Ищите шпиона! Cherchez la spia! - Игорь Григорьевич Атаманенко

В целях конспирации администрация «Икебуко» нанимала рабочих только на один рейс. Никто из них не был профессиональным моряком и уж тем более не являлся членом профсоюза. Все они — безработные из Вьетнама, Лаоса или Индонезии — были готовы за гроши выполнить любую работу.

По завершении работы поденщиков партиями по двадцать человек под присмотром вооруженных охранников препровождали в кают-компанию, где им вручали по пять долларов и кормили. При этом под угрозой физической расправы принуждали выпить стакан рисовой водки, усиленной препаратом, вызывающим временную парамнезию. Делалось это для того, чтобы на берегу рекруты не могли вспомнить, чем они занимались на судне.

По оперативным данным, только за один рейс караван сухогрузов доставлял в Страну восходящего солнца до 10 тысяч кубометров ценнейшей древесины. А всё потому, что любая наша продукция, шедшая на экспорт, по традиции обшивалась ценными и твердыми породами деревьев: кедровой сосной, буком и дубом. Именно из этой древесины и были изготовлены контейнеры для витринного стекла. Фурнитура, но никак не стекло, интересовала японцев…

Благодаря махинациям с витринным стеклом Япония, не имеющая природных запасов древесины, в последней четверти XX века заняла третье место, после Испании и Италии, по экспорту на мировой рынок экологически чистой мебели.

Из доставшейся даром древесины «Икебуко» производила изысканную мебель, которую затем по баснословным ценам продавала арабским нефтяным шейхам, в Соединенные Штаты и в Западную Европу.

Глава третья

«Чёрный песок»

В 1979 году японская фирма «Асахари» обратилась в Министерство внешней торговли СССР с просьбой сдать ей в аренду на два года участок прибрежной зоны в районе поселка Озерновский, что на юго-восточной оконечности Камчатского полуострова.

Свое намерение руководство «Асахари» мотивировало потребностью возвести в указанном районе базу отдыха для экипажей рыболовецких судов, ведущих промысел в нейтральных водах Охотского моря.

Советская сторона пошла навстречу руководству «Асахари», контракт был заключен, однако, по наблюдениям советских пограничников, японцы отнюдь не торопились с возведением базы отдыха, сосредоточив всё внимание на вывозе так называемого «черного песка» из прибрежной зоны.

Свои действия (вернее, бездействие!) руководство «Асахари» объясняло проведением подготовительных работ для последующего возведения коттеджей, причалов и т. п. Причем объем вывозимого песка был настолько велик, что среди пограничников бытовала шутка:

«Скоро поедем на экскурсию в Японию. Полным ходом идет прокладка линии метрополитена Озерновский — Токио!»

Однако МИД Японии поспешил заверить советскую сторону, что песок попросту сбрасывается в море.

Чтобы отследить маршруты движения японских судов с песком на борту, Ю.В. Андропов распорядился подключить космическую разведку. Выяснилось, что «черный песок» бережно доставляется в Японию, где скрупулезно, до песчинки, складируется в специальных водозащитных ангарах.

По указанию Ю.В. Андропова в спецлабораториях КГБ проведен химико-биологический анализ вывозимого японцами песка. Установлено, что песок, прозванный местными жителями «черным», есть не что иное, как вулканический пепел периодически действующего вулкана Майон, который находится неподалеку от острова Катандуанес (Филиппины).

Майон выбрасывает в прибрежные воды Филиппинского моря вулканический пепел, который по дну Идзу-Бонинского и Японского желоба тихоокеанским течением выносится только на побережье Камчатки, конкретно — в район поселка Озерновский.

Лабораторные исследования «черного песка» показали, что он буквально перенасыщен редкоземельными элементами: скандием, иттрием, лантаном и лантонидами. Кроме того, в нем обнаружили высокое содержание золота и платины.

Прибрежная зона в поселке Озерновском — это единственное место на Земле, где открытым способом можно добывать указанные редкоземельные металлы.

Справка

Скандийсодержащие ферриты — это элементы памяти всех компьютеров, а сплавы скандия — перспективные конструкционные материалы в авиации и электротехнике.

Иттрий используется в качестве легирующей добавки для повышения электропроводности радиодеталей.

Лантан и лантониды используются в электронике, лазерной и оптической технике.

…В 1980 году в ЦК КПСС за подписью члена Политбюро председателя КГБ СССР генерала армии Андропова Ю.В. поступила докладная записка, в которой, в частности, отмечалось:

«…Японская радиоэлектронная промышленность поднялась и окрепла исключительно благодаря “черному песку”, обманным путем вывозимому с юго-восточного побережья Камчатского п-ова.

Вызывает беспокойство тот факт, что до сих пор ни одно союзное министерство не заинтересовалось освоением того богатства, которое буквально лежит под ногами.

Не вина военнослужащих гарнизона, расквартированного в поселке Озерновский, что лучшего применения «черному песку», чем засыпать им выгребные ямы и аккурачивать дорожки к туалетам, так и не найдено…»

Вслед за этим Министерство внешней торговли в одностороннем порядке расторгло договор об аренде японцами прибрежной полосы в районе пос. Озерновский, а МИД СССР направил японской стороне ноту протеста.

Операция «Ivy bells»

Одной из самых секретных разведывательных программ ЦРУ было использование подводных лодок. Они систематически проникали в наши территориальные воды, едва не вторгаясь в расположение военно-морских баз.

Венцом разведывательных изысков ЦРУ считало сверхсекретный проект «IVY BELLS» («ПЛЮЩ») — съём информации с советских подводных кабельных линий связи.

Американцы исходили из того, что мы, уверовав в неуязвимость подводных кабелей, либо будем применять простейшие шифры, либо вести переговоры открытым текстом.

Для перехвата переговоров американцы использовали субмарины. Минусом являлось то, что они были вынуждены длительное время неподвижно стоять над кабелем.

Это, разумеется, грозило расшифровкой всей операции. Следовало заменить субмарины на стационарный аппарат, способный работать в автономном режиме и «сливать» накопленную информацию приходящей на «явку» подводной лодке. И такой аппарат был создан специалистами Агентства национальной безопасности (АНБ)[1].

Аппарат, получивший название «КОКОН», воплотил в себе последние достижения радиоэлектронных технологий и был способен «снимать» информацию с кабеля без вскрытия его внешних оболочек.

«КОКОН» представлял собой сигарообразный контейнер, в хвостовой части которого располагался миниатюрный атомный реактор, служивший источником питания для бортовой радиоэлектронной системы.

С конца 1970-х ЦРУ проявляло повышенный интерес к сведениям о результатах запусков наших межконтинентальных баллистических ракет, которые поражали цели на Камчатском полигоне. Поэтому «КОКОН» сразу после создания оказался на стратегическом кабеле, проложенном по дну Охотского моря от Камчатки до главного штаба Дальневосточного военного округа (ДВО) во Владивостоке.

Глава первая

«Заходите к нам на огонек!»

До 1980-х резидентура КГБ в Вашингтоне располагалась на верхнем этаже посольства, в доме № 1125 на 16-й улице, всего в трех кварталах от Белого дома.

Четырехэтажный посольский особняк построила в начале XX века, хотя никогда там и не жила, г-жа Джордж М. Пульман, вдова магната, занимавшегося производством спальных вагонов для железных дорог. Последнее царское правительство приобрело здание у нее под посольство, а в 1933 году оно перешло к советской дипломатической миссии.

Окна посольского особняка всегда наглухо задраены: