Да! Нет! Хотя… Погоди: Главное, что нужно знать, чтобы написать роман - Тим Лотт

Если не считать Карла Уве Кнаусгора и нескольких других авторов, одна лишь реальная жизнь не предоставляет достаточно материала для полноценного художественного произведения, но она определенно дает конструктивный материал для сцен в повествовании.

9

Заключение

Возрождение автора

В заключение я повторю то, о чем говорил в начале этой книги.

Искусство рассказывать истории – это тайна, но не абсолютная.

Надеюсь, в этой книге вы найдете не набор инструментов для сборки заранее спроектированного объекта, а список ингредиентов для приготовления блюда. Как вы их смешаете и как приготовите – решать вам. Что это будет? Легкое сладкое суфле или салат из горьких трав?

Я старался излагать материал как можно проще, но все равно порой склоняюсь к тому, чтобы свести всю тему к формуле Пегги Рамзи: «Два-три небольших сюрприза, а время от времени – один большой».

И это лишь для того, чтобы еще раз подчеркнуть: искусство сторителлинга губительно усложнилось в угоду индустрии, которая жадно на этом усложнении наживается.

А я ни в коем случае не хочу этому способствовать.

Возможно, даже эта небольшая книга покажется вам слишком запутанной или многословной. Ну ок. Я не жду, что вы будете изучать в ней каждое слово или что каждое слово вызовет у вас интерес.

Я согласен с Малкольмом Брэдбери, который вскоре после запуска своего знаменитого курса по писательскому мастерству в Университете Восточной Англии в 1970 году заметил, обращаясь к студентам: «Девяносто процентов того, что вы здесь услышите, окажутся бесполезными, но десять процентов будут бесценны. И для каждого это будут свои десять процентов».

Прежде всего, дух этой книги призывает сместить фокус ответственности за написание романа с преподавателя на ученика. С индустрии писательского мастерства на уединенную страсть автора.

Ролан Барт говорил о «смерти автора». Я же ратую за возрождение автора – вдали от семинаров, курсов и избыточного академического натаскивания.

Именно ВЫ должны написать этот роман/сценарий/пьесу. Именно ВЫ должны для этого найти в себе энергию, воображение и огонь. Именно ВЫ должны обладать мудростью и решимостью, чтобы продолжить идти вперед.

Преподаватели по писательскому мастерству ничего из этого вам дать не могут.

Они могут лишь дать подсказки, которые вы всегда вправе проигнорировать.

Вот что такое эта книга – книга подсказок, а не правил или принципов.

Не позволяйте этим советам и подсказкам доминировать в вашем тексте.

Позвольте им лишь его обогатить.

Проблемы, с которыми вы сталкиваетесь, – это те же проблемы, с которыми сталкивался любой автор на протяжении всей истории писательства.

Сомнения. Страх чистого листа. Растерянность. Неуверенность. Ступор. Одиночество.

Для этих проблем не существует удобных решений.

Это реалии, с которыми сталкивается каждый писатель.

И если вы с ними боретесь, это не значит, что у вас нет таланта.

А может, и значит.

Но, может, и нет.

Да, для удобства читателя полезно иметь четкое начало, середину и конец.

Но вы как писатель свободны.

Без этой свободы вы не писатель и не художник, а тот, кто раскрашивает картинку по номерам.

Такая техника может дать красивое полотно, но задача писателя – создание смысла, а не рисование красивых картинок.

Вы – дикое существо и должны быть им, а не ручным зверьком.

Но именно потому, что искусство безумно и необузданно, его необходимо сдерживать структурой и мастерством.

Так что отправляйтесь «в лес», «в пустоту», или как бы это ни называлось, с реалистичными ожиданиями, но также и с пониманием своего ремесла, с надеждой и идеализмом.

То, что вы делаете – или пытаетесь делать, – это не просто хобби (но, может быть, и оно).

То, что вы делаете, – важно.

Возможно, это одно из самых важных дел, которым человек может заняться для себя и для общества в целом.

Ведь именно искусство рассказывать истории – не проституция – древнейшая профессия.

Так что относитесь к себе и к своему творчеству серьезно.

Уважайте свое видение.

Смотрите в лицо хаосу.

Доберитесь до конца – чего бы это ни стоило.

Вы можете потерпеть неудачу.

Шансы определенно не на вашей стороне.

Ну и что с того?

Почти у каждого писателя, который когда-либо жил, не было шансов.

И все равно они делали свое дело.

Потому что они писатели.

Как кричит Рэндл Макмерфи в выдающемся романе Кена Кизи «Пролетая над гнездом кукушки» (1962), потный и измученный после безнадежной попытки сдвинуть немыслимо тяжелую панель управления в гидротерапевтическом кабинете психиатрической лечебницы, где его держат взаперти:

«Но я хотя бы попытался. Черт возьми, на это по крайней мере меня хватило, так или нет?»

КОНЕЦ

Приложение 1

Структурная схема

Рис. 9. Как автор пытается определить структуру повествования

Приложение 2

Центральный поворотный пункт (мидпоинт)

Мидпоинт наиболее заметен в драмах Шекспира и популярных голливудских фильмах.

Например, в «Макбете» он означает, что пути назад нет. И Макбет заявляет об этом открыто:

Я…

Который погрузился в кровь, как в реку.

Чрез эту кровь назад вернуться вброд

Труднее, чем по ней пройти вперед[1].

В «Гамлете» центральный поворотный момент наступает, когда актеры разыгрывают перед королем и двором сцену «Убийство Гонзаго» и Гамлет окончательно убеждается в виновности Клавдия. После этого промедления заканчиваются. Гамлет принимает решение.

Мидпоинт в «Короле Лире» – сцена в степи, где Лир наконец осознает свой роковой недостаток – гордыню (момент прозрения). В нем пробуждается смирение, когда он обращается к несчастному бедняку Тому:

…Как я мало думал

Об этом прежде![2]

Вот несколько знаменитых примеров мидпоинта в кино.

Рик в «Касабланке» (Casablanca, 1942) переживает свой момент прозрения после того, как Ильза с отвращением уходит, оставляя его задаваться вечным драматическим вопросом: «Кто я такой?».

После слов Ильзы о том, что он уже не тот Рик, которого она знала, Рик впадает в отчаяние и впервые видит, кем он стал – циничным и озлобленным.

Затем он начинает пробовать действовать на общее благо, а не в собственных интересах.

Он начинает меняться – отдаляться от того Рика, который в начале фильма произнес: «Я ни за кого не подставлю свою шею».

В «Джокере» (Joker, 2019) Артур Флек видит, как его унижает в прямом эфире его недавний кумир, телеведущий Мюррей Франклин. В этот момент, можно сказать, его душа окончательно и бесповоротно ожесточается.