Сталинские соколы, на взлет! - Александр Александрович Бобров

около Лемболово летом 1942 года, в укромном месте под горой, недалеко друг от друга находились 4 финских батареи. Сохранились отчёты этих батарей. В этих отчётах Б. Иринчеев прочитал, что летом 1942 года финнами были сбиты два советских самолёта. Один из них – СБ – упал в районе Мистолово, а другой – истребитель – в районе посёлка Стеклянный. Бомбардировщик был сбит 11 июля 1942 года. В отчётах 106-й лёгкой зенитной батареи подробно описывается, что 11 июля «рюссен» самолёты сделали 2 захода на финские позиции. Это были скоростные бомбардировщики – они сбрасывали бомбы и листовки на немецком языке. На другой же день, 12 июля, в донесениях зенитных батарей никаких упоминаний об упавших советских самолётах нет. Позже, 17 июля 1942 года, в разведотдел ВВС ставки Верховного главнокомандования из штаба группы «Карельский перешеек» было отправлено финское донесение: «На данный момент подтверждено, что СБ-2, сбитый 11 июля 1942 года нашими западнее озера Лемболово, уничтожен, и обломки находятся между деревнями… (далее неразборчиво) … и Мискула» (по-нашему – Мистолово). После этого у Баира Иринчеева не осталось сомнений, что поисковики группы «Безымянная» нашли обломки именно того СБ, про который финны писали, что он сбит 11 июля 1942 года. Этот СБ принадлежал тому полку, в котором летал С. Алёшин…

То, что военным архивным документам не всегда можно доверять, в последнее время говорится всё чаще и чаще. Слишком много накопилось по этому поводу фактов. Что касается истории экипажа, то Герман Сакс считает: окончательную точку в этом вопросе может поставить экспертиза ДНК, проведённая с родственниками Героев. Но денег на эту экспертизу у поисковой группы «Безымянная» нет. Нужны спонсоры. Корреспондентка «Всеволожских вестей» спросила в году 70-летия Победы у Германа Сакса: «А если предположить, что самолёт Алёшина при всём своём героическом намерении не сумел долететь до вражеских позиций и рухнул на нейтральной территории? Тогда высших наград их удостоили напрасно?» – «Ни в коем случае, – ответил Герман. У него на руках оказались копии документов, свидетельствующие, что все трое заслуживали того, чтобы Звезды Героев им вручили ещё раньше. В экипаж входили командир звена капитан Семён Михеевич Алёшин (1911 г.р.), штурман-бомбардир лейтенант Владимир Андреевич Гончарук (1918 г.р.) и стрелок старший сержант Николай Александрович Бобров (1921 г.р.). С.М. Алёшин и В.А. Гончарук летали вместе и прославились ещё на советско-финской войне. В 1940 году члены этого экипажа (уже втроём) были приглашены на первомайский парад в Москву, чтобы в числе лучших лётчиков страны пролететь по небу над столицей… В 1941–1942 годах они выполняли самые сложные задания командования, например, 23 июня 1942 года перед группой бомбардировщиков была поставлена задача пробиться через границу к порту Котка (в Финском заливе) и уничтожить нефтяные запасы и транспорты немцев. При подходе к цели самолёты попали под сильный огонь. Экипаж Алёшина бомбовыми ударами зажег один из транспортов противника. Столб пламени рванулся к небу и осветил караван вражеских кораблей. Шедшие за Алешиным летчики увидели цель и завершили дело. Алёшин был представлен к Золотой Звезде Героя Советского Союза. Но в тот раз ему было отказано. Последний полёт над Лемболово был для капитана Алёшина 117-м боевым вылетом. По существующим тогда нормам такого количества полётов (в том числе ночных) было достаточно, чтобы получить Звезду Героя… «Но и это не всё, – добавляет журналистка. – У Германа Сакса сложилось впечатление, что экипаж состоял из людей выдающихся личных качеств. Они могли отдать свой паёк местным детишкам, а сами остаться голодными. Они могли резко высказать начальству правду в глаза, не опасаясь, что будут отвечать за последствия. Им многое прощалось, потому что они были прекрасными профессионалами. И нам не надо выдумывать дополнительных картинок о подвигах и возможных таранах, чтобы оценить этих людей как героев».

Для меня очень важны рассуждения и поиски правды этих молодых людей! К тому же они подтверждают все предыдущие главы, рассказывающие как раз о выдающихся личных качествах самого младшего члена экипажа. Так что, может быть, придётся делать ДНК-экспертизу, находить оставшихся родственников других членов экипажа, а ведь штурман Владимир Гончарук выходец из Черкасской области – хранят ли там память о Герое Советского Союза? Сестра командира Алёшина много лет назад приезжала к моей давно покойной маме из Ростова, газета «Молот» писала о ней как ветеране войны и труда… Вдохновило ещё одно письмо от Германа: «Тут есть два варианта развития событий. Первый вариант: искать родственников Гончарука, так как ДНК возможно выделить только из его останков (я в этом не профессионал, но по количеству и сохранности фрагментов это, кажется, имеет шанс на успех). Второй вариант: волевым решением признать найденный самолет бомбардировщиком Алешина (или методом исключения, что в общем уже фактически произошло, так как не найдено данных ни на какой другой экипаж или самолет в этих краях). В любом случае захоронение надо производить у памятника в Лемболово, 22 июня, к 75-летию начала ВОВ, или в день гибели экипажа, предварительно сделав еще одну попытку проведения работ на месте падения. Бывает, то, что не бросилось в глаза раньше, может привлечь внимание через промежуток времени. У меня до сих пор лежит рукоять спускового механизма ШКАС бортстрелка этого самолета. Если все прояснится, наконец, и наши с Ильей предположения верны, то с удовольствием передам ее Вам…»

Так что рук я не опустил, продолжил и дальше заниматься следопытской работой, как после армии перед походами своих юных туристов-следопытов учил. Да и на администрацию Ленинградской области продолжал давить. И вот Карл обнаружил ещё одно документальное свидетельство о сознательном огненном пике СБ-2 на финские позиции, а губернатор Ленинградской области Юрий Дрозденко создал комиссию по моему письму и поручил сделать окончательные выводы. Комиссия была удовлетворена собранными документальными доказательствами и назначила захоронение останков на 4 ноября 2018 года, через 76 лет после гибели.

За это моя горячая благодарность Карлу Геусту, финским историкам и архивистам! Что бы сегодня ни вытворяли правители Финляндии.

3. Неутихающая война

Горевая чарка

Бесам пораженья не внимая,

Выпьем мы по чарке горевой,

Потому что третья мировая

Началась до первой мировой.

Юрий Кузнецов

Поэтические метафоры Юрия Кузнецова и его мрачные предсказания кажутся туманными и парадоксальными, а на самом деле он прозревал сквозь года и события. До всяких энергетических и геополитических кризисов припечатал: «И что же век тебе принёс? / Безумие и опыт. Быть иль не быть –