Седые мальчики - Галина Алексеевна Беломестнова

Худощавый, среднего роста старший лейтенант одним из первых в батальоне оказался на СВО. Вместе с бригадой его взвод разведки уехал из Борзи в Белоруссию в январе 2022 года на учения «Союзная решимость – 2022». А потом началась специальная военная операция, и Дозор со своим взводом участвовал в боях на киевском направлении.

Комбат и взводный закончили обсуждать задачу и вышли во двор. Семеро бойцов, одетые в маскхалаты, сидели во дворе дома, придерживая между ног рюкзаки, вес которых доходил до тридцати килограммов. Помимо боекомплекта, приборов ночного видения, биноклей, нужно было нести на пять дней воды и сухпаёк. Курили. Увидев комбата, дружно встали, притоптав окурки каблуками.

– С Богом, ребята! Возвращайтесь все живыми! – напутствовал комбат и долго стоял, глядя вслед, пока они не исчезли в наступившей темноте.

Вслушиваясь в шорохи, разведчики бесшумно пробирались по лесополке, среди обломков обгоревших, изломанных взрывами деревьев. На редколесье двигались перебежками, оценивая обстановку в прицел. Поднятая рука впереди идущего говорила, что чисто и можно работать дальше. У каждого бойца был свой сектор обзора. Один смотрел в небо, чтобы заранее увидеть дроны или спрятавшегося в ветках уцелевшей сосны снайпера. Второй выискивал по пути передвижения группы мины или растяжки. Остальные смотрели по сторонам. Оставаясь незамеченной, группа обошла на «нуле» позиции своей пехоты и двинулись вглубь серой зоны, оставляя позади все три линии обороны.

Время у них ограничено – до рассвета надо ближе подобраться к позициям ВСУ и устроить пункты наблюдения. Боевые действия для разведчика – это, в первую очередь, испытание нервной системы и хладнокровия. Нужно зарыться в листву и лежать неподвижно. Противник совсем рядом – до бойцов доносится запах сигарет или тушёнки обедавших солдат ВСУ, но отправлять укров к Бандере нельзя – разведчиков тут как бы нет, они призраки. Особенно тревожно по ночам. В приборах ночного видения иногда появляются яркие точки, пятна, силуэты. Маленькие точки – это побежали кормиться мыши-полёвки, пятно покрупнее – петляет между деревьями заяц-русак. Опаснее всего двуногие силуэты. При их появлении надо быстро разобраться, что они здесь делают: устанавливают легкий миномёт, или диверсионная группа врага пробирается вглубь нашей территории.

* * *

Комбат заполнял журнал боевых действий, когда раздался вызов по рации, и комбриг приказал ему явиться в штаб. Тайга собрал со стола нужные бумаги, засунул их за пазуху под бронежилет и вышел во двор. Водитель «Урала» с позывным «Малой» стоял на скамейке, что была врыта в землю под раскидистой черешней, и, согнув ветку, обирал спелые ягоды.

– Собирайся, едем в штаб, – приказал Тайга.

– «Урал» выгонять? – спросил Малой, спрыгивая на землю.

– Нет, поедем на «козлике».

Штаб бригады находился километрах в десяти от Ясного, в посёлке городского типа Новотроицкое. Расселился он в подвалах Дома культуры советской постройки. Два этажа с бетонными перекрытиями давали хороший запас прочности. В центре подвального помещения стояли три стола, накрытые большой оперативной картой с обозначением войск бригады, соседей и противника. На стенах – схемы и православный красный стяг с изображением Спасителя. Яркие лампочки, запитанные от генератора, освещали фигуры высокого жилистого комбрига и щуплого начальник штаба. У комбрига был позывной «Амур». Он закончил с отличием академию, работал там преподавателем, но с начала специальной военной операции попросился на фронт. Комбриг не любил командовать из штаба, сам проходил жёлтую зону, если считал нужным – заходил в красную. Офицеры бригады уважали его за знания и опыт, прощая крутизну нрава и жёсткость в решениях. Комбриг участвовал в войне с Грузией, в Цхинвале командовал танковым батальоном. Начальник штаба – позывной «Штурм» – практически не выходил из подвала как невыездное лицо. К нему стекалась вся информация от батальонов и разведки, он планировал все операции. Невысокий, худощавый, он высох за время боев ещё килограммов на десять. Склонившись над картой, Амур и Штурм что-то вполголоса обсуждали. Рядом с ними, слегка ссутулив широкую спину, сидел наголо бритый оперативник с позывным «Прибой». Тайга сел на табурет у стола. Оперативник поднял на него красные от недосыпания глаза и приветливо кивнул. Прибой уважал этого капитана. Привыкший к открытым отношениям среди разведчиков, он не подчёркивал почтения к звёздам. Тайга всегда вёл себя как офицер, знающий себе цену, за что, видно, до сих пор не получил заслуженные погоны майора.

Пригнув голову под низкой притолокой, в подвал вошёл высокий, немного нескладный командир второго мотострелкового батальона с позывным «Торос». Доложил о прибытии и устроился возле Тайги.

Усталые, плохо выбритые, а кто и с отросшими бородами офицеры заполняли помещение, рассаживались вокруг стола на стулья и табуреты. Комбриг дождался, когда стихнет шум шагов и передвигаемых стульев, поднялся из-за стола, оглядел присутствующих, спросил с улыбкой:

– Ну что, товарищи офицеры, как настроение?

– Настроение боевое, всё в штатном порядке, – ответил замполит.

– Перед нами поставлена задача – занять населенный пункт Владимировка. Посёлок городского типа, находится в тридцати пяти километрах от Волновахи, – показал Амур карандашом на оперативной карте. – По данным разведки, воинские части ВСУ оставили посёлок, только на окраинах сохраняется ещё несколько опорников. Нам необходимо зачистить Владимировку и закрепиться в ней. Ещё раз всем напоминаю: у нас идёт специальная военная операция, поэтому заходить в жилые дома мы не имеем права.

– Там могут быть вэсэушники, которые сменили форму на гражданскую одежду и спрятались у родственников, – сказал кто-то из офицеров.

– Это уже не наши проблемы, а органов ФСБ и военной контрразведки, – ответил Амур.

Совещание шло больше часа. Разъезжались уже вечером.

– Может, вы со мной? – предложил Торосу Тайга. – Обсудим по дороге предстоящее наступление.

Тот с сомнением поглядел на «козлика», спросил с усмешкой:

– Где вы такой раритет отрыли?

– По блату донецкие продали, – пряча улыбку в уже начавшей отрастать бородке, ответил Тайга. – Вы до этого на каком направлении воевали?

– Я из нового пополнения прибыл. Завтра первый бой.

– Так поедете?

– Нет, я уж на своем «Урале», – отмахнулся Торос.

– Тогда до встречи на «нуле», – протянул ему на прощанье руку Тайга.

* * *

Прямые улочки Владимировки тянулись вдоль речки Кашлагач. Посёлок делился на две части: на северо-западе был частный сектор, юго-восточная, застроенная двух- и пятиэтажными домами, была известна в округе как «Завод». Название было связано с находящимся на этой территории шамотным комбинатом, занимающимся выпуском огнеупорных изделий и материалов.

Взяли посёлок быстро, почти без боя. Хохлы попались какие-то не особо воинственные, на рожон не полезли, только на окраинах пытались какое-то время сопротивляться,