Сто великих героев Отечества - Владимир Робертович Анищенков

Указом сардинского короля Карла IV главнокомандующий союзной русско-австрийской армией фельдмаршал граф Александр Васильевич Суворов-Рымникский был возведен в княжеское достоинство с титулом «Кузен короля» и гранда Сардинского королевства. Император Павел Петрович написал по этому поводу Суворову: «Через сие вы и мне войдете в родство, быв единожды приняты в одну царскую фамилию, потому что владетельные особы между собою все почитаются роднею». И возвел Александра Васильевича Суворова «в знак признательности перед целым светом» в достоинство князя Российской империи с титулом «Италийский».

Блистательную кампанию завершила яркая победа у города Нови на северо-западе Италии.

Армия республиканской Франции, ранее победоносно шагавшая по государствам Европы, предприняла попытку переломить ход войны против русской армии. Новым главнокомандующим был назначен генерал Жубер – восходящая военная звезда. Войска под его командованием заняли Нови. Суворов, имея на этот раз численное преимущество, пытался выманить его на равнину. Но Жубер укрепился на горных высотах. Ни имея никакой другой возможности покончить с французами, фельдмаршал решился атаковать высоты в лоб. При первых выстрелах Жубер бросился на передовую позицию, но был сражен пулей. Командование вновь взял на себя Моро. Несколько настойчивых атак союзников были отбиты укрывавшимися за укреплениями французами. Невыносимая жара усложняла и без того тяжелое положение. Солдаты падали в изнеможении. Даже легкораненые умирали от упадка сил. Суворов дал войскам отдохнуть два часа и вновь продолжил атаки. На этот раз упорство русских солдат сломило сопротивление французов. Началось отступление, переходящее в «положительное бегство».

Турин преподнес Суворову золотую шпагу, осыпанную драгоценностями, с благодарственной надписью.

«Достойному – достойное», – писал Александру Васильевичу император Павел. И отдал приказ, чтобы войска даже в присутствии государя отдавали ему воинские почести. «Вы поставили себя выше награждений», – добавлял Павел Петрович в том же письме.

Оставалось добить остатки разрозненных французских войск и двинуться на Париж, чтобы навсегда покончить с революционной угрозой законным монархам Европы. Но… невидимая рука политической закулисы изменила намеченный Суворовым план.

Австрийские войска покинули Швейцарию и бросили русский корпус генерала Римского-Корсакова на очевидную погибель. Спасти собратьев мог только Суворов. Вместо Парижа пришлось идти через Альпы на выручку обреченным русским солдатам. «Иду, – воскликнул фельдмаршал, – иду! Но горе тем, кто меня туда посылает. Я бил, но не добил французов. Злоумышленники раскаются, но будет поздно». Опытный вождь предвидел надвигающуюся драму.

Предложенный австрийцами маршрут вел к неминуемой гибели армии. Горные тропы, по которым предстояло идти на выручку Римскому-Корсакову, были доступны лишь оленям. Но Суворов был уверен, что где пройдет олень, там пройдет и русский солдат. Тогда он еще не знал, что австрийцы заготовили провианта и вьючных мулов во много раз меньше необходимого. А самое главное, корпус Римского-Корсакова, ради спасения которого все и затевалось, был обречен.

Несмотря на очевидные трудности предстоящего перехода, 31 августа 1799 года русские войска начали подъем в горы. Всем, кому доводилось взбираться даже на небольшие холмы, знают, насколько это сложно. Нашим солдатам предстояло одолеть горные перевалы, которые и подготовленные альпинисты с современным оборудованием не всегда преодолевают успешно. А приходилось тащить с собой тяжелую артиллерию, боеприпасы, продовольствие и прочее армейское снаряжение. К тому же люди, выросшие на равнине, не имели никакого опыта передвижения в горах. Даже мысленно проходя этот маршрут, дух захватывает. А ведь на всем пути им противостояла боеспособная французская армия, занимавшая наиболее удобные позиции.

На перевале Сен-Готард путь преградила французская дивизия Лекурба. Склоны отвесных скал уже занял противник. Для обхода неприятельских позиций был послан отряд под командованием Розенберга. Но он затерялся в горах, и никаких сведений о его судьбе не было. Оставалось пробиваться, наступая на подготовленные к бою вражеские позиции. На виду у противника. Исходное положение позволяло французам спокойно удерживать рубежи, расстреливая наступающих, видимых «как на ладони».

Фельдмаршал А.В. Суворов на вершине Сен-Готарда 13 сентября 1799 года. Художник А.И. Шарлемань. 1855 г.

Первые атаки были отбиты. С третьего приступа перевал был взят. Тысяча двести солдат из двадцатитысячной армии сложили свои головы и были здесь же похоронены.

Что может быть страшнее атак на Сен-Готард?… Чертов мост, переброшенный через глубокую пропасть, на дне которой клокотала река Ройс.

Рота солдат, закрепившаяся на противоположной стороне, могла легко удерживать здесь целую армию.

Суворов на этот раз послал в обход отряд под командованием князя Багратиона. Как они взобрались по отвесным скалам без какой-либо страховки в тыл противника, понять невозможно, но в назначенный час началась общая атака на французов с обеих сторон. Однако в самый разгар наступления противнику удалось взорвать мост. Положение становилось безвыходным.

Заметив стоящий невдалеке дом, Суворов приказал разобрать его на бревна и перекинуть их через провал, связав офицерскими шарфами. Что и было исполнено под градом вражеских снарядов и пуль. Русские солдаты ринулись через бездну по восстановленному мосту. То, что казалось невозможным, было превращено в новую русскую победу.

У Чертова моста в скале был высечен памятник русским воинам, совершившим здесь невероятный по сложности и мужеству подвиг.

Но на этом испытания не закончились. Закончилась дорога. Дальше предстояло идти узкими горными тропами. Без карты. Те же союзники составили ее неверно. На высоте более двух тысяч метров. И чтобы скрыть передвижение, еще и ночью. Что в горах смертельно опасно.

Провизия заканчивалась, и приходилось питаться кореньями и швейцарским сыром с плесенью, который русским был совсем не по вкусу.

Участник Швейцарского похода капитан Грязев передал речь Суворова к солдатам: «Теперь мы среди гор. Окружены неприятелем, превосходным в силах. Что предпринять нам? Идти назад? Постыдно. Никогда еще не отступал я. Идти вперед, к Швицу? Невозможно. К тому же мы без провианта, без патронов, без артиллерии. Помощи нам ждать не от кого. Мы на краю гибели. Одна остается надежда. На Бога, на храбрость и самоотвержение моих войск. Мы русские. Да, мы русские. Мы все одолеем».

Семидесятилетний полководец сохранил исполинскую силу духа и вместе со своими чудо богатырями преодолел непреодолимые препятствия.

За две тысячи лет только армии Ганнибала и Суворова смогли пройти по этим заоблачным высотам. Каждый неверный шаг стоил жизни. Но суворовский дух окрылил русских орлов, преодолевших горные альпийские хребты.

Перейдя опасный перевал Росшток, русские спустились в Мутенскую долину. Здесь главнокомандующий получил страшную весть – Римский-Корсаков разбит. Сама суворовская армия оказалась в каменной западне, выходы из которой перекрывали превосходящие силы французов. «Меня выгнали сюда из Италии, чтобы здесь истребить», – говорил впоследствии Суворов. Армия была истощена до предела, боеприпасы на исходе.

Александр Васильевич собрал военный совет, чтобы