На ростовском направлении. Южный фронт в боях на Миусе. Январь-август 1943 г. - Максим Валерьевич Медведев

подготовка специальных условий к началу новой операции: «Нам – саперам – и здесь отдыха не было. Каждую ночь мы переправлялись через Миус для выполнения различных инженерных работ: готовили переправы для танков, делали проходы в минных полях и т. п. По всему было видно, что готовится новое наступление Южного фронта»[242]. В дальнейшем действия саперов были высоко оценены сослуживцами как важнейшая подготовительная работа перед наступлением.

В рощах и зарослях маскировались сотни орудий, танков и реактивных систем, прибывало новое пополнение. «Вот такую бы силу нам 17 июля! – говорили красноармейцы 44-й армии. – При такой поддержке мы давно уже освободили бы Донбасс». В то же время не обходилось и без заболеваний личного состава. «Все готовились к наступлению, а меня отвезли в медсанбат, – вспоминал старший лейтенант И.И. Полищук. – Бесконечные перегревы и переохлаждения в миусской воде не прошли даром – меня свалила малярия»[243].

Старший лейтенант Р.С. Шутенко, служивший в составе 5-й ударной армии, оценивал качество оснащения боеприпасами и вооружением перед наступлением: «От Миуса мы даже отказывались от снарядов, потому что их везут, везут, а нам же нужно их на чем-то перевозить, не на чем перевозить, а нам их прут и прут, и много снарядов оставалось в степи. Вот здесь мы уже завоевали и встали в полный рост перед фашизмом»[244]. Таким образом, на разных уровнях отмечалась высокая степень подготовки Южного фронта к новой наступательной операции.

13 августа войска Юго-Западного фронта частью сил на правом фланге и 16 августа силами ударной группы в центре перешли в наступление на территории Донбасса. Войска Южного фронта вплоть до 17 августа проводили перегруппировку сил. Скрытно проводилась работа инженерных войск по разминированию проходов, прибывала новая боевая техника и производилась поставка боеприпасов. Выполнив задачи по подготовке, войска фронта заняли исходные позиции для наступления[245].

18 августа после 75-минутной артиллерийской подготовки в 7:15 Южный фронт силами 5-й ударной, 2-й гвардейской и частью сил 28-й армии перешел в наступление. Отбив контратаки противника на линии Дмитриевка-Куйбышево и в районе Ольховского, 5-я ударная армия силами 31-го и 3-го гвардейского стрелковых корпусов заняли Мариновку, Калиновку, Малопетровский, Елизаветинский[246]. Южнее Куйбышево, в балке Холодной и на окраинах Берестово 2-я гвардейская армия, встретив упорное сопротивление противника, не смогла прорвать его оборону. В 28-й армии в первый день наступления в бой была направлена 248-я стрелковая дивизия; два ее полка, 902-й и 905-й, атаковали опорные пункты противника на высоте 135,9 и в хуторах Петрополье и Подгорный. Совместно с 248-й дивизией в наступлении участвовала одна рота в составе 7 танков 33-й гвардейской танковой бригады[247].

Осуществить переход через гребень миусских высот у Петрополья советским войскам не удалось. В первый день наступления наибольший успех достигли в основном соединения 5-й ударной армии, продвинувшись к западу на 8–10 км. Помимо артиллерийского и минометного огня, преодолению вражеского сопротивления активно способствовала авиация. Советские штурмовики с воздуха подавляли очаги сопротивления на передовой и громили резервы противника в его тылу.

Уже на исходе дня на некоторых участках фронта прошла небольшая перегруппировка войск. Сразу после прорыва главного рубежа обороны соединениями 5-й ударной армии командование Южного фронта потребовало ввести вечером в ее полосе 4-й гвардейский механизированный корпус. Командир корпуса генерал-майор Т.И. Танасчишин сразу не выполнил приказ. Военный совет Южного фронта так отреагировал на это: «Вы приказ о действиях с 18:30 18 августа не выполнили, в прорыв не пошли. Бесцельно потребовали действия пикировщиков в 18:40 18 августа, не считаясь с никакими интересами Родины. Вы теряете по неизвестным причинам благоприятную обстановку для захвата западного берега р. Крынка и ждете, когда противник организует на ней оборону. И если к утру 19 августа не овладеете западным берегом р. Крынка, будет донесено Наркому о Вашей неспособности и нерешительности командовать механизированным корпусом»[248]. Расценив возможные риски после такого выговора, Т.И. Танасчишин уже не медлил с выполнением приказа. Ночью у Калиновки и Елизаветинского начался ввод 4-го гвардейского механизированного корпуса.

19 августа в 8:30 советской авиаразведкой было установлено движение по дороге из Успенской на Куйбышево колонны вражеских танков и автомашин до 300 единиц. 5-я ударная армия при содействии 4-го гвардейского механизированного корпуса продолжала развивать успех. В течение дня они заняли Семеновский, Криничку, Артемовку, Рубашкино, Надежный, Колпаковку, Ольховский. Южнее, на участке у хутора Петрополье, 248-я стрелковая дивизия 28-й армии, перегруппировавшись в ночь на 19 августа, после артподготовки утром начала штурм высот. Это был один из самых сложных участков в полосе наступления войск Южного фронта. Противник из населенных пунктов Густафельд, Майндорф, Подгорный и высот к западу от Петрополья вел перекрестный артиллерийско-минометный огонь по 248-й стрелковой дивизии. Справа из колонии Густафельд противник контратаковал 49-ю гвардейскую стрелковую дивизию 2-й гвардейской армии, что создало угрозу для правого фланга 248-й дивизии[249].

Между хуторами Подгорный и Петрополье возвышалась высота, прозванная в народе «Черный ворон». Отсюда противник вел беспрерывный пулеметный огонь из дзотов и орудий, который удалось временно подавить благодаря прицельным обстрелам артиллерии 771-го артполка. Здесь в напряженный момент боя старший сержант П.Г. Пудовкин из 905-го стрелкового полка повторил подвиг Матросова – закрыл своей грудью амбразуру немецкой огневой точки[250].

Остальные дивизии 37-го стрелкового корпуса 28-й армии заняли исходные позиции у Петрополья, саперные части готовили для них проходы через минные поля. Слева 130-я стрелковая дивизия 44-й армии вела перестрелку на подступах к селу Большая Кирсановка и колонии Новая Надежда. На правом фланге 2-й гвардейской армии ее соединения полностью овладели хутором Ново-Бахмутским, где противник продолжительное время сдерживал советское наступление. В 20:00 с рубежа Малопетровский – Елизаветинский был введен в прорыв 2-й гвардейский механизированный корпус для развития успеха 4-го гвардейского механизированного корпуса. Согласно поставленной задаче командования, из резерва фронта начал выдвижение во второй эшелон 4-й гвардейский Кубанский казачий кавалерийский корпус[251]. Стоит заметить, продвижение на данной полосе состоялось во многом благодаря слаженной работе саперных групп по разминированию проходов, так как в июльской операции наличие минных полей в этом районе стало ловушкой для советских танков.

На следующий день, 20 августа, наступление продолжилось с новой силой. Противник упорно сопротивлялся. Для недопущения дальнейшего продвижения советских войск в воздухе работала авиация люфтваффе группами от 20 до 80 самолетов. Наибольшим бомбовым ударам с воздуха подвергались районы населенных пунктов Дмитриевка, Калиновка, Мариновка, Артемовка, Колпаковка, Куйбышево и др. Немецкая пехота и танки вели контратаки из районов Степановка, Гараны, высоты 202,0 во фланг 5-й ударной армии. В ходе плотного взаимодействия соединений 5-й ударной