Ищите шпиона! Cherchez la spia! - Игорь Григорьевич Атаманенко

Отдельная служба координировала охоту за морскими секретами НАТО, был осуществлен ряд подготовительных мероприятий для выхода на контакт с капитаном — владельцем «Пакета».

Так, на учет были взяты все суда определенной категории, регулярно посещавшие порты СССР; добыта информация о семейном статусе, финансовом и материальном положении капитанов; их характере, привычках, склонностях, сексуальной ориентации и т. п.

Словом, собраны все необходимые данные, которые могли способствовать беспроигрышному общению с держателем «Пакета». Территориальным органам, осуществлявшим контрразведывательное прикрытие портов, вменялось в обязанность незамедлительно информировать Отдельную службу о предстоящем заходе судов указанной категории.

Глава третья

«Нет ничего лучше плохой погоды!»

Ждать долго не пришлось — на стол генерала Кудрявцева легла шифртелеграмма, в которой сообщалось, что 12 октября 1981 года в Новороссийск для загрузки должен прийти итальянский супертанкер «Genova», дедвейт которого составлял 120 тысяч тонн; стаж работы капитана-итальянца — более 20 лет. Разумеется, танкер входил в категорию судов, имевших на борту «Пакет».

Ознакомившись с телеграммой, генерал удовлетворенно потер ладони: на его взгляд, дата прибытия итальянца и некоторые другие обстоятельства могли способствовать успешной реализации его плана по завладению «плавающим ящиком Пандоры».

Первое. В октябре Черное море в районе Новороссийска буквально звереет — штормовой ветер зюйд-вест гонит к берегу бесконечную гряду волн высотой с двухэтажный дом, поэтому всякое прибывающее судно, чтобы не быть опрокинутым боковой волной, вынуждено беспрестанно маневрировать в траверзе порта. При этом ни один уважающий себя штурман не станет отмечать на судовой карте эти многочисленные и, главное, беспорядочные передвижения. А уж через день восстановить их по памяти невозможно.

Второе. Спецслужбам НАТО и капитанам иностранных судов известно, что по дну акватории новороссийской бухты пролегает кабель стратегического назначения, связывающий штаб Краснознаменного Черноморского флота в Севастополе с военно-морской базой в Поти.

Третье. Согласно положению Гаагской конвенции, выведение из строя средств связи государственного значения карается огромным штрафом — 100 тысяч долларов за каждый день дисфункции. И хотя компенсацию пострадавшей стороне выплачивает Ллойдовская страховая компания, это не значит, что иностранные физические лица, виновные в нанесении ущерба, освобождаются от материальной ответственности. Из их жалованья вычитаются огромные суммы в счет частичного погашения затрат страховщиков.

Генерал Кудрявцев решил использовать перечисленные нюансы, чтобы обвинить капитана супертанкера «Genova» Доменико Дзаппу в повреждении стратегического кабеля при попытке стать на якорь.

Решено — сделано.

11 октября 1981 года генерал Кудрявцев и капитан Олег Казаченко, свободно владевший итальянским языком, прибыли в Новороссийск.

«Нет ничего лучше плохой погоды!» — хмыкнул генерал, ознакомившись с метеосводкой на ближайшую неделю.

Действительно, шторм должен был бушевать еще 5–7 дней. Этого времени, считал генерал, более чем достаточно, чтобы убедить Дзаппу, что якорем именно его судна поврежден кабель. А компенсацией за причиненный ущерб будет «Пакет»!

Глава четвёртая

Спектакль двух актеров в двух актах

Дзаппу вызвали в администрацию порта радиограммой и послали за ним пограничный катер. Шторм на море был не менее 5 баллов, поэтому расстояние в три кабельтовых утлое суденышко преодолевало около часа. Столько же времени потребовалось и на обратный путь, хотя в штиль на это тратилось не более 15 минут.

