Сто великих героев Отечества - Владимир Робертович Анищенков

убедиться, сохранилась ли в войсках та сила духа, которая выручала в самых безвыходных ситуациях. Обрисовав без прикрас сложившееся положение, Суворов просил сохранить честь России, армии и наследника престола Константина Павловича, пребывающего в армии. Победить или погибнуть со славой в бою. Генерал Дерфельден от имени всей армии заверил: «Все перенесем и не посрамим русского оружия, а если падем, то умрем со славою! Веди нас, куда думаешь, делай, что знаешь, мы твои, отец, мы русские!» – «Благодарю, – ответил Суворов. – Надеюсь! Рад! Помилуй Бог, мы русские! Благодарю, спасибо, разобьем врага! И победа над ним, и победа над коварством будет!»

Два дня русские отряды атаковали французов, закрывавших выходы из Мутенской долины. На третий день начался всеобщий рукопашный бой. Суворовцы наступали так яростно, что некоторые батальоны второй линии опережали первую. Сражение переросло в истребление противника. Сам командующий французской армией Андре Массена, который до этого разбил австрийцев и Римского-Корсакова, чуть было не попал в плен. В руках русского унтер-офицера Махотина остался золотой эполет его генеральского мундира.

Русская армия перешла через заснеженный перевал Паникс и закончила беспримерный переход через Альпы непобедимой!

Героический переход целой армии через труднопроходимую высочайшую горную гряду Европы с непрерывными боями против лучшей армии того времени стал венцом славного полководческого пути Александра Васильевича Суворова. Стальной характер, колоссальный военный опыт, знание солдата, способность воодушевить войска на совершение невозможного и беззаветная вера самих войск в своего предводителя стали залогом славной победы. Это было проявление высочайшего воинского искусства, высших возможностей человека. Это было торжество духа над трагическими обстоятельствами, суровостью природы и людскими немощами.

Когда в Мутенской долине еще шло сражение, Европа уже похоронила окруженную армию вместе с полководцем. Тем удивительнее оказалось спасение русской армии, а с нею и русской чести.

За беспримерный по трудности и героизму поход император Павел I присвоил Александру Васильевичу Суворову высшее воинское звание – генералиссимус всех Российских войск. «Ставя вас на высшую степень почестей, – писал в рескрипте император, – уверен, что возвожу на нее первого полководца нашего и всех веков».

Обратный путь Суворова в Россию стал непрерывной цепью самых восторженных оваций. Павел приказал приготовить ему триумфальную встречу и отвести покои в Зимнем дворце. Однако на подъезде к столице Александра Васильевича ждал жестокий удар. Все приготовления к встрече были отменены, и приказано въехать в город ночью, чтобы избежать восторженного приема населением. Отчего произошла такая резкая перемена, никто не может объяснить до сих пор. Очевидно только, что это была интрига. Причем интрига глобальная.

По всей вероятности, новую опалу подготовил главный организатор убийства самого Павла I. «Пален разрушил в глазах императора репутацию прибывшего в столицу одного из величайших русских героев». Он боялся, что восстановленная дружба прославленного полководца и императора помешает цареубийству, и поэтому представлял Суворова как систематически нарушающего распоряжения монарха. Пален указывал Павлу на неоднократные нарушения военных уставов во время походов в Европе, о неуважении к императорским наградам и «вызывающем поведении» Суворова. Павел Петрович, подозревавший о заговоре против него, опасался, что к заговорщикам примкнет и вольнодумец Суворов. По настоянию Палена был издан приказ об отмене триумфальной встречи и потребованы объяснения о нарушениях военных уставов и приказов царя. Ясно одно: такая личность, как Суворов, имела значение не только чисто военное, но и геополитическое.

В бою Суворова пуля не брала, его убила интрига. И без того подорванное здоровье стало стремительно ухудшаться. Александр Васильевич исполнил последний долг христианина и простился со всеми. Его мысли теперь были обращены к Богу: «Долго гонялся я за славой – все мечта. Покой души – у Престола Всевышнего».

6 мая 1800 года земные дни великого полководца окончились. Погребальную процессию сопровождало все население Петербурга от мала до велика. Император Павел ожидал на Невском и с приближением гроба снял шляпу. Из его глаз капали слезы. Тихо вернулся он во дворец и беспрестанно повторял: «Жаль. Жаль. Жаль».

На надгробной плите были выгравированы имя и даты жизни. Оказалось, что день рождения был записан с ошибкой, и тогда оставили простую надпись: «Здесь лежит Суворов». Этого достаточно, чтобы, прочитав эти слова, затрепетало каждое русское сердце.

Память о великом Суворове в нашем народе – на века!

Федор Ушаков, адмирал флота Российского

1745–1817

Федор Федорович Ушаков, адмирал флота Российского, при жизни всю свою душу, умение и волю вложил в создание Черноморского флота и строительство Севастополя – оплота Новороссийского края. Черноморский флот и Севастополь, навеки связанные с именем праведного воина Феодора, являют славу и величие России.

Родился будущий флотоводец вдали от морей, на сухопутной Ярославской земле, в сельце Бурнаково, невдалеке от Волги, 23 февраля 1745 года, в небогатой семье потомственных дворян, ведущих свое родословие от касожского князя Редеди. Но, видно, в крови русского человека все-таки есть и капли морской стихии. Недаром наше южное море в древности называлось Русским.

Крещен младенец Федор был в церкви Богоявления в селе Хопылево. Его отец Федор Игнатьевич Ушаков служил в лейб-гвардии Преображенском полку сержантом. Мать Прасковья Никитична, урожденная Ушакова, доводилась мужу дальней родственницей, что нередко случалось в провинциальном дворянстве.

Федор Ушаков с отличием окончил Морской кадетский корпус и был произведен в мичманы. Первоначально служил на Балтике, затем на Азове. По предписанию командующего Донской (Азовской) флотилии вице-адмирала А. Н. Сенявина Ушаков был произведен в лейтенанты и получил в командование палубный бот «Курьер». Вскоре он был назначен капитаном Императорской яхты, но просил вернуть его на линейный боевой корабль.

После принятия Крыма и Тамани в Российскую державу императрица Екатерина II повелела на южном побережье Крыма построить «крепость большую Севастополь… где должны быть Адмиралтейство и верфь для первого ранга кораблей, порт и военное селение».

Адмирал Ф.Ф. Ушаков. Реконструкция М.М. Герасимова. 1945 г.

Сами корабли, которые были еще только в проекте, решили строить на Днепре, на херсонских верфях. Молодой капитан Ушаков возглавил команду матросов, строителей корабля «Святой Павел». Здесь и был совершен его первый подвиг. Воинский, но не военный. В то время на Херсонщине свирепствовала чума. Для спасения людей от этой смертельной болезни команда была выведена в степь и разделена на отдельные части, с тщательным соблюдением санитарных норм и необходимым медицинским обеспечением. По милосердию своему капитан Федор Ушаков даже заболевших не отправлял в общий госпиталь на верную смерть, а устроил для них свой отдельный. Тем самым сохранив жизнь многим. Ушаковская команда раньше других справилась с эпидемией и достроила свой корабль.

В августе 1785 года капитан