Борьба за Арктику и Северный морской путь - Александр Борисович Широкорад

Вначале право на «зверобойку» в северных водах России было предоставлено в 1923 г. норвежской фирме «Винге и Ко»: 55 зверобойных судов могли с 20 февраля по 15 июня ежегодно промышлять в советских территориальных водах. Ежегодная плата за это составляла 10 тысяч золотых рублей. Однако этот договор существовал недолго.

Наиболее длительным по времени оказался договор на промысел морского зверя в водах Ледовитого океана от мурманского побережья до западных берегов Новой Земли включительно по мысу Желания, по всему побережью континента и островов. Эта огромная морская территория была предоставлена 11 декабря 1923 г. так называемой Олезундской группе норвежских судовладельцев. В этом договоре наиболее ценной частью промысла определялось горло Белого моря, где по весне скапливались огромные массы белухи и нерпы.

Не исключено, что этот договор способствовал признанию Норвегией Советского Союза де-юре 14 февраля 1924 г.

16 декабря 1924 г. в Ленинграде Норвегия и СССР подписали «Договор о норвежской концессии в СССР на ведение зверобойного промысла по государственным квотам СССР». Согласно этому договору в воды СССР допускались только 90 норвежских судов, которые должны были вести лов строго в пределах указанных квот.

Однако весной 1928 г. сотни норвежских судов-зверобоев прорвались за линию морской советской границы, следуя не вдоль мурманского побережья, а за пределами прибрежных территориальных вод и держа курс не на хорошо охраняемое пограничниками Белое море, а значительно севернее — на остров Колгуев и Новую Землю.

Особым постановление Совнарком СССР принимает решение закрыть морскую границу СССР на Севере, организовав её непрерывное патрулирование кораблями ВМФ СССР, и даже прервать в связи с этим поморскую меновую торговлю, прекратив на год поездки советских поморов со своими товарами в Норвегию.

В ответ норвежское правительство 11 сентября направило советскому правительству ноту с угрозой обратиться к Англии за помощью и войти весной 1929 г. в советские воды на промысел в сопровождении двух английских боевых кораблей.

15 сентября 1928 г. последовал быстрый и решительный ответ Наркомата иностранных дел с угрозой применить силу при охране границ СССР. В Осло быстро сообразили, что 1929 г. — не 1920-й, и конфликт с Россией чреват серьёзными последствиями, и временно воздержались от дальнейших претензий.

Зато в Осло решили захватить Землю Франца-Иосифа, объявленную территорией СССР. Однако советская разведка не дремала, и 29 июля 1929 г. советские полярники водрузили флаг СССР на мысе Ниль Земли Принца Георга в составе архипелага Земля Франца-Иосифа. Норвежская экспедиция, стремившаяся захватить архипелаг и установить там норвежский флаг в знак суверенитета Норвегии над Землей Франца-Иосифа, опоздала прибытием всего на две недели.

С лета 1929 г. на Земле Франца-Иосифа организуется постоянная советская колония и самая северная в мире исследовательская станция, расположенная на острове Гукера, в составе 11 человек, располагающая аэродромом, двумя самолётами и ежегодно сменяемая.

В 1930 г. норвежские браконьеры и советские пограничники получили новые сторожевые суда. Для защиты браконьеров в Норвегии построили сторожевой корабль «Фритьоф Нансен» (водоизмещение 1275 т, скорость 15 узлов, вооружение: две 102-мм и две 47-мм пушки), а с Балтики перегнали на север сторожевой корабль «Пурга» (950 т; 16,3 уз.; две 102-мм пушки). Любопытно, что «Пурга» — это бывший ледовый буксировщик мишеней крепости Петра Великого, построенной в 1916 г.

Обратим внимание, что решительные действия пограничников и более резкий тон дипломатов сказались на добыче морского зверя в советском секторе Арктики. Если в 1923 г. советские промысловики добывали 23,5 % голов, а норвежцы — 76,5 %, то в 1929 г., соответственно, 52 % и 48 %.

