открывшему стрельбу из станкового пулемета. Прямым попаданием в немецкий блиндаж пулемет был уничтожен. Основные потери советским частям наносила вражеская авиация. Так, в этот день после авианалета в 822-м артполку погиб старшина Миронов[155].

После трехмесячных наступательных боев в полках 300-й стрелковой дивизии оставалось не более 15–20 % штатного состава, а стрелковые подразделения понесли многочисленные потери. Фактически дивизия к середине февраля 1943 г., к моменту выхода на рубеж реки Миус, утратила наступательные возможности, не имела достаточного огневого усиления, танков, авиационного прикрытия и была не способна прорвать хорошо подготовленную в инженерном отношении оборону противника, с большим трудом и потерями удерживая свою полосу обороны. Похожей была ситуация и в других соединениях 2-й гвардейской армии, командующий которой гвардии генерал-лейтенант Я.Г. Крейзер полагал: «В конце февраля, в момент боев на Миусе, армия не представляла собой силы, способной к дальнейшему наступлению»[156].

Катастрофически не хватало боеприпасов, ручных и станковых пулеметов, немного оставалось исправных противотанковых и полевых орудий. В резерве комдива был отдельный учебный батальон дивизии и батарея 336-го отдельного противотанкового дивизиона, которые располагались в южной части Большой Кирсановки. Иногда бойцы этих резервных подразделений занимались патрулированием полосы обороны дивизии и мелкими группами вели разведку в направлении высоты 73,1.

В целях дополнительного усиления обороны советских частей и исключения внезапного прорыва противника 355-й саперный батальон дивизии заминировал дороги из Алексеевки и Александровки на восток и юго-запад, рощу и берег Миуса перед Алексеевкой и Александровкой. Тылы дивизии к этому времени находились в населенных пунктах Ново-Марьевка, Полиев и Красный. Обеспечение частей и подразделений питанием, боеприпасами, медикаментами оставалось крайне недостаточным.

28 февраля отдельная разведгруппа 1053-го стрелкового полка вклинилась в оборону противника, преодолела первую линию проволочного заграждения юго-западнее высоты 73,1, подобралась ко второй, начала проводить разминирование участка, чтобы занять высоту 73,1, но в итоге попала под плотный вражеский ружейно-пулеметный огонь и отошла на исходные позиции, потеряв 28 человек убитыми и ранеными. Результатом работы 822-го артполка в этот день было разрушение 4 дзотов, подавление артиллерийской батареи, 3 минометов и 7 огневых точек противника[157].

К 1 марта положение практически не изменилось. Противник продолжал обстреливать боевые порядки дивизии, особенно частым ударам подвергалась