Крым в геополитике с XVIII века по настоящее время - Александр Борисович Широкорад

научных сотрудников, послали прощаться с Андроповым в Колонный зал. Я перепутал место встречи и не попал. Мой начальник по кличке Винни Пух (он же парторг) мечет громы и молнии — «Это ведь было в рабочее время! Я вам ставлю прогул! — Да ладно, я в следующий раз отработаю в свое личное время… — А я вас, Александр Борисович, запишу, и вы в следующий раз действительно выйдете в личное время…» Но тут до него доходит, о каком следующим разе он говорит! Ведь новым генсеком избран отравившийся «рыбкой» Черненко. Парторг багровеет, поворачивается и бежит прочь по коридору, размахивая руками.

Как наш народ радовался, когда геронтократы наконец-то избрали молодого генсека! И как потом об этом жалела большая часть населения СССР.

Глава 26

Форос — место историческое

Брежнев был единственным из наших вождей, который не боролся с привилегиями. И при этом единственным руководителем, который ничего не построил для себя за 18 лет правления.

«Как ни кажется странным, Брежнев не построил для себя ничего, ни одного квадратного метра. В Крыму, в Ливадии, отдыхал на даче, которая была построена для Хрущёва ещё в середине пятидесятых годов. Она вполне устраивала Хрущёва, почему же не могла устроить Брежнева? Конечно. Сама по себе без особых излишеств, есть где поработать, отдохнуть, принять гостей, главная роскошь — микроклимат, природа — многолетние хвойные и лиственные деревья. В Заречье дачу Брежневу построили — на том же месте, за тем же забором. Начали было строить в Крыму для него ещё один дом, под Мухалаткой, но не успели. Я, однако, не уверен, что он бы туда согласился поехать, если бы дожил. Сам-то ведь он ни о чем не просил, вполне бы могло произойти то же, что и с московскими квартирами.

…

Затем, в расчете на квартиру для Брежнева, стали строить ещё один дом в самом центре Москвы — на улице Щусева… Но Леонид Ильич, узнав о размерах жилой площади, и в эту квартиру въезжать отказался. Виктория Петровна при мне несколько раз просила Леонида Ильича хотя бы посмотреть квартиру, но даже смотреть он решительно отказался:

— Нет!»[119]

А вот М.С. Горбачёв въехал, да ещё для своей дочери квартиру вытребовал.

Летом 1985 г. Михаил Сергеевич Горбачёв и Раиса Максимовна отдыхали в крымской резиденции Л.И. Брежнева в Ореанде. Там имелось несколько домов и дач для отдыха и работы, дома для гостей, в том числе и для самых высоких партийных и государственных деятелей. Брежнев не любил отдыхать один, и рядом с ним почти всегда был кто-либо из членов Политбюро и руководителей социалистических стран. Приезжали на день-два для встречи с Брежневым и некоторые из лидеров западных стран. Здесь была налаженная система охраны и правительственной связи.

Но отдыхать в Ореанде чете Горбачёвых и особенно Раисе Максимовне не понравилось. Поэтому в конце 1985 г. принимается решение о строительстве новой резиденции для генсека. В это время и был избран район вблизи поселка Форос.

Самое интересное, Миша и Рая приказали начать строительство не одной, а серии дач. «Через год после того, как была готова дача в Форосе, отгрохали ещё одну, тоже на Черном море — в Мюсерах, рядом с Пицундой. Могучее сооружение, на всех трёх этажах — огромные люстры в виде виноградных гроздьев. От дачи к морю пробили тоннель… Все это соорудили неподалеку от бывшей дачи Сталина, она, сталинская, рядом с новостройкой выглядит просто нищенски.

Построили и третью дачу — под Москвой — в районе Архангельского, на берегу Москвы-реки. Как и те две, строить начали в пору, когда Горбачёв стал Генеральным секретарем, и закончили также в рекордно короткий срок.

…

Все строилось — под Горбачёва и для Горбачёва, как всегда, для пожизненного пользования, но век его, несмотря на немыслимые лавирования между правыми и левыми, партократами и демократами, оказался довольно короток на обоих постах — и Генерального секретаря ЦК КПСС, и Президента СССР. На даче в Мюсерах он даже не успел пожить»[120].

Ряд авторов считают, что на решение четы Горбачёвых строить дачу в Форосе повлиял инцидент, происшедший в 1987 г. в Ореанде.

«В 1987 г. семья Горбачёва отдыхала на даче № 1 в Ливадии. Летом того года произошло одно памятное событие. Однажды, когда на пляже принимали солнечные ванны Раиса Максимовна с дочерьми (самого Горбачёва в тот момент не было), иностранное судно прошло в непосредственной близости от берега. По ошибке лоцмана, который вывел греческое туристическое судно на точку встречи на полмили ближе, чем было предусмотрено курсом, корабль прошёл в акватории, охрану которой должны были обеспечивать пограничные суда. Пограничники наблюдали за этим маневром, но не решились атаковать гражданское иностранное судно. Раиса Максимовна была сильно возмущена. Учинили разбирательство. Осенью 1987 г. на торжественном приеме в Кремле по случаю 70-летия Октябрьской революции Раиса Максимовна, отвечая на светские вопросы жен членов аппарата ЦК о том, как прошёл отдых в Крыму, рассказала о случившемся безобразии. „Ужас! Кошмар!“ — неистовствовали дамы. Наше руководство, чтобы как-то сгладить этот конфуз, поспешило заверить первую леди, что на будущий же год семья генерального секретаря будет отдыхать на новой даче.

Непосредственным заказчиком на строительство новой резиденции выступало Управление охраны, или 9-е Управление КГБ, ибо именно это управление отвечало за эксплуатацию и охрану всех „объектов“, принадлежащих Политбюро ЦК КПСС. Конкурса проектов не было, это была все же секретная стройка. Первой, к кому обратился „заказчик“, была группа известного архитектора академика А.Т. Полянского, которая проектировала и руководила строительством многих известных сооружений, последним из которых был мемориал на Поклонной горе в Москве. Но представленный этой группой макет был забракован экспертной комиссией. Тогда и было решено передать задание военным строителям, у которых по части секретного строительства имелся очень большой опыт.

За составление проекта взялась группа во главе с главным архитектором Центрального Военпроекта Анатолием Николаевичем Чекмаревым. Такого масштабного и вместе с тем почетного задания этот архитектор ещё не получал. Создавали не дачу для Горбачёва, а большой комплекс зданий и сооружений, предназначенных для отдыха и встреч с главами государств. Управление делами ЦК КПСС оплачивало лишь часть счетов на строительство, а большая часть расходов шла за счет бюджета, в том числе и за счет расходов на армию и КГБ.

Начался аврал на объекте „Заря“ (это имя было присвоено форосской госдаче). За строительство отвечал заместитель начальника 9-го Управления КГБ генерал Анатолий Владимирович Березин. В свое время он строил космодром Байконур и получил за это строительство