Помимо норвежцев браконьерством в большом объёме в наших водах занимались и англичане. Так, в октябре 1929 г. в наших водах браконьерило свыше ста британских траулеров. «Охраной им служили шесть английских военных тральщиков и одно командорское судно типа миноносца. Военная флотилия находилась всё время в море и лишь изредка уходила в Вардэ или Печенгу для пополнения запасов. Начиная с этого времени, “визиты” военных судов в наши северные воды становятся особенно частыми. При этом в ряде случаев военные суда маскируются, подходят непосредственно к берегу, контролируют работу наших радиостанций, не только сами не подчиняются установленному в наших водах погранрежиму, но и спешат выручить “от неприятностей” настигнутых нашей морпогранохраной хищников и т. д. и т. п.

Посещения английскими военными судами наших северных вод представляются в хронологическом порядке нижеследующими данными: 21 ноября 1929 г. на меридиане Зубовских островов, побережье Баренцева моря (между Май-Наволоком и мысом Скорбеево) в 10 милях от берега наше погрансудно № 1 обнаружило английское военное судно типа крупного тральщика.

15 декабря 1929 г. в районе Рыбачьего полуострова (между мысом Скорбеево и мысом Кекур) в 1,5–2 милях от берега наше погрансудно № 2 обнаружило английский тральщик “Вендора”. После сигнала об остановке тральщик обрубил тралы и, несмотря на дальнейшие сигналы и холостой выстрел, пользуясь быстротой хода, стал уходить, вызвав в то же время военное английское судно “Роз-Мари”. Последнее, появившись для прикрытия тральщика, следовало затем за нашим погрансудном вплоть до Цип-Наволока.

27 декабря 1929 г. у мурманского берега на траверзе губы Скорбеевой в 3 милях от берега прошёл в направлении о. Кильдин английский военный тральщик.

31 января 1930 г. на северо-запад от Цип-Наволока, в 10 милях от берега были видны двухтрубный крейсер и военный тральщик. Крейсер световой сигнализацией опрашивал названия проходящих судов.

В продолжении всего указанного периода (с октября по декабрь 1929 г.) с наступлением темноты ежедневно на траверзе Цип-Наволок появлялись два английских военных судна (одно двухтрубное типа крейсера, другое типа канонерской лодки), которые вели систематическое дежурство в море и наблюдали за работой нашей радиостанции.

<..>

9 апреля [1930 г.] в бухте Лодейная обнаружен отстаивавшийся на якоре английский промтральщик № 260. Капитан объяснил своё присутствие в бухте тем, что, промышляя рыбу, оборвал трал и для починки был вынужден зайти в бухту.

27 мая погрансудно “Пурга” на 69°08′40″ и 36°20′40″ в трёхмильной зоне задержало производивший лов рыбы английский рыболовный тральщик Н239 “Грестер Оуэр”, который, заметив погрансудно, стал уходить, производя шкерку и уборку рыбы в трюм. При задержании тральщик вызвал и затем вёл переговоры с английским крейсером “Катедио”»[26].

Судя по всему, крейсер «Катедио» — это трёхтрубный лёгкий крейсер «Корделия» (Cordelia), построенный в 1915 г., водоизмещением 4700 т, вооружённый двумя 152-мм и шестью 102-мм пушками.

22 июня 1933 г. произошло вроде бы рутинное событие — в Екатерининскую гавань села Полярное (бывший городок Александровск-на-Мурмане) прибыл буксирный пароходик «Буревестник». Тем не менее, это круто изменило судьбу советской Арктики. На буксире прибыли Сталин, Ворошилов и Киров. Они искали место для будущей главной базы советского Северного флота.

Шлюз на Беломорско-Балтийском канале. 2012 г. (Фото А. Широкорада)

Тут следует заметить, что в 1930-е