Правила волшебной кухни 9 - Олег Сапфир

Глава 19

Я сидел на летнике, уставившись на то, как чайки дерутся за кусок круассана, и пытался собрать мысли в кучу. И даже кофе в кружке остыл, что со мной случается невероятно редко. Итак. Берём за данность тот факт, что Сазоновы никогда не делают ничего просто так — чтобы Эдуард Богданович пошевелил пальцем, это шевеление должно быть просчитанным, взвешенным, и прибыльным.

И на ум мне приходят только два варианта. Вариант первый — дела у моих родителей пошли настолько хреново, что они вынуждены продавать все запасы рода. Запасы, надо сказать, обширные. Артём и другие артефакторы — ребята производительные, и без дела сидеть не привыкли. Так что подпольные склады с добром раскиданы по всему земному шарику. Так вот. Возможно, что действительно имеет место быть «распродажа» для злых гениев, и тогда заряженный негативом компрессор действительно мог попасть в Венецию случайно.

Вероятность? А вот чёрт её знает. Случайность на то и случайность, чтобы унижать логику со статистикой.

Но есть и второй вариант, от которого по коже бегают жирные такие, упитанные мураши. Такой вот точечной подрывной деятельностью Сазоновы решили уничтожить Венецию. И вот это мне категорически не нравится. Поэтому часть моих мыслей уже крутилась вокруг того, как бы дотянуться до родителей…

А с другой стороны — я же повар. Ну вот дотянусь я до них. И что? Что дальше-то? Покормлю их невкусно? Нет… пускай они и форменные вредители, но я не уверен, смогу ли я устранить Сазоновых физически. Родная кровь всё-таки, пускай и дурная. Или… нет? Сложная морально-этическая дилемма передо мной: я не хотел иметь ничего общего с Сазоновыми, и это моё желание исполнено. Ура-ура. Я теперь Артуро Маринари, глава собственного рода. Что дальше? Даёт ли мне это право на…

Нет, всё-таки не даёт. Никаких убийств — мой принцип, которым я не поступлюсь даже для всемирного злого зла. А вот засадить Эдуарда Богдановича и Мария Александровну в тюрьму на парочку пожизненных сроков — вот это да. Это гуманно. И для укрепления семьи полезно — можно будет навещать родителей в любой момент., прекрасно зная где они находятся. Плюс передачки всякие давать с правильно-заряженными гостинцами. Посмотреть бы, как их будет корячить от позитива…

— Так, — тут я осознал, что пропустил чем закончился чаячий бой, и наблюдаю за совершенно другим.

А именно: по летнику, будто бы ужаленные, носились братья-официанты. Причём кипишь был явно неоправдан, ведь гостей после утреннего наплыва было раз-два и обчёлся.

— Что происходит-то?

Приглядевшись внимательней, я понял, что носятся они не просто так. На каждый свободный стол братья ставили красивые деревянные таблички с золотыми буковками «РЕЗЕРВ». Но! Число таких табличек в ресторане небезгранично и значительно меньше числа самих столиков, так что довольно скоро официанты принялись потрошить тейбл-тенты и вместо информации об акциях запихивать в них обычные, распечатанные на принтере бумажки.

— Фу-х, — присела рядом со мной Джулия. Тоже схватила тейбл-тент, и начала заниматься тем же самым.

— А что у нас тут происходит? — конечно же, спросил я. — Смотрю, все столики ушли на резерв…

— Все, — кивнула кареглазка. — Вообще всё забронировано. И улица, и оба зала. Кажется, сегодня в «Марину» никто не попадёт случайно. Правда, есть одно условие.

— Ни разу не сомневался. Что за условие?

— Телефон разрывался с самого утра, — начала рассказывать Джулия. — Люди звонили и спрашивали есть ли у нас телевизор. А когда я говорила, что нет, то просто бросали трубку.

— Так.

— Звонили, звонили, звонили… в какой-то момент вместо телевизора начали спрашивать, есть ли у нас розетка.

— Ка… какая розетка?

— Европейская, — хохотнула кареглазка. — Так вот. Розетки у нас есть и скрывать это я была не намерена.

— Ты молодец, Джулия.

— Спасибо. Сказала гостям, что они есть, и тогда они сразу же забронировали весь ресторан. Все столики, и все свободные розетки.

— Ага, — я почесал в затылке. — А я-то уже всерьёз переживал. Думал, что Билли у нас головушкой захромал, когда увидел, как он лепит рядом с розеткой листочек с надписью «зарезервировано». Интересные гости…

— Очень интересные.

— А предзаказ оставили?

— Нет, — мотнула головой Джулия. — Сказали, что закажут всё по факту. Никаких предпочтений или пожеланий озвучено не было, хотя я трижды переспросила.

— Ну… ладно…

Понимая, что нужно что-то по этому поводу срочно предпринимать, — вот только что именно неизвестно, — я встал и направился на кухню. И с порога нарвался на истерику Индзаги, который носился по кухне, заламывал руки и орал:

— Tutto perduto! Tutto perduto! — что можно дословно перевести как «всё пропало». — Это катастрофа, шеф! Нас с вами…

Ну а дальше Индзаги продолжил упражняться в итальянском матерном, расписывая что именно и в каких позах с нами сделают гости. И в целом, я его опасения понимаю. Ведь ситуация следующая — ВСЯ посадка придёт одновременно, и ВСЕ гости закажут одновременно. А значит быть запаре.

— Я не знаю, как мы будем выкручиваться! — Индзаги схватил меня за плечи и начал трясти. — Что нам делать, синьор Маринари⁈ ЧТО-ООО⁈

— Работать, — улыбнулся я и попросил су-шефа перестать разводить панику.

Что будет, то и будет. Вместо того, чтобы париться насчёт грядущей неизвестности, я решил сосредоточиться на своих префектических делах. Ушёл в зал, открыл папочку, что утром прислал мне Абрам, и начать читать заявки на ремонт того и улучшение сего. Правда, покой продолжался не долго. Через десять минут я услышал крик с улицы:

— Шеф всё пропало! — орал Билли. — Они идут!

Захлопнув папку, я вышел на улицу и увидел своих официантов, которые идеально круглыми глазами смотрели сразу в две стороны. Точнее… нет! Никакого косоглазия. Два брата смотрели в одну сторону, а два в другую. Тут уж и я осмотрелся. И понял-таки, что вообще сегодня будет происходить.

С одной стороны улицы к «Марине» приближалась толпа в одинаковых синих футболках с логотипом в виде львиной головы. С другой точно такая же по численности толпа, только в жёлтых футболках. И в шарфах ещё, несмотря на жаркую погоду. При этом каждая толпа, будто знамя, тащила с собой по парочке огроменных телевизоров.

Вывод нарисовался сам собой — футбольные фанаты. Ребята просто решили посмотреть трансляцию в заведении, а потому аномальный подтекст полностью отменяется. Ну и хорошо.