Крым в геополитике с XVIII века по настоящее время - Александр Борисович Широкорад

Александр Илларионович Федоренко, нынче 92-летний ялтинский пенсионер, а тогда — первый комендант госдачи № 1, отвечал за все хозяйственные вопросы, связанные с бытом Хрущёва и его семьи. Ему, тогда 39-летнему капитану госбезопасности, довелось вместе с руководством Ялты встречать высоких гостей на причале в Нижней Ореанде. «Тогда Никита Сергеевич приехал со всей семьей, — вспоминает Александр Илларионович. — Была жена его Нина Петровна, дочери — Юля и Рада, зять Алексей Аджубей, сын Сережа и три внука. Вместе с ними несколько человек сопровождающих из Москвы — лечащий врач, медсестра, секретарь и всего четыре человека личной охраны. По натуре своей Никита Сергеевич был человеком непритязательным, поэтому все ему на даче понравилось, и никаких нареканий по обустройству я не слышал»[109].

Как рассказывает Александр Илларионович, для Никиты Сергеевича на пляже соорудили полотняный навес, там был лежак и несколько плетеных кресел с круглым столиком. От дома туда даже линию спецсвязи протянули, чтобы Хрущёв мог в любую минуту поговорить по телефону. Никита Сергеевич плохо умел плавать, поэтому всегда купался с надувным резиновым кругом желтого или красного цвета. А рядом с ним по долгу службы ныряли два-три прикрепленных охранника.

Пляжной моды Никита Сергеевич не признавал, поэтому, не смущаясь, ходил по берегу в просторных «семейных» трусах длиной почти до коленей — либо в чёрных, либо в тёмно-синих. Люди из службы протокола переубедить его не могли, рискуя каждый раз нарваться на крепкое выражение Никиты Сергеевича. В трусах на пляже он встречал не только своих министров и партийную элиту, но иногда и друзей из-за рубежа. По свидетельству протоколистов, так Хрущёв как-то приветствовал короля Марокко.

Как утверждает Александр Федоренко, «на отдыхе Никита Сергеевич вёл относительно здоровый образ жизни. С утра после прогулки и купания любил сыграть в городки или в волейбол. Команды составляли не только его близкие, но и охрана, и должностные лица, заглянувшие по случаю из соседних санаториев. Многие чиновники специально подгадывали время своих отпусков, чтобы иметь возможность в неформальной обстановке встретиться с Хрущёвым. На пляже решались многие вопросы. В вечерней программе был просмотр фильмов на большом экране под открытым небом. Правда, похрапывать он начинал задолго до финальных титров. Дачные киносеансы чередовались с вечерними застольями, где Хрущёв позволял себе по-настоящему расслабиться, не ограничивая себя в выборе спиртных напитков»[110].

С приездом в 1963 г. на отдых в Крым короля Афганистана Мохаммеда Захир Шаха с сыном-наследником связан дачно-партийный скандал. Хрущёв, чтобы разместить афганскую делегацию, посреди отпуска попросил Брежнева, тогда ещё председателя Президиума Верховного Совета СССР, и члена Политбюро ЦК КПСС Михаила Андреевича Суслова переехать на другие дачи. Суслову предложили госдачу № 4 в Кореизе вместо мисхорской госдачи № 5 «Маевка», а Брежневу вместо госдачи № 7 «Чаир» — одну из дач в Мухалатке.

После отстранения Хрущёва со всех должностей в Крыму через пару лет произошёл анекдотичный случай, связанный с его именем. Когда на госдачу по ялтинской трассе из симферопольского аэропорта ехал Леонид Ильич Брежнев, уже в ранге генсека, он случайно обратил внимание на придорожный указатель населённого пункта «с. Никита», там, где находится знаменитый Ботанический сад. Заметил и недовольно поморщился. Его гримасу заметили приближенные, и буквально через несколько дней там появились новые знаки: «с. Ботаническое».

В гостях у Никиты Сергеевича за девять его крымских сезонов побывало много знаменитостей. По воспоминаниям Александра Федоренко, самым неординарным оказался визит югославского лидера Иосипа Броза Тито. Хрущёв прилетел с ним в Крым после охоты в Югославии.

«От начальства я получил указание срочно соорудить какой-нибудь загон: Хрущёв и Тито везут с собой сотню фазанов! — рассказывает Александр Илларионович. — Беседку металлическую приспособили, вокруг нее сетку-рабицу натянули, калитку поставили и тут кортеж. Никита Сергеевич, Тито с женой, его челядь. И отдельно машина с плетеными корзинами, в которых эти птицы. Никита Сергеевич часто подходил на них посмотреть. Однажды смотрел-смотрел и неожиданно распорядился: „Выпустите их на волю“. Ну, мы на всякий случай несколько выпустили, а остальных убрали на хозтерриторию. Так те, что по двору бегали, смешно жену Хрущёва — Нину Петровну или дочку — Раду Никитичну преследовали — у тех платье или обувь цветные, а птицы догонят и клюют.

Охотником Никита Сергеевич страстным был, и стрелком хорошим. В Крыму для этого увлечения имелось два охотничьих хозяйства в заповеднике — „Дубрава“ и „Зеленый гай“. Хрущёв как минимум два-три раза за отпуск ходил на кабана или оленя. Чаще всего компанию ему составляли первый секретарь Киевского обкома партии Петр Ефимович Шелест, член Секретариата ЦК КПУ Владимир Васильевич Щербицкий или член президиума и секретарь ЦК КПСС Леонид Ильич Брежнев»[111].

А были ли у наших вождей на Чёрном море мореходные яхты? Увы, с 1917 и до 1991 г. яхт советская судостроительная промышленность не строила. Это у семейства Романовых яхт было больше, как по количеству, так и по тоннажу, чем у всех монархов Европы вместе взятых.

У наших же вождей была одна старая трофейная яхта — самое, наверное, красивое судно германского флота — яхта «Ангара».

23 ноября 1937 г. на верфи «Штюльнен-Зон» был заложен авизо с романтическим названием «Берущая волна» («Avizo Hela»). В СМИ и даже серьёзных корабельных справочниках циркулируют слухи, что «Хела» должна была стать яхтой Гитлера, однако официальные документы на сей счет автору неизвестны.

«Хела» вступила в строй 16 октября 1940 г. в качестве штабного корабля командующего германским подводным флотом адмирала Деница. Её полное водоизмещение составляло 2520 т. Два дизеля суммарной мощностью в 8360 л. с. позволяли развивать скорость в 21 узел. Экипаж яхты — 244 человека. В связи с началом войны борта яхты украсила камуфляжная окраска, её вооружили двумя 105-мм орудиями, а также спаренными 37-мм и 20-мм автоматами.

Понятно, что главным на яхте была не артиллерия, а 6 кают апартаментов и 10 кают люкс — роскошный кабинет, спальня и ванная, все в стиле модерн.

В мае 1945 г. «Хела» была захвачена союзными войсками в Киле. При разделе флота «Хела» досталась СССР, и её на буксире привели в порт Свинемюнде. Официальная передача яхты советскому экипажу произошла 25 декабря 1945 г., а 20 января 1946 г. над пока ещё безымянным советским учебным кораблем Балтийского флота капитан 2-го ранга Гинсбург впервые поднял Военно-морской флаг СССР. Свое новое имя — «Ангара» — яхта получила в мае 1946 г. У нас