Штурм Бахмута. Разведвзвод. Том II - Александр «Писатель» Савицкий

а резервных людей у нас не осталось, от слова совсем. Кто хочет пойти добровольно и принести, что нужно, на передок? — еще раз внимательно посмотрел он на нас. — Кто согласен, те и пойдут. Остальные останутся здесь до востребования.

От его простых и понятных слов, сказанных без бравады и призывов, я проникся и проснулся. Представив себя пробирающимся ночью к позициям хохлов с особым заданием, я почувствовал прилив сил и адреналина. Мы переглянулись с Мутусом, Нейсоном, Лопаритом и Литроу и, как мне показалось, даже кивнули друг другу.

— Я пойду! — первым сказал я.

— И я! — подхватил Нейсон.

— Я тоже…

Нас было немного, тех, кто остался из многочисленной группы, которая пришла сюда неделю назад. Все мы знали друг друга и были из одного лагеря. Остальные ребята, прибывшие с нами, либо были уже раскиданы по группам, либо ранены, либо убиты.

— Старшим у вас будет Виват! — сказал Тельник. — Он вас поведет.

— Ага… — кивнул Виват и грустно посмотрел на Тельника.

— А кто их еще поведет, кроме тебя? — вопросительно взглянул на него Тельник. — Больше некому.

— Да я понял, понял…

Виват в свои двадцать четыре года выглядел намного старше своих лет и, видимо, поэтому Тельник принял его за самого опытного из нас.

— Короче. Я дам вам проводника, чтобы вы не потерялись, и он отведет вас, — Тельник стал говорить медленнее, словно гипнотизируя нас и вбивая нам задание в мозг как гвозди. — Ваша задача: взять БК, пайки и воду и через крайние три двухэтажки пройти на западную часть нашего участка до стелы «Бахмут», а оттуда по частному сектору добежать до самой крайней позиции, где пацаны штурмуют высотки.

Может, на меня так повлияли рассказы Федота, и я почувствовал себя воином света, но все, что говорил Тельник, в моей голове рисовалось как путешествие хоббита на край света в окружении гномов и эльфов с целью принести кольцо всевластия белому волшебнику Гендальфу.

Вместо красивого кольца каждому из нас выдали по РДэшке, набитой пайками, водой, БК и аккумуляторами. Мне достался огромный мешок, в который запихнули двадцать пайков и воду. В полной темноте мы вышли из школы, и я понял, как чувствовали себя люди в старину, когда покидали укрепленную крепость и выходили за стены, в мир, полный неизвестности и опасности. Я вспомнил первые кадры сериала «Игра престолов», где ЧВК «Ночной дозор», состоявшая из зеков и добровольцев, уходила за стену. Сразу же стало тревожно, и включилась древняя система спасения, впрыснув в кровь лошадиную дозу адреналина. По «ступенькам смерти» мы поднялись на пригорок и быстро перебежали улицу к первой двухэтажке. Пробираясь к цели, мы рывками преодолевали тридцатиметровые открытки, которые простреливались, и немного отдыхали, когда шли вдоль торцов зданий. Не пропуская свет луны, над нами низко висели тяжелые облака, а под ногами еле угадывался мусор и битый кирпич. Идти приходилось почти на ощупь, стараясь не потерять в темноте спину впереди бегущего. Я шел следом за нашим гранатометчиком Мутусом, как вдруг он внезапно пропал из поля зрения.

— Мутус, — шепотом окликнул я его.

— Да, — ответил он откуда-то снизу. — Я провалился.

— Куда?

— В дырку.

Подойдя ближе, я увидел его тело, торчащее из земли. Он вертел головой в разные стороны.

— Помоги мне! — запаниковал он. — Чуть не обосрался от страха, сука.

— Сейчас.

Я забрал у него РПГ, обхватил его обеими руками и выдернул из дыры, оказавшейся канализационным люком. Быстро подхватив мешок и гранатомет, я рванул с открытки между домами.

Мы не останавливались ни на минуту всю дорогу, которой нас вел проводник, обладавший выносливостью индейца. Мы пробежали мимо разрушенных гаражей, заскочили в частный сектор, а потом началась полоса препятствий. Перебегая от дома к дому, мы залезали в полной темноте в окна и пробитые внутри домов лазы. Спускались в окопы, вырытые между домами, и ползли в них по грязи. Вдруг я вспомнил, что РПГ принадлежит не мне, и с облегчением вернул его Мутусу. Схватив обеими руками мешок и закинув за спину, я бросился догонять остальных. «Лишь бы не потеряться тут в темноте! Не остаться тут одному!» — думал я, продолжая идти тропой воинов. Мешок болтался за плечами, норовя ударить меня то по спине, то по голове. Как будто в нем были собраны все мои грехи, и теперь пришло время расплаты и возмездия за них. Я поскользнулся, и он в очередной раз попытался вырваться из моих ослабевших рук. Я покачнулся, сделал шаг в сторону и запутался в спирали колючей проволоки.

— Сука! Мутус, помоги мне, — прошептал я, представляя, как все уходят, а я остаюсь здесь, как муха, попавшая в паутину и ждущая страшного кровожадного паука, который выползет из темноты и сожрет мой мозг.

Мутус помог мне отцепиться, и мы побежали дальше, петляя в этом мрачном лабиринте, где Минотавр превратился в пулю снайпера или ВОГ, падающий с неба на голову, или мину, на которую мог наступить каждый из нас в темноте. Силы постепенно покидали меня, и в какой-то момент руки физически перестали слушаться меня. Пальцы предательски разжались, и я выпустил мешок. «Может, бросить его тут? — мелькнула предательская малодушная мысль. — А как же приказ? Как пацаны?» В голове возникли образы Федота, Ермака, Тельника и суровое лицо Пригожина. Мимо меня, пыхтя, прошагал Мутус, а за ним шел еще один наш товарищ, к моему большому удивлению, с совершенно пустыми руками.

— Братан, помоги! Хватай мешок! Я все… — попросил я.

Он взглянул на меня страдальческим взглядом кота из «Шрека», но взялся за мешок и с трудом взвалил его на плечи.

— Чуть отдохну и заберу, — ободрил его я и зашагал вперед.

Заскочив в очередной, казалось, сотый по счету двор, мы вслед друг за другом спустились в подвал, где нас ждали пацаны, которые готовились к завтрашнему штурму.

— О-о, пополнение! Воду принесли? — спросил боец в военной форме незнакомой мне расцветки.

— Да, — ответил Виват за всех и стал сгружать свою поклажу.

— А че так мало? Мы же просили побольше, — удивился он.

Мы смотрели на воду, которой осталось примерно две третьих от того, что мы взяли в школе, и не понимали, куда она делась.

— Проебали? — не зло, но с укором спросил боец.

— Видимо…

— Значит, не пьете. Или пиздуйте, ищите себе там, где ее бросили.

Мы ничего не стали отвечать ему, понимая справедливость его претензий и свое нежелание возвращаться назад. «Вот гандоны!» — мысленно выругал я своих товарищей, примерно понимая, кто бросил воду.

— Где мешок? — повернулся я к своему помощнику.

— Там…

— Пиздуй! —