Военная разведка в операциях по освобождению Белоруссии (октябрь 1943 – август 1944) - Константин Максимович Голод

разведсводки и другие разведывательные аналитические материалы для командования Красной армии. Следственными частями разведотделов штабов фронтов и армий ежесуточно составлялись обзоры показаний пленных, которые докладывались командованию. В сравнении с разведсводкой обзоры представляли более расширенный и полный материал допросов военнопленных. Их использовали как в информационно-аналитической и справочной работе вышестоящих аппаратов разведорганов, так и в штабах родов войск.

На основании показаний пленных и перебежчиков достоверно устанавливалась группировка противника, оценивались боеспособность, намерения и политико-моральное состояние личного состава частей и подразделений противника, выявлялись система огня на данном участке, инженерные заграждения и вооружение.

Органы государственного и военного управления видели имеющиеся недостатки в организации работы с военнопленными и оперативно принимали необходимые меры по их устранению. Так, в приказе командующего войсками 1-го Белорусского фронта генерала армии К.К. Рокоссовского от 6 мая 1944 г. «Об эвакуации и содержании военнопленных» отмечалось: «Сборные и приемные пункты, приемно-пересыльные лагеря военнопленных располагаются далеко от действующих частей и штабов, что затрудняет доставку пленных и допрос их в интересах высших штабов»[247]. Командующий фронтом приказал: «Все документы, находящиеся при военнопленных, изымать и направлять в разведотделы штабов армий для изучения. Последние же после изучения документы, характеризующие личность военнопленного, направляют на армейские приемные пункты»[248].

Правильная оценка противника позволяла советскому командованию принимать наиболее эффективные решения. Захватом пленных и посредством их дальнейшего допроса на всех фронтах Красной армии «ежедневно подтверждалось и проверялось от сорока до шестидесяти номеров дивизий противника; это давало в течение трех-четырех дней перепроверить всю группировку немецко-фашистских войск, находившихся на фронте непосредственно в первом эшелоне»[249].

Количество захваченных разведчиками штабных и других документов противника в ходе наступления войск Красной армии значительно возрастало. Руководством Разведуправления была установлена жесткая система, которая определила, что о документах и всех обстоятельствах их захвата помощник начальника штаба полка по разведке обязан немедленно докладывать начальнику разведотделения – заместителю начальника штаба дивизии по разведке. Все захваченные документы направлялись в штаб дивизии, где начальник разведки с военным переводчиком производили их первичный просмотр и учет.

С учетом ограниченных возможностей оперативного перевода захваченных трофейных документов в звене полк – дивизия они немедленно направлялись в разведывательный отдел штаба армии.

Как правило, в ходе сортировки документов в разведывательном отделе корпуса или армии их распределяли на следующие основные группы:

1. Приказы, приказания, распоряжения, официальные письма, служебные записки, сводки и другие оперативно-тактические документы. Эти материалы должны были быть рассмотрены в первую очередь.

2. Официальные печатные издания (уставы, наставления, инструкции, приказы, сводки).

3. Графические документы (карты, схемы, эскизы и др.).

4. Личные солдатские книжки, знаки (они давали возможность установить род войск, номера частей, участвующих в боевых действиях, или номера их полевых почт и другие данные).

5. Дневники, записные книжки, частные записи (эти документы отличаются правдивостью и откровенностью).

6. Частная переписка (документы этого рода имеют ценность для выявления политико-морального состояния войск противника и изучения состояния его тыла).

7. Газеты и разные периодические издания.

8. Объявления гражданских властей[250].

После перевода документов их содержание докладывалось начальнику разведки армии или начальнику информационного направления. В дальнейшем, при необходимости, они отправлялись в штаб фронта. Особое внимание уделялось документам, раскрывающим замыслы и боевые порядки противника. Сюда входили оперативные приказы и карты с обстановкой, схемы с системой огня и заграждениями, боевые донесения о численном составе, потерях и имеющихся резервах. Немедленной отправке подлежали также уставы и наставления, газеты, журналы, письма, записные книжки, фотографии.

