Искусство подводной войны. СССР против США, 1945-1972 - Павел Олегович Леонов

тоже было крайне плохо. Во время войны в Корее Англии катастрофически не хватало ресурсов. «За один месяц мы производим припасов на один вылет двух эскадрилий, – писал министр ВВС нового правительства Черчилля, информируя кабинет в ноябре 1950 года. – Даже если британские новые истребители присоединятся к сражениям, у них не будет хватать пушек, снаряжения и ракет, которыми они будут сражаться».

Получалось, что все ресурсы были потрачены зря. Поскольку кризиса как такового не было, перестройка угольной и сталелитейной промышленности происходила адекватными темпами, что приводило к экономическому развитию Англии. Однако имели место плохая демографическая ситуация (бедность) и изменения в возрастной структуре населения (старение). Только от 15 до 17 % 18-летней молодежи продолжало обучение после школы, в отличие от 42 % в США. Наблюдалась нехватка квалифицированной и профессионально подготовленной рабочей силы. Получается, что экономика Англии развивалась на одном уровне с европейскими странами, однако разительно уступая США, ФРГ и Японии.

26 июля 1951 года Гейтскелл в своем выступлении снова отметил: «Половина наших трат приходится на оборону и национальный долг, около 40 % – на социальные нужды, а оставшееся мы пытаемся отнести к профициту бюджета».

В 1952 году расходы составляли около 340 миллионов фунтов на оборону, и 120 миллионов дополнительно тратило адмиралтейство. В среднем это составляло 10 % от бюджета. Численность британских вооруженных сил в 1952 году составляла рекордные 871 700 человек.

На практике это означало ужасное недофинансирование и зависимость Британии от внешних факторов (доброй воли США, политической ситуации в мире). В 1950-х годах уже в реактивной Корейской войне авианосец «Триумф» поднимал с палубы «Сифайры» и «Файрфлаи» (самолеты Второй мировой войны), что выглядело немного устарелым. А первый проект эсминца УРО класса «Каунти» – переходный между эсминцем и крейсером – получился перетяжеленным оружием и системами управления сомнительного качества, тесным внутри, с недостатком места для личного состава. По тем же политическим причинам – авианосцы были обязательным атрибутом мировых держав – британцы не могли отказаться от старых авианосцев, так как в силу бедности были не в состоянии построить новые.

Бедность британцев ограничивала их в возможностях. «Развитие экономической независимости [Британии] жизненно важно для здоровых англо-американских отношений, — говорил посол Роджер Макинс, – необходимо развиваться при каждой возможности, чтобы избежать зависимости [от американцев]».

В условиях послевоенного развития, чтобы получать деньги – нужно было тратить деньги, а Британия не могла себе этого позволить. Да и вообще, конкурировать со страной, чьи 6 % населения земного шара производили 25 % товаров и услуг, было бы затруднительно.

Все же американские политики полагались на британцев, невзирая на скандалы и их бедность. Никто не любит планировать в одиночку, стратегические планы требуют поддержки. У британцев и американцев совпадали планы (по крайней мере, глобально-стратегического характера). Они уже были союзниками, и у них было общее чувство миссии и исторической ответственности (правда, и тут возникали постоянные споры).

К 1952 году США и Британия, отойдя от череды скандалов (например, с продажей двигателей «Роллс-Ройс Нин» в СССР), наслаждались чувством взаимной важности и созависимости, хотя каждый требовал от союзника больше, чем тот мог дать. Трумэн, к примеру, оказался глух к видению Черчиллем равноправного англо-американского союза и дал только 300 миллионов долларов военной помощи, а Черчиллю пришлось довольствоваться не ролью полноправного союзника, а просто быть первым из союзников США. Впрочем, в британском правительстве отмечали, что такое сотрудничество с американцами – на их условиях – доведет Британию до банкротства быстрее, чем начнется ядерная война. В общем, когда правительство Идена вернулось в Лондон и собралось обсудить итоги визита в США, они все пребывали в состоянии «необходимо что-то сделать для стабилизации нашей экономической и финансовой независимости». В 1952 году правительство Идена (большинство советников Черчилля) находилось в уверенности, что британская автономность лежит больше в плоскости преуспевания экономического. «Настоящим ключом к британскому процветанию будет мастерство высоких технологий и способность к его продаже». Поэтому британское правительство, полагая, что война начнется не раньше 1957 года, планировало скромными вложениями развивать свою промышленность, как авиационную, так и судостроительную. Фактически они просто «ставили капельницу умирающему».

Что касается развития подводного флота, то союзники узнали о новых проектах подводных лодок в 1943 году из радиоперехвата японского военного атташе в Берлине. Тот информировал свое начальство в Токио о двух новых проектах немецких подводных лодок, которые могли развивать скорость под водой до 25 узлов. И это при том, что максимальная скорость подводного хода составляла тогда около 9 узлов.

Британское Адмиралтейство переоборудовало лодку HMS Seraph (P219) под новый проект для противолодочных учений. Сгладили корпус, уменьшили рубку, сняли палубное орудие, оставили один перископ (второй с радарной мачтой сняли), демонтировали торпедные аппараты, поставили мощные электромоторы и батареи, поменяли на винты с британских более крупных лодок типа Т. Подводная скорость увеличилась с 8,8 узла до 12,5. Это было меньше планируемого, и максимальную скорость лодка могла поддерживать буквально в течение 20–30 минут. На 10 узлах лодка могла пройти два часа. Однако скорость противолодочных кораблей, на которой те своими шумами не мешали работе гидроакустических станций, составляла 7 узлов.

То есть либо корабль не мог маневрировать наравне с лодкой – а противолодочные средства в те годы имели крайне малый радиус поражения – и лодка уходила, либо корабль маневрировал так, что атаки производились вслепую, по опыту личного состава. Был и следующий нюанс: надводный корабль развивает максимальную скорость на поверхности в хорошую погоду. Чем хуже погода и сильнее волнение моря, тем меньше способен небольшой эскортный корабль набрать полную скорость. Подводная лодка такого рода ограничениями не стеснена, у нее будет явная фора.

В Северной Атлантике, по английским данным за период Второй мировой войны, вероятность волнения моря 0–1 балла статистически оценивалось в 0,7 %, 2 балла – в 6,8 %, 3 балла – в 23,7 %, 4 балла (высота волн в 1,88 метра, протяженность 123) – в 27,8 %, 5 баллов (высота волн 3,25 метра) – в 20,6 %, 6 баллов (высота волны в 5 метров) – в 13,2 % соответственно, 7 баллов (волны высотой в 7,5 метра) – в 6,1 %, 8 (волны в 11,5 метра) – в 1,1 %, а 9 – в 0,05 % (высота волны 14 метров, длина 615 метров). Потери боевых возможностей эскортных кораблей (довольно малого размера) начинались с волнения в пять баллов – и составляли 10 %, для шести баллов – уже 30 %, для 7 и выше – 95 %. И это при том, что