Правила волшебной кухни 9 - Олег Сапфир

все циферки, через полчаса мы пришли к выводу, что даже если целиком и очень задорого продать ВСЁ наше предприятие, включая заготовочный цех, пекарню и сеть понтонов, то на погашение долга нам всё равно не хватит. Можно закрыть какую-то часть, но… если уж начистоту, то мне было жалко это делать. «Марину» не отдам.

— Надо идти в подвал, — повторил я. — И точка.

— Будь осторожней, — тихонько ответила девушка, смирившись с положением дел. — Прошу тебя. И… может быть… может быть возьмёшь с собой кого-нибудь, а? Чтобы одному не идти?

— Обязательно, — пообещал я.

И не соврал. Потому как уже через час я стоял на верхнем этаже подвала Бачокки и протягивал руку Анне Эдуардовне, помогая ей спуститься через окно цоколя.

— Так? — сестра спрыгнула вниз и осмотрелась. — Что у нас тут?

А тут у нас было всё, как всегда. Сырость, запах плесени, и тёмная энергия. Она клубилась по углам, ползала чёрными щупальцами по полу, пыталась напугать и выгнать. Откуда-то из глубин подвала периодически раздавался не то вой, не то плач. Тени плясали по стенам, складываясь в причудливые фигуры, и…

— Братик, — вздохнула Аня. — Милый мой братик. А скажи-ка, мне, пожалуйста: на кой-чёрт ты меня сюда притащил? Я ведь всё-таки на людях специализируюсь. Ну… то есть… раньше специализировалась. А вся эта аномальная дрянь, это скорее твой профиль.

Что ж… обидно. И что дальше делать совершенно непонятно. Прошагав до лестничного пролёта, что уводил вниз, я посмотрел в бездну и понял, что у меня не получится просто так взять и переработать всю эту тьму. Она копилась здесь веками и была слишком… плотной? Старой? Мощной? Пожалуй, и то, и другое, и третье. Так что даже мой дар здесь не поможет.

Так я и стоял, глядя на ступеньки, а сам думал, думал и думал. Лицо Анны Эдуардовны при этом тоже исказилось гримасой тяжких раздумий, и тут… тут мы переглянулись и одновременно произнесли:

— Артём…

Ну точно же! Помимо прочего, наш старший брат варил защитные зелья для охотников на нечисть. Так может, остались в его светлой головушке какие-нибудь рецепты, которые помогут противостоять столь мощной тьме? Или, быть может, он знает, как её саму ослабить?

— Надо пробовать, — сказал я.

С тем мы выбрались наружу. Потом объяснили группе китайских туристов, что не нужно лазать в то окошко, из которого мы выбрались, и что ничего интересного для них там нет. Ну а дальше разбежались кто куда. Аня рванула на баржу за Артёмом, а я в «Марину», чтобы должным образом подготовить на кухне уголок для алхимических опытов брата.

Однако буквально с порога меня ждал сюрприз. Аугуриели, который прямо сейчас должен был перебирать бумажки в префектуре, сидел за барной стойкой. Домовой буквально трясся всем телом и мелкими глотками пил воду из стакана. Лицо бледное, волосы в разные стороны, а галстук так вообще рядом на стуле висит.

— Что случилось?

— Синьор Маринари! — Аугуриели заприметил меня, отставил стакан и соскочил со стула. — Всё пропало! Отца похитили!

Глава 12

Интерлюдия. Люпены. Некоторое время назад

Венеция встретила своих французских гостей отнюдь не туманом и сыростью. Солнце, блики, тёплый ветерок и толпы праздного, счастливого народа на улицах. Трое люпенов, чья репутация гремела по всему миру, сошли с частного парома на причал Дорсодуро.

К аудиенции у дона Базилио все трое подошли со всей возможной учтивостью: заранее предупредили о том, когда будут в городе, заранее прислали символические дары, — корзинку с белыми трюфелями и коллекционным коньяком, — и заранее выслали Базилио информацию о том, что именно хотят обсудить, дабы дон мог в должной мере подготовиться.

Короче говоря, всё было чинно, благородно и, — что самое главное! — с уважением. Потому-то дон и принял их. Потому-то и решил разговаривать.

В означенное время французы прибыли в означенное место. Дон встретил их крепким уважительным рукопожатием и предложил устроиться на диване. Сам же сел в кресло за рабочим столом и кивнул, сигнализируя о том что готов слушать.

— Синьор Базилио, — начал глава делегации, высокий седой люпен по имени Гастон. — Мы очень рады, что вы нашли время для встречи.

— Как добрались, ребята?

— Превосходно!

— Как погода у вас в Провансе?

— Солнечно, — улыбнулся Гастон. — Но прохладно. Виноградники уже начинают желтеть и…

И тут за спиной Базилио вырос ещё один домовой. Низкорослый, коренастый, с короткой стрижкой и рваным шрамом через глаз. Не говоря ни слова, он замахнулся здоровенной дубиной, и со всей дури приложил дона по затылку.

Дон рухнул лицом на стол. Дон затих. В свою очередь французы буквально потеряли дар речи и застыли, глядя на произошедшее, но в произошедшее особо не веря.

— Ты… Ты… Ты, — начал Гастон. — Сальваторе⁈ Что ты наделал⁈ Ты убил дона⁈

— Не убил, не волнуйтесь, — усмехнулся домовой, поигрывая дубиной. — Моего брата не так-то просто убить, и черепушка у него крепкая.

— Но… зачем ты это сделал⁈ Мы пришли к нему с уважением! Мы предлагали сотрудничество! Мы уже почти договорились, а ты…

— Заткнись, Гастон, — добродушно посоветовал Сальваторе.

— Зачем⁈

— Да какая разница? Главное, что мы теперь с вами в одной лодке, ребята. Последнее, что запомнил мой братец перед тем как вырубиться, это ваши рожи. Сидел напротив вас, смотрел и думал: «Ах, какие милые французские домовые, они пришли ко мне с уважением!», — а после получил дубиной по затылку. И как вы думаете, на кого он подумает, когда очнётся?

— Ты чудовище, — выдохнул Гастон. — Ты… ты подставил нас?

— Ага-а-а-а, — довольно улыбаясь протянул Сальваторе.

— Зачем мы только связались с тобой?

— Ой, брось! Во всём нужно искать позитив! Когда я стану новым доном Венеции, я первым же делом решу все ваши проблемы. И с поставками этих ваших волшебных бобов, и с таможней, и с рынком сбыта. А теперь меньше слов! Подхватили его и понесли! Живо!

Тут дон Базилио шевельнулся. Затем мее-е-е-едленно поднял голову и уставился Гастону не в глаза, а прямо в душу. Даром что мутным взглядом, но… буквально насквозь его просмотрел!

— Вы пришли в мой дом говорить про волшебные бобы, но…

Но Базилио не договорил, потому как Сальваторе снова обрушил дубину на его