Штрафбаты - Алекс Бертран Громов

просто руководство «ненадежными» солдатами батальонов, муштра и боевая подготовка, но и постоянное наведение дисциплины и даже «косвенное» (что вполне реально в боевых условиях) устранение неблагонадежных бойцов.

В отличие от наших штрафных подразделений, в вермахте срок пребывания штрафников в таких частях заранее не устанавливался, хотя и возможность реабилитации формально командованием вермахта не исключалась. Но, судя по дошедшим до нас немногочисленным документам командования, немецкая система штрафных подразделений была куда более жестокой и варварской. В основном там господствовала система бессрочного пребывания в штрафниках, и никакие ранения, то есть искупление вины кровью, как правило, не признавались. Между тем в Красной армии максимальный срок пребывания в штрафниках составлял три месяца или до первого же ранения, хотя бывали исключения для не проявивших себя бойцов, которых в таком случае не реабилитировали. К концу войны немецкие штрафные подразделения по своей численности доходили до дивизии. Там была даже специальная штрафная дивизия № 999, которую нередко бросали на штурм на самых опасных, с точки зрения германского командования, направлениях.

Участие в боевых действиях против СССР

Накануне нападения на СССР, 14 мая 1941 года, 500-й пехотный батальон особого назначения был включен в состав 101-й пехотной дивизии, входящей в состав 17-й армии. Вступив вечером 24 июня в украинское село Поздзяк, батальон получил первое боевое задание – провести разведку боем в районе укреплений Медюки. Лоренц Кнауф, солдат «уставного персонала батальона», вспоминал (Андрей Васильченко. «Штрафбаты Гитлера»): «21 июня мы были на позициях. Затем мы выступили на марш. А утром прибыл обер-ефрейтор, который доставил трех русских из числа гражданских лиц. Мы еще лежали в окопах. Он бросил: „Они прибыли с той стороны границы“. Он поставил всех троих на бруствер окопа, а затем начал им стрелять по очереди в затылок из пистолета. Мы были очень озадачены…» Задание, которое 500-й батальон получил утром 25 июня, сводилось к тому, что нужно было провести разведку боем в районе укреплений Медюки…

Немецкие штрафники сражались и под Сталинградом, на берегах Дона, причем Сталинградская битва стала первым сражением, в котором они отличились: из них были созданы специальные подразделения, уничтожавшие советские танки. Фаустпатронов в вермахте тогда еще не водилось, и немцы отработали уникальную тактику борьбы с Т-34 и КВ на узких городских улицах, бросая под гусеницы противотанковые мины и «добивая» гранатами и минами… Они сражались с Красной армией на Малой Земле (против молодого Л. И. Брежнева) и на Курской дуге. Но в первые годы войны в основном они сражались на нашем Севере, в составе группы армий «Север» и отчасти группы армий «Центр».

В статье Андрея Николаева «Штрафбаты вермахта» рассказывается о боях в Тернополе: «В боях на Украине особенно прославился немецкий офицерский штрафбат, героически оборонявшийся в окруженном Тернополе. Он стал костяком гарнизона, составленного из разнородных частей. Уличные бои в Тернополе носили особенно упорный характер, своей крайней ожесточенностью напоминая Сталинград.

С гарнизоном хотели покончить как можно быстрее, но быстрой победы не получилось. 9 марта советские войска ворвались в Тернополь, завязав уличные бои. Штрафники укрылись в подземелье Доминиканского монастыря, где нашли надежное укрытие от огня артиллерии, и встречали огнем наступающих красноармейцев. Лишь 15 апреля войска 1-го Украинского фронта полностью овладели Тернополем. Советские солдаты гуманно отнеслись к раненным и попавшим в плен офицерам-штрафникам».

Немецкие штрафники сражались против Красной армии в Польше, участвовали в Арденнском прорыве, боях на озере Балатон и Арнемской операции.

Отличие наказаний вермахта от СС

В войсках СС порядки были более строгие. Самое страшное наказание (после смертной казни, которая применялась гораздо шире, чем в вермахте) было заключение в концлагерь. Такие лагеря как Заксенхаузен, Дахау, Маутхаузен, Саласпилс имели на территории спецотделения для бывших членов СС. Условия содержания такие же, как и у других заключенных.

В отличие от вермахта, штрафники-эсэсовцы (условно-осужденные) служили не только в строительных (саперных) спецчастях и частях по борьбе с партизанами, но и в отдельных ротах или взводах непосредственно на переднем крае, но, разумеется, на самых гиблых участках.

Бойцы и офицеры вермахта наказывались иначе:

1. Самым страшным наказанием было заключение в полевой штрафной лагерь. Возможность выжить в этих лагерях была минимальной. Приказ шефа тылового армейского командования от 7.9.42: «Привлекать арестованных к тяжелейшим работам при непременной опасности и, по возможности, непосредственно в зоне боевых действий: разминирование, похороны павших противников, строительство бункеров и рытье окопов, резка проволочных заграждений». Ежедневно заключенные должны были работать 12–14 часов, в праздники и выходные не менее 4 часов. Заключенные не считались солдатами; были случаи, что их направляли через некоторое время отбывать наказание и в концлагеря.

2. Заключенные полевых спецбатальонов содержались и работали примерно так же, но, все же, были официально военнослужащими. Срок заключения или, лучше сказать, службы составлял обычно 4 месяца, и при хорошем поведении и усердии солдат направлялся в какую-либо переформируемую часть. Тех же, кто перевоспитываться и через полгода не желал, лишали статуса военнослужащего и отправляли в концлагерь. Штрафники привлекались на фронте только к работам… При плохом поведении приходилось служить 6 месяцев. Денежное довольствие штрафников сокращалось наполовину. Часть служила в командах по борьбе с партизанами, но не против регулярных советских войск. (По материалам книги «По другую сторону войны» Вилли Хейнса.)

12 марта 1941 года был издан приказ командования, в котором указывалось, что попавшие в 500-е батальоны солдаты (невзирая на полученные ранее военные навыки) должны пройти курс войсковой подготовки, длительностью не более трех месяцев и ориентированный на подготовку бойцов стрелковых подразделений. Как это происходило, описал испытавший это на себе Альберт Майнц (принадлежавший к числу тех 999-х, переведенных зимой 1942–1943 годов в 500-й батальон) в статье «Время 500-х» (А. Васильченко. «Штрафбаты Гитлера»): «Ежедневная служба не была легкой. Молодые инструкторы, как на подбор полностью выпускники Национально-политического воспитательного заведения, не давали нам спуску, но не делали никаких поблажек и для себя – они, как и мы, также плюхались в лужи. Хотя никто из них не курил, для нас время от времени они устраивали перекуры».

Существует версия о «штрафбатах СС». Официально никакого штрафного подразделения в структурах СС не было. Но было карательное подразделение СС под командованием Оскара Пауля Дирлевангера, которое комплектовалось из заключенных немецких тюрем, концлагерей и военных тюрем СС (в том числе – браконьеры и профессиональные уголовники), так называемая бригада Оскара Дирлевангера. Но в ее состав в Третьем рейхе не отправляли за воинские преступления, а лишь за совершенные уголовные.

Уже после войны советским военным трибуналом были осуждены солдаты из этой