В прицеле «Азов» - Катерина Полтавченко

кто-нибудь, что так может называться самая страшная тюрьма, устроенная «азовцами» для местных жителей, которых они подозревали в нелояльности, или просто для тех, кто им по каким-либо причинам не понравился?

«Каждый задержанный – это книга, которую надо прочитать», – полагали тюремщики, почему это страшное место и получило такое неуместно, издевательски уютное название. Было оно обустроено отнюдь не в настоящей библиотеке, а на территории аэропорта, знакомого всем по фильму «Маленькая Вера». Теперь уже бывшего аэропорта.

Появилась там секретная тюрьма-пыточная в июне 2014 года, заведовала ей Служба безопасности Украины. Тогда батальон «Азов» зачистил сторонников Донецкой Народной Республики в Мариуполе на улице Греческой.

Всех задержанных свезли на аэродром, где базировались украинские силовики, и держали там в холодильных камерах ресторана аэропорта. По радио вызывали с КПП и говорили, к примеру: «Подойдите к библиотеке, подвезли две новые книги». Это значило, что привезли двух задержанных. Об этом вспоминали впоследствии очевидцы тех страшных событий[41].

Людей, которых привозили в тюрьму, проверяли на лояльность к ДНР и ЛНР. Для этого «пробивали» номера телефонов, смотрели по адресным базам, в том числе базам СБУ. Бывали такие, кто «легко отделался», три дня просидев с мешком на голове в холодильной камере. Ничего по этому человеку не найдя, его просто вывозили куда-то и выбрасывали из машины.

Других – пытали. Особенно когда в Мариуполе заработало управление СБУ, в том числе отдел контрразведки. Пытки там были поставлены на поток. Людей, причастных к антиукраинскому сопротивлению, к борьбе против киевской власти, подвергали жестоким истязаниям. Об этих пытках ходили слухи по городу, обрастая всё новыми страшными подробностями. Боевики «Азова» если и слышали эти разговоры на улицах города, особо им не препятствовали. Ничего, пусть народ боится.

«Защитники»…

С каждым разом эта «защита» украинских граждан приобретала новые всё более ужасные формы.

Но командира разведгруппы ДНР привлекло в отчётах другое: время от времени на территории пыточной в мариупольском аэропорту появлялась некая женщина. Она особенно изощрённо издевалась над пленным.

– И снова женщина, – задумчиво произнёс Игорь «Философ», когда группа обсуждала это между собой. – Не слишком ли её везде много? Мы ведь ищем Поджигателя, если не ошибаюсь…

– А что его искать? – хмыкнула «Пантера», поглаживая чёрное пластиковое цевьё винтовки. – У него был здесь по слухам бизнес, денежки водятся, так что вполне мог сбежать…

– Нет, чувствую, он здесь, – заявил Можейко таким тоном, что какие-либо сомнения и возражения тут же исчезли. – Но дело, собственно, и не в нём, а в этой загадочной женщине, которая слишком часто везде появляется. «Философ», ты это верно заметил… Его жена или любовница, не суть важно. Но именно она и стоит за этим так называемым «Поджигателем»…

– Так называемым?.. – хором воскликнули все присутствующие.

– То есть, – уточнил Алексей «Лис», – разве это не та личность? Выпускник юрфака Харьковского университета, краснодипломник…

– Именно он, – спокойно кивнул Можейко. – Но та, кто за ним стоит, гораздо опаснее.

Все молча переглянулись. Догадка подтверждалась – их командир был раньше знаком с этой женщиной. Но кто она? Да что там – они до сих пор не знали, и кто их командир и откуда. Конечно же, кому-то из высшего командования это было известно, но не им, подчинённым. И они привыкли в это не вдумываться. «Старик» – он и есть «Старик».

И сейчас они не рискнули о чём-то спрашивать. А командир между тем продолжал:

– Она тоже где-то в городе. Её надо найти, но сделать это не так-то просто.

Он обернулся к Юле:

– Она снайпер. Лучший из возможных – тех, кто воюет против нас. Предположительно её зовут Ирина Грановская, хотя она могла сменить имя. И вполне могла прикрыться кем-то, чтобы самой оставаться в тени. Ей не нужны ни слава, ни деньги – она абсолютный фанатик, воюющий за идею. Разговаривать с ней бесполезно – она из тех, с кем мы не разговариваем и в плен не берём. – И после паузы добавил негромко, но веско: – Её надо устранить.

Глава 16

Враги из одного села

Не возвращайтесь к былым возлюбленным,

Былых возлюбленных на свете нет…

Стихотворение А. Вознесенского

Закарпатье, 1991 г.

– Уезжаешь-таки?

– Уезжаю, Ира. Я ведь говорил уже.

– Думала, может быть, передумал.

– С чего бы? Я давно говорил, что собираюсь ехать в Киев поступать после школы.

Девушка вздохнула, насупилась.

– Значит, не любишь ты меня.

Высокий худощавый парень с тонкими, даже какими-то аристократическими чертами лица – нетипичная внешность для маленького глухого села в Закарпатской области – с досадой взъерошил русые волосы.

– Да почему же не люблю, Ирка? Я ведь тебе столько раз предлагал – едем вместе!

– Ну да! И чего я в твоём универе не видела! – Девушка усмехнулась своей обычной недоброй улыбкой умудрённой жизненным опытом прожжённой бабёнки. Русоволосый парень уже и припомнить не мог, когда в её арсенале появилась эта улыбочка, знал только, что она ужасно его раздражает, искажая красивое лицо подруги до неузнаваемости, делая его неприятным и чужим. А Ирка, улыбаясь так, по-видимому, считала себя взрослой.

– А что, много ты там видела? – раздражённо спросил он. – Что ты вообще знаешь о высшем образовании?

– Много чего знаю, – решительно заявила Ирина. – Например, что сейчас оно ничего не даёт. Вон, у мамы брат двоюродный учился-учился, а что толку? Где-то там младшим научным сотрудником штаны просиживает за копейки. Нет, Федя, не туда ты метишь. За границу надо ехать, вот что я тебе скажу. Вот как сосед наш, Матвей Заступа. Съездил, заработал – и вон какую отгрохал «хатынку» на три этажа. Загляденье!

Юный Фёдор только зубы сжал. Дом богача Матвея Заступы был главной достопримечательностью у них в селе. Коренастый хамоватый Матвей держал себя с соседями барином, хотя злые языки болтали, что приходилось ему в Польше батрачить на самых низкоквалифицированных заработках, куда не хотели идти местные. Да и немудрено – какое у Матвея образование? Сельская школа только, да и то с трудом оконченная, тройки из жалости ставили. А вот ведь – заработал, разбогател!

Пришли «лихие девяностые», мир перевернулся с ног на голову – кому теперь нужны знания, в университетах полученные? А уж в их селе и вовсе на «чересчур грамотных» смотрели как на блаженных. Не в чести у них книжная наука, да и книжки только в скудной школьной библиотеке водятся, и никто их не читает. Некогда всё за хозяйством, огородами, скотиной…

«Да вы поднимите глаза! – хотелось иногда крикнуть Фёдору, когда смотрел он на односельчан. – Отвлекитесь от своего