Преступления, в которые трудно поверить: Резонансные дела из архивов судов и спецслужб - Ева Михайловна Меркачёва

ребенком. Ольга работала контролером на рижской трикотажной фабрике «Аврора», а ее муж — рабочим на военном заводе в Риге. Семья направлялась в Читинскую область, в деревню к Олиной маме, где планировали провести отпуск.

Из материалов дела

Из материалов дела

Или 20-летний Александр Алешкин. Рядовой летел из Москвы, где гостил у матери, к месту назначения — в забайкальский поселок Даурия — для дальнейшего прохождения воинской службы. В день вылета был одет в парадную форму танковых войск. Опознать солдата удалось по татуировке с изображением танка на груди. «При себе имел портфель, в котором лежал запас белья и махровые полотенца», — гласит справка. Разорванный портфель нашли в тайге недалеко от обломков лайнера…

Среди пассажиров также значился директор Читинского медицинского училища Сурен Гаспарян, бухгалтер одной из читинских организаций с восьмилетним сыном Сашей (в его справке отмечено: при себе у ребенка были «детские книжечки, ученическая тетрадь»), директор Читинской филармонии Анатолий Аксенов, ветеран Великой Отечественной войны, орденоносец Леонид Арестоулов, возвращавшийся из Москвы с торжеств по случаю Дня Победы… Архивные справки на этих людей стали их трагическим посмертным алиби. Все они строили планы и любили жизнь. Никто из них не подходил на роль сообщника. И все же на месте катастрофы оставались неопознанные фрагменты тел, поэтому полностью исключать версию о террористической группе следователи пока не могли.

Из материалов дела

Меж тем на самого террориста Чингиса Юнус-оглы Рзаева оперативники КГБ уже через неделю собрали подробное досье.

Рзаев родился в неблагополучной семье. Его отец отбыл двухлетний срок в тюрьме за спекуляцию и воспитанием Чингиса и его сестры не занимался. Мать страдала психическим расстройством и периодически проходила лечение в больнице. После развода с мужем она переехала в Тбилиси, злоупотребляла алкоголем и вела асоциальный образ жизни. Мальчик был предоставлен сам себе: часто недоедал и ходил в обносках (однажды в школе даже организовали сбор денег, чтобы купить ему обувь). При этом Рзаев амбициозно мечтал о поступлении в МГИМО. После армии он четыре раза подряд пытался штурмовать престижный вуз, регулярно прилетая в Москву на вступительные экзамены, но так и не смог пройти по конкурсу. За четыре года до трагедии Рзаев уехал в Баку, где устроился на мясокомбинат и даже занял пост секретаря комсомольской организации. Однако уже через год он вернулся к матери в Тбилиси. Там он встретил девушку, которая вскоре родила от него ребенка. Рзаев младенца не признал и с девушкой расстался — размеренная семейная жизнь, вероятно, казалась ему слишком скучной, его манили заморские дали.

Из материалов дела

Из материалов следует, что примерно в этот период Рзаев побывал в туристической поездке в ГДР, откуда вернулся, по словам близких, совершенно другим человеком.

— Во время поездки в Таллин в одном из баров Рзаев познакомился с местным активистом, которым восхищался, — рассказывает Виктория Михайлюк. — Родственникам он описывал своего нового знакомого как очень остроумного, интеллектуального и успешного. Думаю, речь шла об активисте еврейского национального движения Леониде Кравцове. Напомню, что в 1970 году в Ленинградском аэропорту была задержана группа, планировавшая без оружия предпринять попытку угона самолета в Израиль. На фоне этого «самолетного дела» КГБ приступил к разгрому сионистского подполья на всей территории СССР. Вероятно, так вышли на Кравцова.

Из материалов дела

В сентябре 1971 года Кравцов изыскивал возможность приобрести мины для подрыва электростанции. В том же году его арестовал КГБ Эстонской ССР. Мужчину признали виновным в распространении среди рабочих завода «Двигатель» и студентов Таллинского политехнического института заведомо ложных измышлений, порочащих советский государственный и общественный строй. Верховный суд Эстонской ССР постановил направить Кравцова на принудительное лечение в психиатрическую больницу специального типа МВД СССР.

При обыске в квартире Кравцова обнаружили письма от Чингиса Рзаева.

Из материалов уголовного дела:

Леня, здравствуй! Моя сестра была у тебя в общежитии и хотела передать вино от меня, но дежурная не приняла его, а также не сказала, в какой ты больнице лежишь. Я очень жалею, что ты лежишь в больнице, надеюсь, что уже выписался. У меня к тебе одна просьба, но не знаю, на какой адрес писать…

КГБ Эстонии планировал допросить Рзаева в качестве свидетеля по делу Кравцова, однако по каким-то причинам так этого и не сделал.

Тем не менее к читинскому теракту Леонид Кравцов причастен быть не мог: в мае 1973 года он все еще находился в спецбольнице под бдительным надзором, что обеспечивало ему абсолютное алиби.

Мать Рзаева, которую допросили следователи, рассказала, что ничего не знала о планах сына. За месяц до трагедии он лишь сообщил ей, что устроился на новую работу и вскоре уезжает в командировку. Кем именно и куда он направляется, Рзаев объяснять не стал.

Следствию удалось поминутно восстановить последний маршрут террориста. Из Москвы он вылетел в Иркутск, где остановился в гостинице местного аэропорта. Позже в его номере оперативники обнаружат бутылку азербайджанского вина и остатки закуски. При посадке на читинский рейс у Рзаева были чемодан, который он сдал в багажное отделение, и сумка, взятая в салон в качестве ручной клади. Окончательно версию о подготовке взрыва подтвердил обыск в тбилисской квартире его матери: там оперативники нашли обрезки проводов… Все сошлось.

Куда хотел угнать самолет Рзаев, так и осталось загадкой, которую он унес с собой. В ГДР? В Израиль?

Не исключено, что лететь за рубеж он и не собирался, а захват воздушного судна стал актом протеста, вызванным личными обидами и нереализованными амбициями. С учетом тяжелой наследственности, у него могло произойти острое психическое расстройство. Следствие выяснило, что милиционер, сопровождавший самолет, действовал по инструкции, пытаясь задержать преступника на борту. А тот в последнее мгновение замкнул электрическую цепь взрывного устройства.

Рассекреченные материалы уголовного дела наглядно показывают колоссальный масштаб работы советских спецслужб. Следственные действия одновременно развернулись на территории нескольких республик СССР.

Чингис Рзаев был признан виновным посмертно. Если бы он каким-то чудом уцелел при взрыве, его ждала бы смертная казнь. К сведению, ровно за месяц до происшествия с самолетом УК РСФСР был дополнен новой статьей 213.2 — «Угон воздушного судна», предусматривавшей высшую меру наказания при отягчающих обстоятельствах.

Читинская катастрофа навсегда изменила правила гражданской авиации. Именно после нее во всех аэропортах страны ввели тотальный досмотр пассажиров и багажа, а покупка авиабилетов стала возможна исключительно по предъявлению