Тайная лаборатория - Александр Александрович Тамоников

— Если бы кто знал, как не хочется чего-то делать.

Долтон заметил:

— Ты рано расслабилась, дорогая. Хочется не хочется, а мы должны отработать дополнительное задание.

— А может, ну его к черту, этого Стебрина? Перекантуемся здесь, не выходя из дома, да и свалим в Турцию. А Миллеру скажем, что при подготовке акции обнаружили скрытое наблюдение за академиком со стороны русских спецслужб. В таких условиях попытка устранить Стебрина равносильна самоубийству. Мы же не смертники и не подписывались нейтрализовать академика любой ценой. Нам не заплатят двести тысяч? Ну и черт с ним. Хватит доли от реализации плана похищения Андорина. Ты меня слышишь, Том?

— Слышу! Лепет провинциальной домохозяйки, а не слова профессионала. Мы выполним задание, естественно, если оно окажется выполнимым, но безо всяких афер, отговорок. Сама прекрасно понимаешь, что если мы вернемся в Штаты, не завалив семейку академика, то лишимся не только двухсот тысяч долларов. Главное, чего мы лишимся, это репутации. И в дальнейшем окажемся не нужными ни Миллеру, ни кому-то другому. И чем станем заниматься? Мыть посуду в дерьмовых забегаловках? Подметать улицы?

Прайтон, закурив, сказала:

— Ладно, нытик, считай, пошутила. Отработаем Стебриных.

— Это другое дело. Значит, сейчас едем в район проживания академика, проводим рекогносцировку местности. Оцениваем обстановку и принимаем решение на действие.

— Надеюсь, поедем на такси?

— Нет, на метро! Так безопаснее.

— Да чего ты боишься?

Долтон взглянул на любовницу:

— Милли, сколько раз повторять, я ничего и никого давно уже не боюсь, смерти в том числе, но опасаюсь попасть в глупое положение и оказаться в лапах русской ФСБ. У меня нет ни малейшего желания провести остаток дней в русской тайге, на нарах их зоны. И давай-ка, родная, сосредоточься. Выходим не на прогулку, а на работу.

— Завалить старого идиота с его безмозглой молодой телкой — это работа?

— Да, работа! И хватит болтать! Через пять минут выходим.

— О’кей, сэр, — передразнила любовника Прайтон, — через пять минут — выход!

Долтон сделал вид, что не обратил внимания на шутливый тон напарницы. Он хорошо знал Милли. Та сумеет взять себя в руки, когда это потребуется.

Приятная внешне парочка подошла к арке здания, за которым находился дом, где жил Стебрин с супругой, в 10.20. Долтон предупредил Прайтон:

— Если что, Милли, то мы оказались здесь не случайно. Вчера в ресторане отеля якобы познакомились с мужчиной по имени Борис. Тот предложил купить у него фамильный фарфоровый столовый набор, а мы просто с ума сходим от подобных вещей, в общем, коллекционеры. Мужчина оставил визитную карточку, но так как выпили много, ты эту карточку потеряла, запомнив лишь улицу и то, что мужчина, по его словам, живет в элитной квартире семиэтажного дома, на шестом этаже. Вот мы с тобой и ищем этого Бориса.

Прайтон улыбнулась:

— И кто нас может спросить об этом? Не та ли толстушка, что усердно машет метлой у скамейки внутреннего двора?

— Ты не хуже меня знаешь ответ на этот вопрос. А дворник-женщина подвернулась весьма кстати.

— Уж не хочешь ли ты трахнуть ее? На толстушек потянуло?

— Перестань, Милли! Дворники, как правило, все видят и все знают.

— А также являются стукачами полицейских.

— Так! Легенду запомнила?

— Запомнила!

— Входим во двор. Ты следуешь к зданию, что напротив дома Стебриных, входишь в подъезд, оттуда осматриваешь окна квартиры академика с этой стороны, не упуская из вида меня. По сигналу переходишь на улицу, что находится за домом академика. Ясно?

— Ясно, дорогой!

— Оптику не забыла?

— Нет, не забыла.

— Тогда вперед!

Прайтон скрылась в арке здания.

Проводив ее взглядом и убедившись, что Милли беспрепятственно прошла в нужный подъезд, во двор, минуя ту же арку, пошел Долтон.

У невысокой оградки, недалеко от работающего дворника, остановился. Задрав голову, начал осматривать верхние этажи семиэтажного современного дома. Это заметила толстушка. Перестав мести, она грубо спросила:

— И чего ты пялишься на этот дом, господин хороший? Голую бабу в окне увидел?

Долтон изобразил смущение:

— Да нет, извините, доброе утро!

— Привет! А утро — оно обычное, по крайней мере, для меня. Так чего на дом пялишься?

Долтон подошел к дворнику:

— Понимаете, я ищу человека, с которым только вчера познакомился.

Женщина с опухшими от пьянки чертами некрасивого лица усмехнулась:

— Вчера познакомился, а сегодня забыл его адрес?

— Дело в том, что мы вчера много выпили. Слишком много. Он дал визитку с адресом, сказал, что живет в доме, который я сразу отличу от других во дворе. К сожалению, визитку я потерял, из адреса запомнил лишь эту улицу. А вот ни дома, ни квартиры, увы, память не сохранила. О номере телефона и говорить не приходится. Еще помню, что дом отличный от других, семиэтажный, а живет он в элитной квартире на шестом этаже.

Долтон указал на семиэтажку Стебрина:

— Похож на этот дом!

— А как зовут твоего знакомца?

— Борис!

— Борис? Нет тут никаких Борисов. А чего ты его ищешь, аль вы голубые?

— Да вы что?

— А что, сейчас всяких развелось, на любой цвет. Дожили, мужики мужиков трахают, бабы баб. Охренел народ.

Долтон вздохнул:

— Значит, не живет в этом доме Борис?

— Нет! Тута обитают богачи. А в одном подъезде целый академик. Вот только жена у него шлюха молодая. Как академик на работу свалит, простипома его тут же хахаля принимает. И не одного. Не сразу, конечно, меняет она их.