Штурмовик - Владимир Максимович Ераносян

— Проверь быстро грузовик, что там в кузове? — попросил Матвей.

— Да снаряды там, я уже глянул. Ящики маркированные.

— Ясно, жаль, у нас гаубицы нет или хотя бы пушки, — посетовал Филин на данность.

— Так и у них вроде нет там, — предположил Слива.

— У них есть за рекой все. И гаубицы, и минометы, и РСЗО.

— РСЗ что?

— Реактивные системы залпового огня.

— А, помню. «Град».

— Да. Но дронов больше, они знают, что мы без РЭБа. Постараются дронами уничтожить.

— Кого? — задал глупый вопрос брат.

— Тебя, дебилоид.

Слива не оскорбился и снова спросил:

— Так, а мне куда?

— Ну, точно не на дерево, — взбодрил брата Филин. — А вот в болоте дрон тебя не засечет, только трубка нужна будет, чтоб дышать.

Шутку брат воспринял всерьез и побежал исполнять. Смастерил трубку из обрубка алюминиевой трубы, которую заприметил в кузове, и, представив себя аквалангистом, поспешил к болоту прятаться.

Глава 22

Рой

Многоагентный рой дронов ночью — это страшно. Хоть и не все беспилотники-камикадзе прилетели в лес, где закрепилась группа Филина, с тепловизионными модулями в связке с камерой. Однако пары дронов, преобразующих инфракрасное излучение в цифровой сигнал, было достаточно, чтобы обнаружить и уничтожить всех.

Оператор из «Службы беспилотных систем» СБС ВСУ, прикомандированный к подразделению майора Вакарского, получал сигнал от дронов подороже, в которых, помимо карбоновой рамы, пропеллера, контроллеров и боезаряда, был прибор, распознающий тепло… А значит, и тело.

После обнаружения противника оператор СБС направлял FPV-дроны подешевле на живые цели, отсвечивающие на экране красным цветом из-за разницы температур.

Противодействовать атаке мог только опытный боец. В группе Филина других не было. Но теперь у Матвея Муромова на попечении пребывали и гражданские лица, которые, глядя на звезды небесные, обычно молились за здравие, а не за упокой.

— Ну что? Полетели «птички» к лесу, как ты и просил, — обрадовал брата майор Вакарский, все еще находящийся в Сумах.

— Я уже потерял почти весь личный состав, который был в наличии. У этого Эль Ратона людей теперь в два раза больше, чем у меня, и он неподконтролен. Вряд ли этот наркобарон выделит своих бойцов на прочесывание леса после дронов. А сам я туда не попру, не знаю, сколько русских там останется. Если б у меня было больше людей, я б заставил Мышь эту подчиниться и выполнять мои приказы или привлек бы его «латиносов» без его разрешения. Их человек двадцать. Пригодились бы.

— Да не трогай ты лихо, пока оно тихо, — посоветовал старший Вакарский. — Дроны со своей задачей справятся.

— А если нет? — усомнился Призрак.

— Тогда накроем минометами из-за реки. И насыплем из САУ. Пара самоходных гаубиц есть в том районе. Распоряжусь, не боись! — За Призраком никогда не водилось чувство паники, это было непохоже на него. Похоже, дела складывались из ряда вон плохо, иначе бы брат так не суетился. Так подумалось Львову, и он не сдержался:

— Ну надо же. Оставил тебя на денек, и такие «траблы»!

— Это вместо спасибо?! — обиделся Призрак.

— Ну прости. Но пошло как-то резко все не по плану. Эль Ратон в гневе наверняка, скажи ему, что поляки будут дополнительные… Вот всему виной эта баба! Не выучил ты русскую поговорку, братец: «Баба с возу — кобыле легче!» За ней ведь пришел твой визави, не так ли? Сам ведь напросился. С огнем играешь в ущерб общему делу.

— Хватит причитать и воспитывать. Насыпь минами и снарядами, если стая птичек не приземлится там, где надо. Уже сейчас «коннектить» начинай со смежниками. Птичек русские перещелкают…

— Не каркай.

— Говорю тебе, они сожгли всю технику, как спичечные коробки, и ушли без потерь. Перебили кучу моих людей и несколько «латиносов», от чего эта Мышь уже в бешенстве. Утихомирить если его не выйдет, то грохну, так и знай! Не до шуток мне. Там спецы!

— Так и ты не лыком шит, держись и не кипятись, — подбодрил брат, — Помогу, чем смогу. Все будет. И подкрепление сейчас согласую. Взвода хватит?

Надеюсь.

— А Эль Ратона постарайся не злить. Может, и обойдемся без его бандосов. Ну их к их мексиканскому черту, или как там ее, Санта Муэрте… Не кипишуй, он и меня достал, но надо терпеть, он — курочка с золотыми яйцами.

— Точно курочка, а мы — его петухи, — сделал вывод Призрак. — Петух обычно топчет, а он нас сношает…

— Петух — только во Франции символ мужества… А французы сам знаешь как бойцов подготовили у себя на полигонах, из бригады треть до фронта не доехала, дезертировали. Вот такие петухи! — намекнул старший Вакарский на «уголовный жаргон».

Но что эти двое знали об опущенной или привилегированной кастах на зоне! Ровным счетом ничего. Тот, кто лучше всех соображал в воровских понятиях, жаргонизмах и ярлыках в местах не столь отдаленных, погрузился теперь в болото. А когда ядовито-зеленый мох сомкнулся на поверхности, поглотив разводы, из воды появилась алюминиевая трубка. Это дышал Слива…

Он умел выживать. К тому же старший брат сам рекомендовал так поступать, а Слива на войне обходился без шуток, вот и воспринял совет всерьез и де-факто, получается так, выполнил приказ!

…Дрон повис на расстоянии трехсот метров, вычисляя угол атаки. Но Заря уже прикрутил насадку — подарок одного «Кулибина» — на РПК–74 и зарядил нужным патроном.

Выстрел дробью сбил беспилотник с тепловизором. Оттого два других «безглазых» БПЛА-камикадзе зависли над окопом, ожидая хоть какого-то движения. Наконец-то оператор дрона заметил перемещение десантника, специально спровоцировавшего пикирование, и запустил дрон вниз. Однако, перпендикулярное углубление, вырытое в полутора метрах от днища, спасло Зарю — осколки после сдетонировавшей от контактного взрывателя боевой части вонзились в землю.

После взрыва Заря выкатился из норы и произвел из дыма и пыли второй выстрел таким же дробовым патроном. Приспособление сработало великолепно. Оставалось лишь мысленно поблагодарить «Кулибина» с позывным Механик, который снабдил группу своими изобретениями. Пригодились. Минус три дрона только на счету «десантуры». При этом ручной пулемет можно было в дальнейшем использовать по назначению с патронами из обычной ленты. Голова! Нужно пускать в серию!

Монахи передвигались неуклюже, мешали длинные рясы. Лучше бы вообще не высовывались из стаканов или превратились в соляные столпы или египетские мумии и не отсвечивали. Как назло, нерасторопное братство скучковалось, словно не привыкло к отшельничеству и уединению.

«Молитва ведь дело индивидуальное! Чего вы сгрудились как зайчата в холод?!» — подумал снайпер Якут, браня себя, что плохо объяснил, как спрятаться. Но