Смерть в тылу - Александр Александрович Тамоников

— Женщины были, а баб, таких как эта пани, не было, — честно признался Шубин.

— Значит, тебе повезло, разведка, — усмехнувшись, отвел глаза взводный. — А вот у многих моих ребят, которые из танка по неделям не вылезали, других вариантов не получалось находить. Только такие вот и встречались за все эти годы. Я и сам таких баб терпеть не могу. У меня жена с четырехлетней дочкой в Ленинграде осталась. Жива или нет после блокады, до сих пор не знаю. На письма отвечать уже давно перестала. Но как все закончится, к ней вернусь, и никого мне, кроме нее, не надо больше будет. Только вот как мужик я без женщины никак долго обходиться не могу. Я ведь не святой и не поп или монах какой, чтобы без бабы по три года оставаться…

— Я понимаю, — попытался прервать его монолог Глеб, но старший лейтенант не дал ему продолжить.

— А раз я, командир, могу позволить себе переспать с какой-то там вдовой или даже пусть с замужней, но у которой мужик, вот так же, как я, где-то воюет, то как я могу запретить это своим подчиненным? Не подскажешь? — ухмыльнулся он.

— Понятно, — встал Глеб. — Где живет эта пани, ты хотя бы знаешь?

— Понятия не имею. Говорят, где-то рядом с рынком и живет, — встал с чурки, на которой сидел, комвзвода. — Знаю только, что фамилия у нее Кароль, а зовут Катажина, кажется. Так на рынке об ней можно спросить. Там все друг друга знают.

— Надо же — Катажина, — усмехнулся Глеб.

— А что, нормальное польское имя, — не понял сарказма старший лейтенант.

— Катажина переводится с польского как «чистая», — пояснил Глеб, выходя из землянки. Вышел — и поежился от холода. — Тепло у вас, даже уходить не хочется, — протянул он руку взводному.

— А вы, капитан, где живете?

— Живу-то в хате, что на краю с северной стороны. Но хата не топится уже неделю. С дровами плохо.

— Вот и перебирайтесь ко мне, — добродушно пригласил старший лейтенант. — Я потеснюсь.

— Спасибо, — рассмеялся Глеб. — Но я не один, с товарищами. А все у вас не разместимся, это точно. Ладно, пойду искать эту вашу Катажину.

— Да какая она наша, — махнул рукой комвзвода. — Наделала баба делов. — Один танкист пропал без следа, а второй… — снова безнадежно махнул он рукой. — Только зря вы к этой пани Кароль идете. Не знает она, куда Прошка девался, — добавил старший лейтенант, когда Шубин уже отошел от него на несколько шагов.

Глеб остановился и повернулся к взводному.

— Откуда знаете?

— Так ведь Валерка Тиун, перед тем как ко мне прийти, к ней бегал. И про Савина у нее спрашивал. Она и знать не знает, где он. Призналась, правда, что был он у нее накануне и ночь с ней ночевал. А утром ушел. Так и ребята говорят, что он все утро в землянке продрых и только к обеду, а вернее уже после обеда, проснулся голодный и злой, что его не разбудили и пожрать ему ничего не принесли. Ребята его и послали куда подальше. Мол, никто ему носить еду в постель не нанимался. Тогда он сказал, что пойдет на кухню сам, и ушел. С тех пор никто его и не видел.

— Ну, такая пани и соврать могла, что Савин от нее утром ушел, — заметил Шубин.

— Тоже верно, — согласился взводный и, подойдя к Глебу, взял его за рукав. — Вы, если что о Савине узнаете, мне сообщите. Мало ли чего парень выкинул. Мне ведь как командиру за него отвечать придется.

Глеб только кивнул в ответ на такую просьбу. Не станет же он напрямую врать взводному и обещать сказать, что обязательно сообщит, как только что-то будет известно. Шубин уже и так знал, что случилось с Савиным. Только вот рассказывать об этом он пока что не имел никакого права. Никому — в том числе и взводному.

— А в котором часу к вам Тиун приходил, не помните? — спросил он у комвзвода.

— Как не помню, помню, — уверенно ответил тот. — В половине восьмого вечера это было. Я как раз с обхода позиций вернулся, на время посмотрел и чайник на печку поставил. Хотел пораньше спать лечь, а тут Валерка заявился. Он у меня тогда целый час просидел, пока я сам его не спровадил.

Глеб был так поглощен предстоящей встречей с таинственной пани Кароль, что совсем забыл об Астафьеве. Вспомнил только, когда уже подходил к первым домам на окраине города и лишь после того, когда услышал, что его кто-то зовет. Оглянулся и, хлопнув себя по лбу, сказал извиняющимся тоном подбежавшему к нему Ренату:

— Слушай, я совсем про тебя забыл, если честно. Извини.

— Ничего страшного. Мне сказали, что ты пошел в город, но я не знал, давно ли ты ушел. Хорошо, что решил идти напрямик именно этой дорогой. А то могли бы и разминуться.

— Кто тебе сказал? Не взводный ли, случайно?

— Нет. Один танкист, который видел, как ты от него уходил и как направился в сторону Опатува… Что узнал и куда идем?

— Идем на рынок. Надо нам найти одну пани и поговорить с ней по душам.

— Пани? Это хорошо, — отчего-то обрадовался Астафьев.

— Знал бы ты, что это за дамочка, сильно бы не радовался, — усмехнулся Шубин.

— Что, она такая старая и страшная? — нарочно сделал круглые глаза Ренат.

— Нет, скорее даже наоборот, — ответил Глеб. — Пани Катажина Кароль. Красиво звучит, правда? Эта дама окрутила сразу двоих — самого Савина и командира танка, на котором Прохор Савин был водителем-механиком, — младшего лейтенанта Тиуна.

Астафьев присвистнул.

— Начинаю подозревать, что между этими двумя танкистами разгорелся спор, кто больше подходит для постели пани Кароль, — высказал предположение Астафьев.

— Так и было. И спор этот вылился в драку, — ответил Глеб. — Вернее, дело было так: Тиун ударил Савина по лицу, за что и был наказан двухдневным содержанием под арестом. А его соперник тем временем, воспользовавшись моментом, переночевал у любвеобильной пани.

— Думаешь, что это Тиун мог убить Савина?

— Ничего я не думаю, — остановился Шубин на какой-то из крайних улиц и стал осматриваться. — Ты не знаешь, как выйти к местному базару? — поинтересовался он у Астафьева и, когда Ренат отрицательно покачал головой, обратился по-польски к старику с тележкой, набитой старыми башмаками: — Пан не подскажет мне, как пройти к рынку?

— Идите со мной, — ответил старик и неторопливо зашаркал дальше по улице. — Я сам иду туда. Нам по пути.

Пришлось Глебу и Астафьеву тоже сбавить шаг и