Шторм-333. Взятие дворца Амина - Валентин Константинович Мзареулов

где-то во второй половине декабря 1979 года (она знала, что я уехал в командировку на 3–5 дней) и спросить, что со мной и почему я так долго не возвращаюсь. Ответили ей, прямо скажем, не очень вежливо: «Вы же выходили замуж не за пекаря. Ваш муж в спецкомандировке, вернется после выполнения задания. С ним все в порядке». Как говорится, и на том спасибо.

Возложенные на меня в Баграме задачи я решал, понятно, не один, мне активно помогали военные контрразведчики Феликс П. и А.М. Дадыкин, отвечавший за безопасность и порядок авиарейсов многочисленных бортов, и приезжавшие в Баграм сотрудники кабульской «точки», в частности уже ушедший от нас В.А. Козырев, другие товарищи, и всем им я безмерно благодарен. Не могу еще раз не выразить свою признательность генерал-лейтенанту Гуськову, подполковнику Сидорову и майору Пустовойту, рядовому десантнику Юре Лизунову (к сожалению, погибшему от пули снайпера) и другим солдатам и офицерам нашего батальона ВДВ в Баграме. Мы были вместе, решали одну задачу — каждый на своем посту.

Яков Семенов

Мероприятие проводит «Зенит-2»

Семенов Яков Федорович, в 1979 г. — майор, заместитель начальника ГСН «Зенит-2»

В конце августа — начале сентября 1979 года из Афганистана начали возвращаться слушатели из группы «Зенит-1».

Загорелые, похудевшие, приехавшие из-за «бугра» офицеры вызывали у нас белую зависть, к тому же некоторые приобрели там «кассетники» и прочий ширпотреб, который у нас тогда было невозможно купить. В общении с ними многое было непонятно — какие задачи они решали, чем занимались и в какой степени был задействован их оперативный потенциал. В то же время я был поражен после прослушки записи боя с душманами рассказом одного из моих слушателей о том, как падает сраженный пулей человек. Стало понятно, что прошедшие боевое крещение офицеры изменились внутренне, и они уже никогда не станут прежними.

Наконец 15 сентября томительное ожидание закончилось. Г.И. Бояринов вызвал меня и объявил, что я с группой офицеров должен вылететь спецрейсом на Ил-76 в Кабул утром следующего дня. Срок командировки — один месяц, вооружение штатное, форма одежды гражданская, документов с собой не брать. Приказы не обсуждаются, просить что-либо, жаловаться на что-то — не в моих правилах. Офицеры, слушатели КУОСа, мне были все знакомы, поэтому в этом плане у меня вопросов не было. А вот дома у меня было не все благополучно. Жена находилась в больнице. Дочки десяти и двенадцати лет, что делать с ними, ведь одних не оставишь?! К счастью, я входил в родительский комитет класса старшей дочери Ани и со всеми родителями учеников и классным руководителем у меня сложились хорошие отношения. Позвонил маме Аниной подруги, поделился своими проблемами, и она согласилась приютить детей. Пристроив детей, я помчался к жене в больницу, понимая, что разговор будет сложным. Но моя БЕРЕГИНЯ понимала, что по-другому я поступить не могу.

На следующее утро к моей группе добавили еще трех сотрудников управления «С» ПГУ и двух специалистов по связи. Вызывал любопытство груз — машина ГАЗ-66, в кузове которой находилось четыре зеленых ящика длиной около двух метров, шириной 60 см и высотой 40 см. Познакомились ближе с попутчиками. Два врача, сотрудник со знанием языка пушту и специалисты по УКВ и КВ связи. Сотрудник 8-го отдела Управления «С» Василий Степанович Глотов отвечал за сопровождение странного груза. Мы, как и принято в нашей среде, лишних вопросов не задавали.

Вылетели с Чкаловского аэродрома. Рейс был сверхсекретный, с остановкой на ночь в Фергане. В ходе общения с экипажем стало понятно, что в официальных документах рейс нигде не фиксировался. Взлетели, решили закусить прямо на рампе чем бог послал. Увидев табличку о том, что размещать на рампе груз более 500 килограммов запрещено, быстро переместил всю группу ближе к центру, несмотря на грузовик. На следующее утро взяли курс на Кабул. Экипаж самолета, видимо, после соответствующего инструктажа относился к нам душевно и позволял заходить в кабину к пилотам. Мне запомнились ощущения в кабине у штурманов над Памиром. Кабина устроена так, что под тобой и впереди видны простор и небо. Трудно передать это ощущение, когда кажется, что самолета нет, и ты просто паришь как орел над сказочными горами и вот-вот зацепишь одну из вершин.

Интересно было наблюдать и посадку. Самолет идет как бы по синусоиде, амплитуда которой становится все меньше и меньше при подлете к посадочной полосе.

Следует отметить, что обстановка 17 сентября в Кабуле была сложная. Бывший президент ДРА Тараки накануне был смещен со всех постов, и «на престол» вступил Хафизулла Амин. Экипаж и мы это понимали.

Посадка прошла благополучно. Грузовик с грузом заехал на виллу № 1, тут же вернулся обратно и был погружен в наш самолет, который моментально взлетел и взял обратный курс на север. Потом я узнал, что в четырех ящиках были вывезены из страны четыре министра будущего правительства Бабрака Кармаля.

После столь удачно проведенной операции на вилле было весело и оживленно, после напряженных дней, полныхтревоги и неизвестности, ведь Хафизулла Амин мог догадываться, где скрываются опальные министры. Теперь же наступило некоторое расслабление, все шумно обсуждали детали проведенной необычной операции даже для опытных чекистов.

Командиром отряда в те дни был сотрудник 8-го отдела Николай Сурков. Мы были хорошо знакомы по июльской командировке в Фергане. Это умный, спокойный, рассудительный и опытный специалист, и мне было очень жаль, когда его откомандировали на прежнее место работы.

Несколько дней у нас ушло на знакомство с новой обстановкой. Кабул — типично восточный город, расположенный на высоте 2000 метров над уровнем моря. Опоясанный горами, он производил сильное впечатление своей необычной природой. Высота на всех и на все оказывает влияние и даже на процесс приготовления пищи. Так, варка мяса занимает гораздо больше времени, поскольку вода закипает при меньшей температуре (сказывается меньшее атмосферное давление). Например, птицы не взмывают ввысь, как у нас, а сначала падают вниз, а уж потом устремляются в полет. Ближе к декабрю можно наблюдать необычную картину. Гонимое ветром снежное облако натыкается на темную горную вершину, оставляет снег на склонах и движется дальше, а вершина становится белой.

По городу протекала река Кабулка, куда стекали все нечистоты, и там же местные жители стирали, купались и брали воду для бытовых нужд. В то же время выделялись районы, где жили достаточно обеспеченные люди на своих виллах со всеми удобствами, включая свои колодцы. Советский Союз отстроил в городе