Подлинный характер захваченных документов имел большое значение для оперативных выводов, поэтому категорически запрещалось делать на них пометки и записи, так как это могло нанести вред при последующей обработке документа в вышестоящем соединении и принятии какого-либо решения[251].

Особое внимание уделялось анализу карт. Интерес вызывали в первую очередь нанесенная обстановка, схемы (карты) с участками обороны, планы минных полей и заграждений. Эти документы немедленно доставлялись командованию и начальнику разведки фронта, их содержание, в части касающейся, доводилось до войск[252]. Следует отметить, что выявленные шифры и документы по радиосвязи, особо важные карты с нанесенной обстановкой, захваченные новые образцы оружия, вызывающие интерес личные документы офицерского состава, в срочном порядке направлялись начальнику разведки фронта.

Так, 1 августа 1943 г. Главным командованием, Генеральным штабом сухопутных войск Германии и отделом боевой подготовки была разработана и направлена в войска за № 900/43 совершенно секретная сводная инструкция по всем видам вооружения, находящимся и поступающим на вооружение сухопутных войск. Она объединила в себе все 12 предыдущих совершенно секретных инструкций, начиная с инструкции за № 953/42 от 13 октября 1942 г. и заканчивая инструкцией за № 760/43 от 28 июня 1943 г. Все предыдущие инструкции требовалось уничтожить. В соответствии с расчетом-рассылкой сводная инструкция направлялась штабам групп армий и штабам армий по 5 экз., штабам корпусов по 3 экз. и штабам дивизий по 2 экз.[253]

Уже осенью 1943 г. сводная инструкция по вооружению была добыта военной разведкой Белорусского фронта и направлена в разведотдел штаба фронта. К ноябрю она была переведена с немецкого военным переводчиком разведотдела штаба Белорусского фронта старшим лейтенантом Л.А. Безыменским и 4 ноября подписана начальником следственной части разведотдела майором Савицким для представления начальнику разведки и командованию фронта.

Для командования Белорусского фронта, как и для других фронтов, это были исключительно ценные сведения. В сводной инструкции по вооружению кратко раскрывались основные данные по всему оружию, боевым средствам и матчасти, стоящим и поступающим на вооружение сухопутных войск, их технические характеристики, назначение, оснащение и порядок распределения вооружения пехоты, артиллерии, танковых войск, мотопехоты, инженерных войск, химических войск, войск связи. Также в инструкции перечислялись и транспортные средства, находящиеся на вооружении вермахта.

Например, в разделе «Танковые войска» были показаны данные по танкам (средний немецкий танк Т-III, огнеметный танк (Т-III), Т-IV, Т-V «Пантера», Т-VI «Тигр», штурмовое орудие 43 М и телеуправляемая танкетка В-IV) и противотанковым орудиям (орудия ПТО на мототяге и самоходные орудия ПТО).

Анализ причин безвозвратных потерь советских танков в ноябре – декабре 1943 г. показал, что большинство их произошло от применения немцами магнитных кумулятивных противотанковых мин. Если в ходе Сталинградской битвы количество взорванных таким образом советских танков составляло один процент, в период Курской битвы – 13 %, то в период Гомельско-Речицкой операции – 41 %[254].

При этом в период проведения Гомельско-Речицкой операции противник не применял телеуправляемых танкеток В-IV. Действия бомбардировочной авиации противника также были ограничены. В ходе проведения опытов с подрывом танков и имея в наличии данные сводной инструкции, советские специалисты пришли к выводу, что это была мина Н-3 (магнитный подрывной заряд), которая представляла собой противотанковое средство ближнего боя и предназначалась для всех родов войск. Ее вес составлял 3 кг, пробивная способность – до 14 см брони. Мина была снабжена взрывателем с замедлением 4,5 сек (старый тип) и 7,5 (новый тип). Благодаря магнитам