После взаимных приветствий Казаченко, выступавший в роли переводчика, представил Кудрявцева как заместителя начальника Новороссийского порта.

Генерал был настроен бескомпромиссно и без предисловий начал мозговую атаку: предъявил Дзаппе видеофильм о зигзагообразных метаниях его судна в траверзе порта и попытках стать там на якорь. Комментируя передвижения «Genova», он упирал на то, что именно его якорь повредил стратегический кабель.

Дзаппа повел себя неожиданно агрессивно, аргументы генерала встретил в штыки, фильм обозвал дешевым монтажом, а повреждение кабеля якорем «Genova» отверг категорически. Грозил обратиться в Ллойдовскую страховую компанию, чтобы из ее экспертов и военных специалистов НАТО учредили независимую комиссию, которая проведет эксперимент и выяснит, действительно ли «Genova» повредил стратегический кабель…

«Мне нравится, дружок, твоя угроза созвать комиссию, — мысленно усмехнулся генерал. — Это означает, что блеф с повреждением кабеля удался, и ты его заглотил! А теперь — второй акт спектакля, и посмотрим, как ты запоешь, когда я выложу перед тобой “туза из рукава”!»

Генерал Кудрявцев попросил кофе для всех, поудобнее устроился в кресле и в доверительном тоне озвучил Дзаппе то, чем его снабдили коллеги из Первого главка.

Глава пятая

Походно-морская жена

Согласно добытым Первым главком данным, на «Genova» в должности старшего помощника капитана ходила единственная в Западной Европе женщина-мореход, красавица Нина Бельграно двадцати пяти лет от роду.

Дзаппа влюбился в нее, когда она еще была курсантом Генуэзской мореходной академии. Девушка ответила взаимностью, и стареющий морской волк, употребив все свои связи, устроил её к себе на танкер, чтобы оставшиеся до пенсии годы использовать красавицу в качестве походно-морской жены.

Двоеженство дорого обошлось Дзаппе: он по уши погряз в долгах. Тайно сожительствуя с Ниной, он продолжал содержать официальную жену и двух малолетних дочерей, обманывая себя тем, что честь морехода в четвертом поколении не позволяет ему бросить семью.

Со временем молодая разлучница становилась всё более требовательной по части бриллиантов и предметов роскоши. Расточительство «невенчанной жены», оказавшейся ненасытной пиявкой, изматывющие душу мысли о долгах и их погашении, страх быть уличенным инспекторами из Службы собственной безопасности мореходства в двойной жизни, и по этой причине потерять престижную работу и лишиться пенсии, сказались на здоровье Дзаппы.

Очередная плановая диспансеризация выявила у него истощение нервной системы. Для Дзаппы то был не просто шок — то была катастрофа! Такое медицинское заключение-приговор, будь оно внесено в его карту капитана, грозило досрочным списанием на берег и потерей любовницы. За огромную взятку (опять влез в долги!) председателю врачебной комиссии заключение было изменено, и Дзаппа остался на капитанском мостике, Нина — в его постели.

Глава шестая

Спектакль окончен — занавес!

С искренней участливостью в голосе, будто обсуждая интимный вопрос с дорогим другом, генерал Кудрявцев спросил Дзаппу, чем чревато ему, капитану итальянского флота, сокрытие двоеженства? Да и вообще, как будет воспринят коллегами, друзьями, наконец, официальной женой его походно-морской роман, если, не дай бог, о нём раструбят итальянские, французские и немецкие газеты?

Выслушав перевод, Дзаппа потянулся за сигаретой.

Не дождавшись ответа, на который ни Кудрявцев, ни Казаченко, в общем-то, не рассчитывали, генерал забил последний гвоздь в гроб капитана: напомнил ему, что каждый день простоя в Новороссийске из-за поврежденного кабеля обернется для него финансовым крахом, и на что тогда содержать малолетних дочерей? Но всего этого можно избежать, если…

— Volete la busta? — срывающимся